этого тоже не было в списке, что я хотел бы загадать… — рычит в губы, начиная терзать их, а внизу заставляет чуть ли не биться в конвульсиях, входя глубоко без остановки, без права привыкнуть, — Я чувствую напряжение внизу тебя.
— Так исправь это, — прижимаю его к себе, выгибаю спину и надвигаюсь на твёрдую плоть сама, как обезумевшая. Я сдаюсь своему сердцу, забываю про разум.
И он начинает исправлять всё, утоляет жажду любви, страсти и похоти, которая есть в каждой женщине. Гарри может потакать моим странным прихотям, потому что не боится ни своих, ни моих желаний. Выгибая спину, упираюсь макушкой в твёрдую подушку, пока он любит моё тело, пока губы дарят ласку ключицам, пока время от времени горячий язык шатена разжигает пламя между нами.
Невозможно попасть в этот бешеный ритм его резких движений внутрь меня, но я пересиливаю ту истому слабости и обнимаю парня ногами за пояс, отчего толчки углубляются, градус меняется кардинально, заставляя меня стонать громче.
— Тебе хорошо? — сдавленно спрашивает, перебирая губы, изматывая меня до конца.
— Мм… — положительно хмыкаю, закрыв глаза, лаская пальчиками его вспотевшую спину. Не выдерживаю и впиваюсь зубами в шею парня.
— Тогда будем ускоряться понемногу. Тебе понравится, принцесска. — Даже с закрытыми глазами чувствую улыбку на его лице, а следом и появляется ускоренный темп, о котором шла речь.
— Господи, я сейчас разорвусь… — хнычу, резко открывая глаза, и тут же впиваюсь ногтями в его спину, не жалея ни свой маникюр, ни кожу босса.
— В этом нет ничего плохого. Разрывайся… — он достигает какой-то странной точки внутри и утыкается в неё всё сильнее и сильнее.
Гарри ложится на меня всем телом, пока я зарываюсь в своих волосах и подушках, получая странное удовольствие, подсаживаясь на эти ощущения, как на наркотик. А это то самое, что мне сейчас надо. Внутри всё сжимается, и я отклоняю голову назад, но меня останавливают зубы парня, которые томно зажимают мочку уха.
Это порождает сильнейший оргазм, который у меня когда-либо был. Ноги дрожат, и я не совсем ощущаю, как должен пульсировать Гарри внутри, по одной причине: потерялась в том, что он даёт.
— Дрожишь, — тяжело произносит парень где-то у головы, — Дышишь еле-как. Вся взмокла. Так ещё и ноги подрагивают… — его расслабленная плоть выходит из меня, заставляя белую жидкость вылиться на ковёр, — Неужели этому причина я?!
— Ты хочешь это услышать? — слабо улыбаюсь его словам, даже не открывая глаза, поскольку внутри ещё слишком тепло и наполнено, — С тобой очень хорошо.
— Подмазываешься на второй раунд? — хитрит парень, утыкаясь в мою шею.
— Кто из нас подмазывается?! — придя в себя, тоже начинаю подшучивать, а он, издавая странные звериные рыки, делает вид, что кусает за шею, хотя это не вызывает никакого страха. Только щекотно, — Прекрати!
Быстро подскакиваю и хватаю белую рубашку парня, чтобы хоть чем-то прикрыться, моё платье давно улетело куда-то за диван.
В то время, когда я жутко стесняюсь и вжимаюсь в вещицу парня, Гарри развалился на ковре, прикрывая достоинство подушкой. А улыбка-то какая сразу довольная. Ладно, секс был шикарный.
— Время моего желания! — внезапно произносит, будто меня ждёт что-то нереальное.
— Это что-то стоящее? — приподнимаю одну бровь, пока застёгиваю пуговки вещицы.
— Ты станцуешь для меня, — спокойно произносит, откидываясь на подушки.
— Станцевать? — ничего сейчас в моей голове не укладывается. Просто взять и станцевать ему? Весь тот спор ради танца? Он головой ударился?
— Медленно. Под музыку. Просто станцуй, — требует Гарри, а я должна подчиниться.
— Тогда на своих условиях.
— Сейчас, — добавляет требовательность и тон строгого босса. Я колеблюсь пару минут, потому что он ведёт себя странно, но нет ничего страшного и позорного в танце.
— Хорошо, — качаю головой, — Ты сядешь на стул, и руки будут завязаны.
— Зачем стул и зачем привязывать меня? — зелёные глаза пытливо щурятся.
— Если ты будешь сидеть, мне будет удобнее смотреть на тебя, но чтобы было идеально, ты не должен распускать руки, договорились? — нахожу его брюки и достаю чёрный ремень. Я — босс. Теперь я управляю всем. Кидаю брюки парню.
— Ты меня заинтриговала. Хочу увидеть тебя, танцующей. — Гарри быстро проскальзывает в штанины и занимает место в кресле. Выбрал удобство.
— Руки, Мистер Стайлс. — Пытаюсь быть такой же требовательной, но сама усмехаюсь этой тухлой попытке, — Не туго? — закрепляю его кисти вместе и затягиваю кожаным ремнём, а шатен молчит и качает отрицательно головой, — Вот и прекрасно. Поставим что-нибудь медленное… — подхожу к системе, подключаю свой телефон и ищу в плейлисте что-нибудь красивое и мелодичное, а головой соображаю, как буду двигаться, что буду делать перед сидящим парнем.
Ставлю The Weeknd — Wicked Game, опускаю взгляд и рассматриваю свои ступни, пока музыка негромко заполняет гостиную. Спину прожигает сосредоточенный взгляд парня, он ожидает чего-то грандиозного, а я… Даже толком не танцевала никогда. Провожу рукой вдоль корней волос, откидываю голову назад, начиная медленно двигаться в такт музыке. Выходит, наверное, ужасно, особенно то, как я начинаю двигать бёдрами, позволяя ткани рубашки слегка подниматься. Нижнего белья под ней нет, и это жутко заводит. Покачивая попой, поворачиваюсь к нему лицом и встречаюсь с пылким взглядом горящих в сумраке изумрудов.
Дразня эти глаза, делаю два шага вперёд и один назад, повторяю это, не позволяя слишком быстро приблизиться. Безмолвным ответом на такую манипуляцию служат желваки, образовавшиеся из-за сильно сжатых челюстей. Мне нравится, что он привязан, нравится хотя бы пару минут песни подоминировать, и я позволяю себе коснуться его обнажённого плеча. Веду тонкую линию вдоль спины к другому плечу, обходя парня сзади, а он слегка поворачивает голову в бок, ожидая увидеть с другой стороны. Если освободить этого зверя, убрать ремень с рук, мне не поздоровится, но я пока не собираюсь избавлять его от оков.
Я лишь действую так, как хочет этого тело. Встав перед ним снова, поворачиваюсь спиной и, выпятив попу назад, наклоняюсь к его брюкам, чтобы хорошенько поёрзать, но не забывая о ритме музыки. Даже связанными руками он умудряется слегка поднять край рубашки, но я тут же отхожу назад.
— Ох… Тебе нельзя прикасаться, — качаю пальчиком, — Мне можно всё, а ты только смотришь, как я танцую. Так звучало твоё желание, — играю бровями, ловя такой разгневанный взгляд, аж мурашки по коже, — Давай посмотрим, что там.
Тянусь к пуговицам рубашки, начиная медленно расстёгивать. А чтобы подлить масла в огонь, ставлю колено между его ног, специально нажимая на кое-что уже твёрдое и готовое. А глаза-то Гарри бегают от моего лица до рубашки, которая должна уже
