— За пределами Ашеваль, все чтят и уважают орден воительниц. Как знать, что было-бы с принцессой, если бы не этот замок, и вы, — он сделал ударение на последнее слово, желая дать ей понять, что ее роль важна в этом мире.
Итанур начал видел как за сильной натурой, скрывается одинокая женщина, смерившаяся со своей судьбой. Судьбой, которая была навязана ей ее отцом.
— Конечно, — согласилась она. — Печально, что королева Альанора не смогла бежать в Ашеваль.
— Это трагедия, миледи. Было слишком поздно. Нас вновь предали. Кажется, что на земле Орданора уже предателей больше, чем преданных королевству людей, — про себя он помянул герцога Дориана.
— Грустно слышать такое.
— Еще грустней все это наблюдать.
— Я хочу, чтобы вы знали, милорд, — сказала Катарина, уводя разговор в немного другое русло. — Орден Ашеваль будет с принцессой до конца. Мы не позволим кому-либо причинить ей вред.
— У меня даже не было сомнений, что может быть иначе.
— Шэль поведала мне, о вашей задумке. Вернее, только о той ее части, которой вы любезно поделились.
Итанур припомнил сказанные ранее слова.
— Скажите милорд, а не предательство ли доставлять истинную, теперь уже королеву Орданора, в руки тирана, который поработил ее дом?
Итанур не ожидал такого вопроса, и в его глазах вспых огонь гнева. Ему показалось, что Катарина назвала его предателем.
— Некоторым может показаться и так, — успокаиваясь, промолвил лорд. — Возможно, это и есть предательство в отношении Орданора, но не его людей. В любом случае, я считаю, что только так можно достигнуть мира на нашей земле. Такого мира, чтобы народ не чувствовал себя порабощенными.
— Я не думаю, что вы предатель, лорд Стром. Напротив, я согласна с вашим доводом, — спокойно произнесла женщина.
— Благодарю вас. Мне приятно слышать слова поддержки, — совсем остыл воин, его голос смягчился.
— Хочу, чтобы вы осознали, милорд. Мы не позволим королю Эдара обидеть принцессу. Если он желает лишь заманить принцессу к себе, чтобы лишить ее жизни, и публично продемонстрировать силу над Орданором, то мы не позволим этому быть. Это будет стоить нам жизней, но мы готовы пойти на такое, — уверено высказала Катарина.
— Уверяю вас, миледи. Король Калус не посмеет.
— Вы так его хорошо знаете?
— Вовсе нет.
— Тогда как вы можете, так утверждать.
— Видимо мои утверждения, строятся на безысходности.
— Ах, — вздохнула женщина.
— У нас просто нет другого выхода, — с нарастающей печалью сказал Итанур, опустив голову.
— Тогда будем молиться богам, чтобы они не позволили Калусу причинить зло юной леди.
Итанур почувствовал усталость, нависшую над ним. Ему захотелось далеко убежать и где-нибудь спрятаться, забыв обо всем.
— Молитвы не будут лишними. Пол королевства умирает от чумы. Нам нужно много молитв, — он посмотрел на Катарину.
— Тогда мы будем молиться, пока беды не закончатся.
Женщина протянула руку Итануру. Воин глянул на ее ладонь, не решаясь прикоснуться. Все же он не посмел отказать Катарине и взял ее руку.
— Помолимся богам, лорд Стром, — мягко произнесла наставница.
Она опустила веки, и слова молитвы начали слетать с ее губ. Лорд не стал закрывать глаз, но его взор потупился. Ее голос вселял в него надежду. Он всем сердцем хотел верить, в то, что боги услышат молитвы. Слов Итанур не знал, и не мог молиться вместе с ней, хотя теперь он этого очень сильно хотел.
Голос Катарины очаровывал. Произносимые ею слова казались божественными. «Если боги не услышат ее молитвы, они видимо, глухи», — подумал он. Женщина продолжала произносить молитву, не открывая глаз. В этот миг она выглядела святой девой.
Свеча постепенно притухала.
Белый дымок, кружась, помчался вверх. Воск скопился в низине подсвечника. Пламя погасло.
Ночная встреча Катарины и Итанура подошла к концу. Фигуры мужчины и женщины исчезли из зала.
Глава 14 — Замок Ашеваль
Как и предупреждала настоятельница замка Ашеваль, состояние принцессы Адэль ухудшилось. Сильное потрясение и душевные муки сковали девушку. Она не поднималась с кровати. Воительницы сильно переживая за самочувствие принцессы, не покидали ее покоев. Часто сама Катарина проводила время рядом с ослабленной Адэль, молясь за ее выздоровление.
Парой девушка бредила, произнося невнятные слова. По ночам она часто произносило имя своей матери во сне.
Итанур был сильно встревожен состоянием принцессы. Он не ожидал, что реакция Адэль будет такой сильной. Он предполагал, что она остро отреагирует на мрачные вести. Но вовсе не так, что эта реакция повлечет за собой физические последствия для ее тела. Он слышал, что потрясенные горем люди, даже могли умереть. Доводилось ему слышать такое крайне редко. Лорд исключал из своей головы мысли о том, что принцессе может стать хуже. Она поправится, просто ей нужно отдохнуть, как следует, считал он.
И хотя в замке было много прелестных девушек, Итанур на удивление, даже для самого себя, совсем не обращал на них внимания. Он, конечно, примечал их красоту и хорошие формы, но, не сильно увлекался разглядыванием. Замок Ашеваль казался раем. Красивые, подстриженные сады приукрашивали картину каменного замка. В них можно было блуждать часами, размышляя в тишине. Единственное, что портило пребывание воина в замке, так это постоянная мгла. Даже лик солнца не мог пробиться сквозь нее.
Иногда Итанур разговаривал с девушками, расспрашивал о жизни в Ашеваль. У всех история была одинаковой, они не знали своих родителей. Впрочем, это лорд и сам знал, ведь их забирали из приюта, до того как им исполнился год. Девочки росли не в Ашеваль, а в монастыре Акары. Там они учились и тренировались, и по достижению зрелого возраста отправлялись в Ашеваль. Они не служили в замке всю свою жизнь, хоть и проводили тут двадцать четыре года. После сорока они отправлялись обратно в монастырь Акары, где жили до смерти. Бывшие воительницы становились монахинями, и каждый день молились о здравии принцесс и королев. С наставницами дело обстояло немного иначе, они оставались в замке до пятидесяти лет. После этого, им было запрещено возвращаться в свои знатные семьи. Наставниц ждала та же судьба, что и простых воительниц.
У многих девушек, он видел в глазах искреннее желание служить. Они радостно рассказывали о том, что будут гордиться собой, когда завершат службу в замке, и вернуться в монастырь. Некоторые, не столь радостно отзывались о своем будущем. Однако, так как выросли они в весьма закрытой обстановке, то и мечтать они о многом не могли. Воительницы имели слабое представление о внешнем мире. Только наставницы располагали такими знаниями, им также разрешалось читать. Более того, это было необходимо. Все это было, сделано для того, чтобы прибывшие принцессы и королевы могли развлечь себя разговорами на любые темы.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
