Читаем без скачивания Синдром войны - Александр Тамоников

– Хорошо, не буду, – смиренно согласился Алексей. – Есть предложения, майор?

– Валить банду, разобрать вездеходы и разъехаться своими дорогами.

– Майор, вы прекрасны, – с восхищением сказал Алексей. – Видит бог, говорю без иронии! А как же вы объясняться станете, когда прибудете в свою часть?

– В присутствии моего адвоката. – Поперечный усмехнулся. – Не ваша забота, Алексей Михайлович, выкручусь. Не бойтесь, это твердое решение, я не переменю его через пять минут. Голос разума – слышали о таком?

«Ваш голос разума несет полную пургу», – подумал Алексей.

– Хорошо, Игорь Николаевич, я рад, что вы со мной. Что насчет Смирнова с Лазарем?

Майор неопределенно пожал плечами. Действительно, он не провидец.

А у вездеходов тем временем наметилась активность. Солдаты разбежались, повинуясь командам. На принятие решения времени не было.

Прозвучал заливистый вопль:

– Сержант, здесь следы! Совсем свежие! Смотрите, они ведут вдоль улицы, вон к тому дому!

Все мгновенно встало на свои места. Трудно не заметить следы двух мужчин, оставленные пятнадцать минут назад в глубоком снегу. В груди Алексея похолодело.

Солдаты сбились в кучку, разглядывали следы, затем на всякий случай рассыпались. Одни залегли, другие спрятались за оградой. Возможно, они не заподозрили самое худшее. Почему эти следы обязательно должны принадлежать их врагам, которые погибли в вертолете? Их могли оставить и местные жители. Одну здешнюю бабу незваные гости уже пристрелили. Остальные, наверное, спрятались при виде грозных автоматчиков. Но «азовцы» были обязаны это проверить.

От машины бежал, проваливаясь в снег, рослый тип с сержантскими нашивками, энергично рычал, жестикулировал.

– Дубник, Прунич, вперед по следам! Кошакевич, прикрывай!

Двое солдат отделились от группы, стали приближаться к дому. Им ничто не мешало обратить внимание на выломанный штакетник и на следы, ведущие к крыльцу, к разбитому окну.

– Так что, майор, принимаем бой?

– Можно. – Поперечный задумчиво почесал переносицу. – Но, знаешь ли, что-то мне подсказывает, будто эта позиция не больно-то выгодная. Возьмут в клещи, начнут кромсать из пулемета. Мы умирать сюда пришли?

– Тогда отходим, – сказал Алексей. – Там еще одна комната. – Он показал большим пальцем за спину. – В ней окно. Сигаем в сад, выберемся задворками.

Но драгоценное время было утеряно.

В открытое окно хорошо офицерам было слышно, как где-то далеко, за вездеходами, кричат солдаты:

– Здесь тоже следы, много людей топталось! Смотрите, они к гаражу ведут, там несколько дверей!

В голову Алексею ударил жар, жуткий страх не за себя, а за своих товарищей по несчастью. Конечно, следы ведут оттуда! Там все затоптано. Люди регулярно выходили наружу – за дровами, справить нужду. Снег не падал уже два дня. Вовсе не нужно быть опытным следопытом, чтобы такое заметить.

Офицер отрывисто выплевывал команды:

– Осмотреть все вокруг гаража! Да осторожнее. Мы не знаем, кто это может быть!

«Бомжи, кто же еще», – устало подумал Алексей.

От головной машины отделились несколько человек и двинулись на задворки управы. Ворвутся в подвал, кто им окажет сопротивление? Один Архипов? И то неизвестно, не факт, что они в курсе и добрались до окошка.

– А вот теперь, майор, деваться некуда, принимаем бой. – Стригун передернул затвор «Кедра», приготовил гранату «РГД».

– Вы правы, Алексей Михайлович. Нужно отвлечь их внимание от подвала, – пробормотал майор, припадая к прицелу.

Потом он бегло покосился на побледневшего Алексея и заявил:

– Ладно, капитан, не бери в голову. Все будет зашибись.

– Не зашибло бы. – Алексей нервно усмехнулся.

Двое солдат уже шли вдоль ограды. Один показал пальцем на поваленный штакетник, что-то сказал и начал перебираться в огород. Они пока не видели офицеров, затаившихся в доме. Самое время выходить из сумрака.

Алексей выдернул чеку из запала, поднялся и с силой выбросил гранату из окна. Она упала в двух шагах от бойца. Тот заметил, как что-то прочертило дугу, сделал крупные глаза. Вспышка, хлопок, разлетелись комья снега! Солдата отбросило взрывной волной. Осколок срезал ему половину лица, пробил черепушку.

«Один в минус пошел», – отметил Стригун.

