авианосца разодрали бы меня в клочья. Ведь что я могу, даже обладая таким удивительным кристаллом, против военного корабля, висящего в нескольких километрах над поверхностью? Ни-че-го!
Нет, у меня ощущение, что протоссы… помогали нам. Я даже поделился этой мыслью с Анной. Если совсем откровенно, то подобные вещи мне бы следовало говорить капралу Добсону, поскольку он мой замкомвзвода. Но тогда пришлось бы открывать ему тайну артефакта, а делать этого я не собирался. Капрал для меня пока ещё темная лошадка. Мужик нормальный, правильный. Сражается достойно. Только мало этого, чтобы доверять секреты вселенского масштаба.
Анна, выслушав моё предположение, сказала неопределенно «Всё может быть». Вот и понимай, как хочешь. Ладно, главное выполнить задание, а там видно будет. Мы выдвинулись в путь и шли, шли, преодолевая то густые заросли, то спешно пересекая открытые пространства, то перелезая через скалы и холмы. Да, у этой планеты ландшафт весьма разнообразный. К тому же она, по сути, довольно дикая. Здесь нет, как на других планетах Доминиона, развитой инфраструктуры: дорог, мегаполисов, метрополитена и прочего. Тут обычную грунтовку-то едва встретишь.
Но вот с этим, кстати, нам очень повезло. Пока шли, наткнулись на заброшенную дорогу в лесу. Она успела зарасти мелким кустарником, однако была удобна для передвижения. Определившись с направлением и поняв, что просека тянется в нужную нам сторону, мы пошли по ней, не забывая контролировать окрестности. Не хотелось угодить в когти зергам, коих тут, как стало понятно, очень много.
Но ведь сидят, кровожадные твари, ждут чего-то. Приказа Королевы Клинков, видимо. После этого известно, что случается. Всегда — кровавое побоище. И тогда Доминион теряет очередную планету, а зерги направляются дальше, по пути завоевания Вселенной. Амбициозная у них предводительница, ничего не скажешь!
Через несколько километров капрал неожиданно докладывает: впереди видны заброшенные строения. Обходить трудно и долго, приказываю исследовать. Авангард осторожно выходит, мы следуем за ним, сокращая расстояние. Вскоре останавливаемся. Перед нами какой-то посёлок. Причем не жилой, а скорее научный. Несколько корпусов с панорамными окнами, соединенные крытыми переходами. Поскольку сканеры молчат, весь взвод заходит на территорию населенного пункта. Морпехи разбиваются на тройки и изучают строения.
Всюду — запустение, гробовая тишина (даже птиц не слышно), и только буйная растительность повсюду. Трудно понять, кто работал здесь, а главное — почему всё оставили. Мы заходим с Анной в самое крупное здание. Она предлагает спуститься вниз, в подвал. Поясняет: там, внизу, как правило, и проводят самые опасные эксперименты. Интересно узнать, чем тут вообще занимались.
Мы вдвоем идем по узкой лестнице. Включили на скафандрах систему освещения, вокруг становится довольно светло из-за множества светодиодных огней. Они крошечные, почти миллиметр, но светят очень ярко. И не так опасно становится. Хотя мы идем долго, спускаемся всё ниже, пока не упираемся в стальную дверь. К счастью, она приоткрыта. Электронный замок обесточен. Иначе бы сюда не пройти, не зная пароля.
Я упираюсь ногами, и мощные сервоприводы помогают раскрыть дверь. Со скрипом, она поддается. Проходим с Анной внутрь, и медик с интересом начинает рассматривать длинные ряды стеллажей, заставленных стеклянными банками. Внутри — какие-то странные штуки. Я присматриваюсь, становится противно: внутренние органы, части тел, но чьи — понять невозможно.
— Здесь проводились генные эксперименты, — уверенно говорит Анна.
— И чего добивались? — спрашиваю настороженно. Вдруг какая-нибудь тварь выскочит из темноты? Потому держу палец на спусковом крючке, винтовка снята с предохранителя. Можно бы и артефактом воспользоваться, но здесь низкий, всего метра четыре потолок, действие кристалла будет коротким. Так что лучше отстреливаться.
— Пытались, кажется, вывести новый гибрид зерга и протосса, — говорит Анна задумчиво.
— Что-о-о? — спрашиваю удивленно. Я и прежде слышал, но информация весьма неоднозначная.
— Ты слышал что-нибудь о гибридах? — спросила медик.
— Нет.
— Это страшные существа. Их ещё называют ложными Зел-Нага, — рассказала Анна. — О них мне рассказывал Чарльз, мой… Ну ты знаешь, — смутилась врач. — Короче, он говорил, будто гибриды обладают способностью поглощать ДНК, а потом использовать её в своих целях, чтобы уничтожать противника. Гибридов создал Зел-Нага по имени Амон, чтобы воплотить в реальность идею об идеальной форме жизни. Но не ему одному хотелось создать существа высшего порядка. Этим занялся и Доминион. Кажется, мы с тобой находимся в том месте, где начинались эти исследования.
— Я так и не пойму. Что особенного в этих гибридах? — спросил я.
— Ну как ты не понимаешь! — огорчилась Анна. — Представь себе, что есть некое существо, вобравшее в себя возможность регенерации, развитую мускулатуру, костную броню зергов, их умение быстро перемещаться, невзирая на внешние обстоятельства. Закапываться в землю, быстро размножаться. Это с одной стороны. С другой — энергетические щиты, псионические возможности, умение использовать технологии протоссов, поскольку есть к ним доступ на генетическом уровне. Теперь представляешь? Да такой враг опаснее зергов и протоссов, вместе взятых, и Доминиону перед ним не устоять!
— Получается, здесь именно таких тварей пытались выращивать? Но зачем?!
— Чтобы уметь контролировать и использовать в своих интересах, конечно же! — сказала Анна убежденно.
Я задумался. Да, перспектива встретить на своём пути гибрида становилась всё более реалистичной. И чем мы, морпехи, можем таким противостоять? Стало как-то очень не по себе. То был пока не страх, но его предшественник — опасение. Выслушав Анну, я предложил подниматься. Все, что нужно, зафиксировали наши видеокамеры, а какого-либо оборудования здесь не оказалось. Его демонтировали и вывезли намного раньше.
Мы поднялись на поверхность, и на всякий случай я установил внутри, на той длинной лестнице, ведущей на несколько уровней вниз, мину. Если кто сунется, зерги или протоссы, будем им неприятный сюрприз. Уж не за этими ли сведениями здесь охотятся обе расы, интересно? Ответов, конечно, мне тут никто не даст. Разве что профессора Ариэль Хэнсон, но до неё ещё добраться нужно.
Покинув посёлок, мы отправились дальше по проселочной дороге. Двигаться стало намного легче, мы значительно ускорились. Но всё равно пришлось сделать остановку на ночь. Иначе потребовалось бы стимпаки использовать, а это опасно. Парни способны протопать нужное расстояние, взбодренные сильными препаратами. Но может кончиться тем, что посреди боя станут вырубаться один за другим.
Я видел такое однажды. Не с моим взводом, правда. Те ребята сделали длительный переход, их сержант постоянно подгонял. Стимпаки расходовались очень часто. Вышли к точке, а там противник. Вступили в бой, и вдруг морпехи стали отключаться — засыпать прямо с оружием в руках. Из того взвода выжили только двое, да и то потому, что со стимпаками не переборщили. Остальные, и сержант в том числе, сложили головы.
«Потому лучше нормальный человеческий
