у этого создания немалый, и не на каждое дерево можно прыгать…
Мне невольно вспомнился наш остановившийся туристический автобус, и те двое мужчин, что попали под влияние этого существа… Так и есть: рядом с тем местом, и верно, росло несколько очень высоких деревьев, и я ощущала что страх, который меня так пугал, шел именно с вершины одного из этих деревьев…
— Но ведь он, этот зверь, весит немало, и под его весом дерево должно наклониться, а мы ничего такого не заметили!
— Тут все просто: у этого существа мягкое тело, чем-то напоминающее гусеницу (хотя при этом его кожа невероятно плотная), и оно просто обхватывает ствол кольцом. Если ветки густые, то ничего особенного и не заметишь… И потом, идя по лесу, вряд ли будешь часто смотреть на вершины деревьев — каждый предпочитает глядеть себе под ноги. А еще предполагаю, что оно способно мимикрировать, сливаться с окружающей средой.
— Как думаешь, почему эта тварь на нас вчера днем не напала?
— Могу только предположить, что существо, с которым мы столкнулись, предпочитает вести ночной образ жизни, и, естественно, охотиться по ночам. Днем оно, скорей всего, просто-напросто отсыпается, и именно оттого при дневном свете ты его так плохо ощущаешь. Склонен считать, что это существо не любит солнце, а вчера был солнечный день. Не спорю — оно, разумеется, и днем нападает, и пример тому — пропажи здешних жителей. Хотя я расспросил обитателей поселка, и оказалось, что все пропавшие ушли в лес во второй половине дня, причем или в дождливую, или в ненастную погоду. Кстати, ты, похоже, ранее уже сталкивалась с тем чудищем?
— Было дело…
Не знаю почему, но я решила рассказать Крому о том, что случилось на лесной дороге, когда сломался наш автобус. Тот выслушал меня, задал кое-какие вопросы, а потом сделал вывод:
— Н-да, вам не повезло — надо же было такому случиться, что ваш автобус сломался рядом с местом, где пряталась эта тварь. Впрочем, в жизни бывают еще и не такие случайности. Той дорогой, как ты сказала, пользуются постольку — поскольку, но все же найти себе жертву шанс есть, да и мало ли людей пропадает бесследно. Вот и в вашем случае двух людей то существо подмяло под себя без проблем, только вот с тобой возникли сложности. Правда, потом из автобуса вышло слишком много людей, и этому созданию поневоле пришлось отступить — не стоит привлекать к себе внимание, да и с большой толпой вряд ли можно справиться. Тем не менее, оно, похоже, все еще надеялось на то, что еще хоть кто-то пойдет в лес, ждало добычу…
— Думаешь, оно настолько разумно?
— Это пока только моя теория, и о степени разумности судить сложно.
— Меня удивило другое… — вздохнула я. — Я была просто поражена той силой, с какой тот мешок с головой и лапами умудряется воздействовать на людей. Конечно, я не зоолог, но ранее ни о чем подобном не слышала.
— Согласен.
— Как думаешь, откуда взялось это существо?
— Предпочитаю не гадать на кофейной гуще… — мужчина уклонился от ответа.
— Знаешь, я все еще в растерянности — стоит только вспомнить голову этого… монстра, вернее, его рот, или как там называется эта длинная костяная трубка… Кстати, я видела, что ты ее осматривал перед тем, как сунуть это существо в мешок. Ты заметил там что-то странное?
— Там все странное… — проворчал Кром.
— И какие же ассоциации у тебя вызывает голова этого создания?
— Скажем так — весьма своеобразные.
— Поподробнее можно? У меня складывается впечатление, что ты делаешь все, лишь бы не отвечать на мои вопросы.
— А ты, вроде, говорила о том, что то ли аналитик, то ли статистик… — усмехнулся Кром. — Вот и скажи мне, что думаешь насчет этой дивной зверюшки.
Вообще-то я уже обдумала этот вопрос, только вот вывод, к которому пришла, как-то не особо укладывался в привычную и строгую картину мира.
— Смеяться не будешь?.. — спросила я.
— Да сейчас вроде как не до шуток, да и к юмору я не особо склонен.
— Ладно… — вздохнула я. — Видишь ли, я особо не разбираюсь в зоологии, но кое-что из школьной программы помню. Так вот, если мне память не изменяет, то в среднем у взрослого человека (в зависимости от роста и комплекции) где-то от четырех до пяти литров крови. Сегодня ночью, когда ты пристрелил это существо, все вокруг было залито кровью. Уж не знаю, человеческая это была кровь, или звериная, но ее было очень, очень много. Конечно, дело происходило в темноте, при свете фонарика многое рассмотреть я не могла, но, тем не менее, я абсолютно уверена, что здесь пролилось много больше пяти литров крови, во всяком случае, увиденное значительно превышало это количество.
— Дальше.
— В этом существе не должно быть столько крови… — продолжила я. — А это значит, что убиенная тварь высасывает кровь из своих жертв (которых перед этим оглушает и лишает сознания), и скапливает нее в себе. Кстати, когда мы засовывали эту тварь в мешок, кровь в ней еще оставалась, хотя к тому времени ее уже вылилось более чем достаточно. Я видела, как из тела того существа вытекала кровь, только вот это было не похоже на то, что кровь идет не из вен и артерий, а выглядело так, будто кровь вытекает из… , ну, скажем, некой емкости, в которой она находилась ранее. Да и само строение тела убиенной твари больше смахивало на мешок для хранения некой жидкой субстанции. Скорей всего это существо питается кровью, которую добыло у своих жертв.
— Интересно… — кивнул Кром. — Что еще?
— Теперь поговорим о той костяной трубке, что расположена на том месте, где должен быть рот. Если ее вскрыть, то не удивлюсь, если окажется, что внутри находится что-то вроде длиной полой иглы, при помощи которой тварь и высасывает кровь из жертвы. Тоже мне, вампир недоделанный! Единственное, что меня смущает, так это то, что кровь, вытекшая из этого существа, на первый взгляд была свежей, такой, какая была бы у любого человека, если бы у него полилась кровь из полученной раны. Конечно, чтоб утверждать подобное, нужно сделать соответствующий анализ крови, но чего нет — того нет. Однако если эта тварь питается кровью, то эта самая кровь в любом случае должна подвергаться изменению, оказавшись в чужом теле, но этого не происходит. Предполагаю, что это существо каким-то образом умудряется сохранить добытую кровь в, скажем так, свежем