Второй «азовец» повалился в снег, испуганно закричал, энергично пополз прочь. Он поднялся, собрался сделать бросок. В этот миг майор и снял его прицельной очередью из «Кедра». Пуля попала в незащищенный затылок.

«Минус два. Неплохое начало», – подумал Алексей.

Боец, призванный прикрывать эту парочку, непростительно замешкался, а когда открыл огонь, в окне уже никого не было. Пули стучали по дому, заполошные крики разносились по воздуху. В рядах противника началась суматоха.

– Оставайтесь здесь, Игорь Николаевич, я буду по соседству, – бросил Алексей и помчался обратно на кухню, где было разбито окно.

Он припал к стене, осторожно выглянул. Отсюда неважно просматривалась управа, но ограда и наступающее войско были как на ладони.

Цель была достигнута! Солдаты, отправленные к гаражу, спешно возвращались. Вот и отлично! Они разбегались, залегали на противоположной стороне улицы. Громко ругался матом офицер. В самое пекло он не лез, спрятался за вездеходом. Бойцы «Азова» истерично палили из автоматов, переползали.

Офицеры огрызались короткими очередями, старались долго не маячить в окнах.

– Игорь Николаевич, вы живы? Вам там не скучно? – выкрикнул Алексей, дождавшись паузы в стрельбе.

– Вашими молитвами, Алексей Михайлович! – ответил из-за стенки майор. – На скуку сегодня грешно жаловаться!

Двое бойцов на дальней стороне дороги решили продвинуться дальше, видимо, с намерением зайти во фланг. Сначала они ползли, потом стали перебегать. До выгодной позиции за колодцем им оставалось шагов двадцать.

Алексей выстрелил с упреждением. Первый боец споткнулся, зарылся в снег. Второй рыбкой нырнул под забор, затаился. Первый, к сожалению, не пострадал, только испугался, выбрался из сугроба и тоже покатился под ограду.

– Капитан, вы не посчитали, сколько их было? – крикнул Поперечный.

– Кажется, пятнадцать штук! – Стригун осторожно высунулся из окна.

Слава богу! За спинами бойцов «Азова» что-то происходило. Часть пристройки к гаражу неплохо просматривалась. Там кто-то шевелился. Ополченцы и украинцы выбирались из подвала! Кто-то с трудом передвигался, его поддерживали. Другого тоже качало. Он хватался за стенку, передвигался рывками, повалился за угол, пропал из вида. Кто-то пробежал и растворился в дрожащем мареве. Солдаты не оборачивались. Они понятия не имели о том, что происходило у них за спиной.

Огромный груз свалился с души капитана. Значит, Смирнов и Лазарь не кинулись к своим. Правильно сделали – их сразу расстреляют или навеки засадят в тюрьму. Давай, Архипов, быстрее пристраивай раненых да беги на подмогу!

Но Алексей понимал, что это произойдет не сразу. Не такое уж солидное подспорье – еще один боец. Он, кажется, что-то пропустил.

За стенкой рявкнул майор:

– Капитан, ко мне! Гранатометчик!

Быстрое движение глаз. Ух, твою ж мать! Солдат привстал, пристроил «РПГ» на плечо, уже навел на окно. Спасибо, майор, разглядел!

Гранатометчик уже давил на спусковой крючок, граната отделялась от корпуса, а Алексей страусиными прыжками летел в соседнюю комнату. Майор отпрянул от окна, они одновременно повалились на пол.

Гранатометчик оказался мазилой. Заряд взорвался под фундаментом, искорежил стены, добавил разрушений в оконный проем. От грохота заложило уши. Впрочем, ненадолго. Пора возвращаться. Стригун поднялся на колени, вытряс звон из ушей, нащупал свой «Кедр». Поднялся и майор, тоже ошарашенно мотая головой.

– Все в порядке, Игорь Николаевич? Вы еще не пожалели о своем решении?

– Да идите вы к черту, капитан, – огрызнулся Поперечный. – Ступайте, воюйте. Становится жарко, вам не кажется?

Алексей перешел на кухню. Да уж, после этого взрыва не мешало бы сделать ремонт. Бахали разрозненные выстрелы, пули залетали на кухню, весело гремели шкафы и всяческие столовые принадлежности. Стригун повалился под изувеченный подоконник.

Гранатометчик собирался исправить свою ошибку, снова поднимался. Алексей откатился в глубь помещения, привстал. Так он был не столь заметен с улицы. Опасно, пуля просвистела совсем рядом!

Прицел плясал перед глазами. Чертова стреляющая коробочка! Где родной «АК»? У этого игрушечного «Кедра» дальность прицеливания всего пятьдесят метров. Ладно, семьдесят, если очень захотеть.

Стригун дал короткую очередь из двух патронов. Солдата отбросило как картонную мишень. Гранатомет прорисовал дугу и провалился в снег. Может, и не насмерть, броник выручит, но этот тип точно уже не боец.