Читаем без скачивания Четверо слепых мышат - Джеймс Паттерсон

— Как бы там ни было, судя по голосу, ты совершенно счастлива. — Я почувствовал, что улыбаюсь. Не по поводу убийства, конечно, а по поводу увлеченностью Джамиллы ее работой.

Джамилла тоже радостно засмеялась:

— Что ж, мне доставляет удовольствие тайна. Как продвигается твое дело? Знаешь, вся эта история очень скверно пахнет. Кто-то истребляет армейских офицеров путем фальсификации улик. Создает видимость их виновности в преступлениях, которых они не совершали.

Я ввел ее в курс последних новостей как детектив детектива, потом мы поговорили на более приятные темы — например, о времени, совместно проведенном в Аризоне. Наконец она сказала, что ей пора бежать, возвращаться к своему криминальному делу. Положив трубку, я еще некоторое время думал о Джам. Она любила свою работу в полиции и ничуть этого не скрывала. Я — тоже, но меня донимали демоны.

Я достал еще одну банку пива, потом двинулся к себе наверх. Я все еще размышлял о Джамилле. Это были приятные мысли. Одна сплошная лучезарность…

Я открыл дверь своей спальни, да так и застыл на пороге, изумленно качая головой.

На моей кровати нашли себе приют два больших стеклянных кувшина. Изящные кувшины. Похожие на антикварные.

Кувшины были наполнены красивыми, похожими на кошачьи глаза, камушками. Их там было на первый взгляд тысячи полторы.

Я подошел к кровати. Вытащил один шарик.

Покатал между большим и указательным пальцами. Я вынужден был признать, что он выглядит как настоящая драгоценность.

Те субботы, которые у меня еще остались.

Как я собираюсь ими распорядиться?

Возможно, в этом-то и заключалась самая большая тайна.

Глава 78

В течение следующих нескольких дней у меня было ощущение, что за мной следуют по пятам по всему Вашингтону. Но похоже, я не мог их засечь. Либо они были очень хороши в своем деле, либо я проигрывал им по всем статьям.

В понедельник я снова был на работе. Всю следующую неделю я отдавал время своим прямым служебным обязанностям на подведомственной территории. Я также специально старался проводить несколько дополнительных часов с детьми перед тем, как приступать к сверхурочной работе у себя в кабинете. В этой работе мне немало помог полковник из Пентагона по имени Дэниел Будро. Он прислал мне архивные материалы с армейскими послужными списками времен вьетнамской войны. Куча документации, в которую, судя по всему, годами никто не заглядывал. Он также посоветовал мне обратиться во вьетнамское посольство. У них тоже имелись архивы.

Я просматривал старые архивные документы до тех пор, пока глаза не начинали слипаться, а сам я со страшной силой клевать носом. Я искал в прошлом малейшие признаки того, что могло бы как-то увязать Эллиса Купера, Риса Тейта, Лоренса Хьюстона, Джеймса Этру, Роберта Беннета или даже Тран Ван Лю с нашей чередой убийств.

Я не обнаружил никакой связи, ничего даже отдаленно обнадеживающего. Возможно ли такое?

Их пути на военной службе в Азии абсолютно не пересекались.

Поздно вечером я получил еще одно электронное письмо от Пехотинца. Иисусе Христе! Получалось, что им все-таки не был Оуэн Хэндлер. Так кто же отправлял мне эти подсказки? Кайл Крейг? Неужто он все еще пытается играть моей головой? Как ему удается отсылать сообщения из тюрьмы строжайшего режима?

Кто-то, однако же, их присылал, и мне это не нравилось. Может ли так быть, что меня тоже подставляют?

«Детектив Кросс!

Я слегка разочарован темпами вашего продвижения вперед. Вы взяли хороший след, затем потеряли. Оглянитесь назад, туда, где вы уже были. Все ответы содержатся в прошлом. Разве не так всегда и бывает?»

И подпись: Пехотинец.

Однако внизу страницы имелось еще кое-что. Очень неприятная картинка — изображение соломенной куклы. Точно такой же, какие мы находили.

На этой же неделе, в среду, я нанес визит в посольство Вьетнама, находящееся в северо-западной части Вашингтона, на Двадцатой улице. Перед этим мне позвонили из ФБР, сообщая о достигнутой договоренности. Я прибыл чуть раньше шести и поднялся на четвертый этаж. Там меня встретила переводчица по имени Тхи Нгуен. Возле ее стола стояли четыре большие коробки, набитые старыми документами, которые сохранило правительство ее страны.

