произнесла Эрика.
Положив холодную руку девушки на тело гоблина, я сел рядом с ней, принявшись доставать фляжку. После долгого поддержания усиления меня начинала мучить жажда, и это был далеко не самый страшный откат после использования навыка. По сравнению с «каменным ущельем», навыком, что однажды продемонстрировал мне мой отец, раздвинув каменную гладь, а после и схлопнувший её, вернув в изначальное состояние, моя жажда лишь лёгкое неудобство. После применения того навыка отец потерял сознание и пролежал без чувств около минуты. Хотя моё усиление и возможность создавать ущелье шириной пять, глубиной восемь, а протяжённостью все двадцать метров и после ещё и схлопывать его сравнивать не очень правильно.
Пока я размышлял над высокоранговыми заклинаниями, Эрика успела поглотить силу гоблина, приведя себя в относительный порядок. По-видимому, одно тело не смогло восстановить всю потерянную кровь. Девушка уже была непохожа на претендентку в загробный мир, но определённая вялость всё же присутствовала.
— Ну как пришла в себя? — спросил я.
— Жить буду, но судя по последним событиям недолго, — вяло огрызнулась Эрика, разматывая пропитанную кровью повязку.
— Язвишь, значит, и вправду умирать не собираешься, — сделал вывод я.
Блондинке всё же с трудом, но удалось отодрать скреплённую ссохшейся кровью повязку. Вот только, то ли желание избавиться от этого украшения, было таким большим, что она не рассчитала силы, то ли кровь не хуже клея склеивала волосы, но вместе с повязкой последовала и приличная часть шевелюры.
Эрика ошарашено смотрела на окровавленные золотистые кудри, покинувшие её голову, а после принялась ощупывать свой череп, выясняя, насколько сильна утрата. Стоило блондинке лишь провести ладонью по месту, где у неё чуть не сняли скальп, как волосы посыпались золотистым водопадом, оставляя на месте себя гладкую кожу. По образовавшейся залысине можно было узнать часть скальпа, что чуть не срезал виндиго. Эрика явно до сих пор не верившая в случившееся продолжала гладить свою голову, но помимо повреждённого участка волосы оставались на своих местах.
— Рик, это что? — растерянно спросила Эрика.
— Волосы, — как можно конкретней ответил я.
— А почему они здесь, а не на голове?
— Видишь ли, я думаю, что организм пустил полученную силу на лечение раны и пополнение крови, которую ты потеряла слишком много. Полученной энергии было мало, её не хватило на восстановление нормальной работы волосяных луковиц, и организм просто избавился от повреждённых волос, пустив силу на более важные процессы.
— Понятно, — продолжая пустым взглядом рассматривать выпавшие локоны и явно не расслышав мой ответ, произнесла девушка.
— Эрика, ты зачем побрилась? — задал вопрос очухавшийся Ларс. — Я понимаю дикая природа, мало ли что на голове завестись могло, но нужно было попросить помощи у нас, а не решать проблему столь кардинально. У меня вон мыло специальное есть, оно всех блох бы быстро вывело. Пойми, лысина тебе не к лицу.
Эрика, с трудом восприняв сказанное воришкой, повернулась ко мне и с надеждой спросила: «А если убить Ларса и поглотить его силу, её хватит на то, чтобы волосы вновь отрасли?»
От этого вопроса позитивное настроение воришки как ветром сдуло. Он затравленно посмотрел на печальную девушку и бочком переместился за спину Алины, умудрившись полностью скрыться за неширокой девушкой.
— Думаю, это восстановит волосяные луковицы, но отрастить в одночасье волосы не получиться. Они будут расти, но с обычной скоростью, — сказал я, потихоньку отодвигаясь от впадающую в отчаяние блондинки.
— Это правда? — с недоверием спросила Эрика. — Я точно не останусь лысой? Если ты говоришь правду, тогда почему у тебя до сих пор не выросли волосы? Ты поглотил достаточно силы, чтобы восстановить волосяные луковицы.
— У меня другой случай. Всё дело в специфике класса именно из-за него у меня и нет волос. У тебя же всё будет хорошо, не волнуйся, — попытался успокоить я девушку.
Поглощённый глазами полными слёз, смотрящие на меня с какой-то детской надеждой, я не заметил, как к нам подошла Алина, и присев рядом с Эрикой обняла её. Как будто этого и дожидаясь, девушка, уткнувшись носиком ей в шею, начала беззвучно плакать.
Тихо встав, я отошёл к стоящим поодаль парням. Подойдя к Ларсу, зарядил ему знатный подзатыльник, тот хотел было возмутиться, но глядя на продолжающею содрогаться в тихом плаче Эрику, промолчал.
— Женщины — это сплошная загадка. Как с гоблинами биться и ранения получать так всё хорошо, а тут всего лишь волосы выпавшие увидела и всё конец света, — тихо посетовал Франс.
— Рик, ты же сказал, что всё отрастёт. Чего тогда она ноет? Ничего же страшного не произошло, — спросил Ларс.
— А ты попробуй это ей сейчас объяснить. У Эрики шок, она после ранения ещё не отошла, а тут такое, — подтолкнул я воришку в сторону уже двух плачущих девушек.
— Да ну их, безопасней здесь отсидеться. Кто знает, что в её голову в таком состоянии придёт. Ещё от зависти с меня скальп снимет.
Эрика успокоилась только через десять минут, за это время мы успели приготовиться к дальнейшему путешествию. Заплаканная девушка в какой-то момент невозмутимо встала, вытерла слёзы и, подойдя вплотную к явно испуганному Ларсу, ударила того коленом в пах. Парень рухнул как подкошенный, тихо поскуливая и прижимая руки к отбитому месту.
— Это тебе напоминание, чтобы в следующий раз на вендиго не наступил. Следопыт доморощенный, — и подхватив свой рюкзак, Эрика отошла от продолжающего кататься по земле Ларса.
— Что ж раз напряжение сбросили можно и выдвигаться, — с болью смотря на лежащего воришку, произнёс я.
До озера, где обитали наги добрались без особых происшествий. Ларс, видимо чувствуя за собой вину за необнаруженного вендиго всё время тщательно всматривался в малейший куст, за котором могла притаиться лесная тварь.
За весь путь нам встретился лишь одинокий волк. Зверь был вполне обычный и ничем не отличался от своих аналогов в королевстве, и так же как обычные волки скончался, получив болт в шею. Подошедшая к зверю Эрика поглотила силу, тем самым окончательно приведя себя в порядок. Из этого я сделал выводы, что всё же зверь был подвержен изменениям тёмных земель, просто хищник не успел продемонстрировать нам свои возможности.
Помимо встреченного волка, лес наполняли флюоресцирующие грибы. К моему сожалению, с растительным миром и царством грибов я был знаком плохо, поэтому не знал, что они из себя представляют. Мне доводилось слышать о растениях, которые при приближении к ним живых выпускали в их сторону ядовитый газ и о том, как уже срезанные растения начинали бурно врастать во взявшую их кисть. Опасаясь, что и эти грибы могут представлять опасность
