чём.
У меня внезапно перехватило дыхание. Я не забыл обещание их главного, поискать родню. Но бегать и спрашивать, нашёл или нет, не в моих правилах. Если узнает, сам позовёт. Вот и позвал.
— Хорошо, тогда пойдём, дядя Оушен, — пожал плечами я и смело двинулся прямо навстречу портовым бандитам.
Щербатый тут же попытался схватить меня за плечо, но со стороны громилы из Лютного повеяло такой жаждой убийства, что у портовых крыс, с их невероятно ра́звитым чутьём на неприятности, чуть ноги не подломились. Щербатый отпрыгнул от меня, как от прокажённого, едва не взвизгнув от страха. Оушен стоял расслаблено возле входа в закуток между контейнеров, но и оттуда ощущалась его готовность нести боль и разрушение, даже немаги чувствовали такое. Это как находится рядом с рычащим львом. Тут толстяк, который наконец-то отдышался, не выдержал такой несправедливости. Взревев, он бросился ко мне, чтобы схватить за шиворот. Никто не успел даже дёрнуться, как жирдяй уже сипел, пытаясь вдохнуть, а его крепко сжимала волосатая лапа громилы, который легко держал толстяка за горло. Поднеся его поближе, Оушен с шумом втянул ноздрями воздух и нехорошо так облизнулся, но потом тяжело вздохнул.
— Ладно, гуляй до полнолуния, кабанчик, — он словно игрушку отбросил под ноги толпе самую глупую из портовых крыс. Глаза его совершенно по-волчьи сверкнули, и он грубо рявкнул:
— Чтобы десятой доро́гой обходили пацана. И другим передайте. Иначе луной клянусь, крыс в порту не останется!
Отойдя подальше от незадачливых бандитов, он достал из кармана кусок верёвки и посмотрел на меня:
— Держись крепче, Том, сейчас к боссу полетим.
Не успел я вцепиться в верёвку, как что-то дёрнуло меня за пупок, и, казалось, протащило по узкой трубе, словно мячик, и через мгновение выплюнуло в какой-то деревне.
— Годрикова впадина, — рыкнул мой сопровождающий. — Здесь живут и волшебники и магглы. Только они нас не видят. Магия.
Прошагав по тихой зелёной улице, мы никого не встретили, только почти возле нужного дома, с нами поздоровалась какая-то женщина-соседка.
— Здравствуйте, мадам Бэгшот, — снял фуражку мужчина.
— Добрый день, Оушен. — разулыбалась старушка, ничуть не пугаясь звероватой внешности моего сопровождающего. — Спасибо за травки, что ты принёс. Хорошо помогают от больных коленей.
— Да было бы за что, леди, — смутился громила. — Вы в своей книжке всё правильно про нас написали, не то, что эти уроды из министерства, — тут он чуть ли не по-волчьи клацнул зубами.
— Передавай привет от меня Дамблдору, — улыбнулась старушенция, снова начиная орудовать тяпкой.
— Дамблдор? — я с изумлением посмотрел на Оушена. — Это же профессор, что приходил ко мне в приют. Ну, тогда...
— Хе-хе, — смешливо оскалился громила. — Это брат босса. Будет в Хогвартсе учить тебя трансфигурации.
Я ошалело покачал головой. В этой магической Англии, все друг другу родственники, что ли, получается. Сейчас чувствую, окажется, что я какой-нибудь внучатый племянник, троюродной тёти, со стороны соседа, этому серьёзному дядьке Аберфорту.
Оушен постучался в обычную на вид деревянную калитку, поверху украшенную, искусным образом вырезанной медвежьей мордой. Как только громила постучал, морда внезапно открыла карие живые глаза и внимательно нас осмотрела.
«Проходите», — услышал я в голове нечеловеческий рыкающий голос, и калитка сама собой отворилась. Мы вошли во двор, но показалось, что это больше огород, чем нормальная английская усадьба. Когда нас в приюте возили к морю, я на них насмотрелся. Тех, кто постарше, деревенские брали с собою в поле, а мы, мелюзга, помогали убирать во дворах. Так что я прекрасно помнил, как выглядит деревенское подворье. Здесь же ничего из этого не было. От дома во все стороны, словно от нарисованного солнышка, расходились каменные лучи-дорожки, а всё остальное пространство было занято чем-то непонятным. Какие-то странные растения, зелёные и похожие на палочки существа, скачущие по веткам деревьев. Настоящее болото, ярдов пять в диаметре, в глубине которого сверкали глазёнками странные существа в красных колпаках. Всё было крайне необычным, но дышало жизнью и гармонией.
— Словно Запретный лес! — вздохнул мой сопровождающий. — Умеет же босс устроиться.
Я хоть совсем ещё не разбирался в магии, но внутри себя почувствовал, какое море энергии здесь разлито. Эта прохладная податливая субстанция чувствовалась везде.
Мы зашли внутрь, где в гостиной, которая почему-то выглядела больше чем дом снаружи, сидел на диване дядя, Аберфорт и что-то читал.
Поздоровались, он взглядом отослал Оушена. Громила потрепал меня по плечу и вышел.
— Здравствуй, Том, — положил книгу на столик Аберфорт. Он взмахом руки призвал откуда-то плотный свиток пергамента и протянул мне, — читай. Здесь вся информация о твоём происхождении. Думаю, тебе будет полезно об этом узнать до школы.
Я с волнением развернул свиток и увидел перед собой раскидистое дерево, на каждой веточке которого, находился маленький портрет. Внизу страницы они располагались один за другим, в каком-то своём порядке, и рядом с картинками шёл текст.
Поразглядывав дерево, я вчитался в написанное.
Вначале шли какие-то Салазар Слизерин и Кадм Певерелл. Я не стал задерживаться на этих древностях, всё равно это не имеет большого значения, а спустился в самый конец, где был мой портрет и какого-то мальчика.
— Том Марволо Дамблдор-Гонт, наследник Слизерин, наследник Певерелл, — изумлённо прочитал я и посмотрел на дядю Аберфорта.
— Так и есть, — криво усмехнулся мужчина. — Можешь поискать по дереву, я, как оказалось, твой отец.
Я ошарашенно вытаращился на совершенно спокойного