Я сидел в маленьком кабинете мисс Нгуен, а она зачитывала мне отрывки. Можете мне поверить: ее вовсе не радовало это занятие. Догадываюсь, что ради него ей было предписано задержаться на работе. На стене за ее спиной висела эмблема «ПОСОЛЬСТВО СОЦИАЛИСТИЧЕСКОЙ РЕСПУБЛИКИ ВЬЕТНАМ», а также портрет Хо Ши Мина.

— Здесь ничего нет, детектив. Ничего нового, — жаловалась она, тщательно проглядывая пыльные бумаги более чем тридцатилетней давности.

Я попросил ее сделать одолжение и продолжать. Она громко вздыхала, поправляла свои старые очки в черной оправе и угрюмо зарывалась в следующую папку. Этот ритуал, сопровождаемый недовольной гримасой, продолжался несколько часов. Я видел, что она чрезвычайно недовольна.

Примерно в девять часов переводчица подняла на меня удивленный взгляд.

— Тут кое-что есть, — сказала она. — Может, это то, что вы ищете.

— Прочтите мне. Только ничего не пропускайте. Передавайте в точности, что вы читаете.

— Именно это я и делаю, детектив. Согласно этим записям, имели место противоправные налеты на небольшие деревни в долине Ан Лао. По всей видимости, убивали мирных жителей. Эти нападения повторялись с полдюжины раз. Очевидно, кто-то из военного руководства был в курсе этих акций. Возможно, даже ваше Командование по оказанию военной помощи Вьетнаму.

— Расскажите все, что там написано, — повторил я. — Пожалуйста, ничего не пропускайте. Переводите прямо по тексту.

От недавней ее скуки и раздражения не осталось и следа. Переводчица вся обратилась во внимание и даже казалась немного испуганной. То, что она читала теперь, ее взволновало.

— Во время войны всегда имеют место прискорбные случайности, — принялась растолковывать мне она. — Но там, в долине Ан Лао, события приняли совершенно иной оборот. Судя по всему, массовые истребления мирных жителей приобрели организованный и методичный характер. Почти как ваши серийные убийства здесь, в Америке.

— В Азии тоже есть серийные убийцы, — заметил я.

Мисс Нгуен вся так и ощетинилась от моего замечания.

— Вот, смотрите… В адрес правительства и армейского командования США были направлены официальные протесты от командования армии Республики Вьетнам. Вы знали об этом? Имеются также повторяющиеся протесты из столицы, из бывшего Сайгона. По мнению командования армии Республики Вьетнам, в юридическом смысле это было самое настоящее убийство. Убийство, а не война. Массовое уничтожение мирных жителей, в том числе детей. — Она нахмурилась и покачала головой. — Вот еще немного о почерке убийц. Расправа творилась над ни в чем не повинными крестьянами: мужчинами, женщинами, детьми. Их тела зачастую были вымазаны краской.

— Красной, белой и синей, — подхватил я. — Краска была визитной карточкой убийц.

Мисс Нгуен испуганно уставилась на меня:

— Как вы узнали? Вам было известно раньше об этих изуверствах? Какова ваша роль во всем этом?

— Я расскажу вам, когда мы закончим. А сейчас, пожалуйста, не останавливайтесь. Это может оказаться тем самым, что я ищу.

Через двадцать минут мисс Нгуен наткнулась на нечто такое, что я попросил ее прочесть вторично.

— В долину Ан Лао был срочно откомандирован экспедиционный отряд армейских рейнджеров. Здесь не вполне ясно изложено, но, похоже, они были отправлены в этот район, чтобы разобраться в обстоятельствах этих массовых убийств. Мне очень жаль, детектив, но из этих записей также не ясно, справились ли они со своей задачей или нет.

— Есть там какие-нибудь имена? — спросил я. — Кто входил в эту группу? — Я уже чувствовал, как волна адреналина захлестывает меня изнутри.

Мисс Нгуен вздохнула и покачала головой. Наконец она поднялась из-за стола.

— На пятом этаже есть еще такие ящики. Пойдемте со мной, детектив. Вы говорите, что людей до сих пор убивают?

Я кивнул и двинулся за Тхи Нгуен наверх. Там была целая стена из коробок, и я помог ей снести несколько штук в кабинет.

Вот так мы с ней проработали допоздна в среду, а затем еще и в ночь с четверга на пятницу, досидевшись аж до обеденного перерыва. Ее тоже захватил поиск. Мы узнали, что некоторые из рейнджеров, посланных в долину Ан Лао, были террористами в военной форме, убийцами-фанатиками в военной форме. К сожалению, архивные документы не были подобраны по датам. Их просто побросали в коробки как попало и оставили собирать пыль, не рассчитывая, что кто-то когда-то еще будет их читать.

В пятницу примерно в два пятьдесят мы вскрыли очередную партию коробок с материалами, относящимися к расследованию военных преступлений в долине Ан Лао.