Под Новый год вздумал филин днем полететь по какому-то делу. Не так уж долго и был, а вернулся… что за история? Заблудился, что ли? Нет елки. Сделал круг-другой над оврагом. Нет елки! Только свежий пень торчит из-под снега и чьи-то следы на снегу.
Третий день сидит филин, думает, удивленно топорщит уши: где же елка?..
Фото автора. 1 января 1963 г.Судите, кто выиграл
В этом цехе писали ответ Аденауэру. Письмо опубликовано в челябинской газете.
Старый канцлер и его друзья из НАТО хорошо знают, как много металлических труб требуют наши стройки. Мы платили за трубы золотыми рублями. И все-таки канцлер, нарушив договор, отказался продавать трубы. Расчет простой: помешать «коммунистической семилетке». Решение Аденауэра ставит крест на крупном трубопрокатном заводе в Дуисбурге. Покупателя нет – завод закрывается. «Но и коммунистам придется туго», – потирают руки на Западе.
Трубы нам действительно очень нужны. Особенно большого диаметра. Сегодня таких труб ждут на трассе нефтепровода «Дружба», на трассе газопровода Бухара – Урал.
Старику Аденауэру, наверное, любопытно узнать: что же вышло из решения «не продавать»? Что же, прервется нитка нефтепровода?
«Нет, господа Аденауэры. Не хотите продать – сделаем сами. Днем и ночью не выйдем из цеха. Будут трубы. Будут выполнены все наши планы», – так написали рабочие цеха, где сейчас действительно днем и ночью не гаснут огни горячей стройки.
Из окон на снег ложатся голубые квадраты. В цехе дрожит туманная дымка. От голубого света электросварки в иные минуты весь цех кажется голубым и бесконечно большим. Он и в самом деле огромный, этот новый пролет в старом трубопрокатном цехе. Рядом на действующем стане с гулом проносятся трубы. Завод-ветеран дает стране тысячи километров разнокалиберных труб.
Малые трубы делают просто: прессы, как картон, сгибают стальные листы в трубочку. Электрический шов – труба готова! Большую трубу так не сваришь. Нужен слишком широкий лист. Решили делать трубы из двух листов. У прессов, где делают заготовки, можно уже сейчас посмотреть, как будут рождаться эти необычные широкие трубы. Из двух листов пресс в полминуты согнет два длинных стальных «корыта». Потом два «корыта» приложат друг к другу, обожмут. На сварочном агрегате сверху и снизу пройдет электрический ток. Испытания прочности, калибровка, обрезка – труба готова! Кажется, просто. Да, просто, если бы трубы были картонные или жестяные. Но труба весит несколько тонн, и очень немногие знают, наверное, какое это сложное и громоздкое сооружение – трубопрокатный стан. Такой стан и строят сейчас в Челябинске. Его готовились строить раньше. Были готовы проекты, был заложен фундамент, заказано оборудование. «Аденауэр приблизил пусковой срок», – шутят рабочие.
День и ночь горит в цехе голубое пламя электросварки. Этот участок стана почти готов к пуску. Уже идет проверка узлов и механизмов.
В декабре в цехе были горы земли. Сейчас во всю шестисотметровую линию уже виден четкий контур огромного стана. В цехе началась наладка сборочной линии. Тут работают монтажники мастера Александра Букаткина. У молодых ребят самое деликатное дело. Стальные руки сборочной машины должны соединять заготовки-«корыта» с микронной точностью. От того, как будет работать этот участок, зависит успех всего дела.
Но это только начало цеха. Огоньки голубой сварки, как маяки, ведут по всей линии стана. Вот сварочный агрегат, вот «мозг» управления станом. Если бы человеку закрыть глаза и подвести к пульту этого «мозга», он решил бы, что его привели к пульту запуска межпланетных ракет. Сотни стрелок, сотни приборов на высоких щитах, тысячи проводов: толщиной в руку и тонких голубоватых, как кровеносные вены, и совсем тонких и золотистых, как женские волосы. Умные приборы будут управлять всем процессом прокатки и сварки. Сейчас очень важно найти свое место каждому проводку-нерву. Эту непостижимую для новичка работу делают колдуны-монтажники во главе с Ефимом Дмитриевым.
Я попытался заговорить с Ефимом. Он держал по пучку проводов в каждой руке, третий пучок держал в зубах. Замахал головой:
– Некогда, некогда с разговорами.
Еще полкилометра пути по цеху – мимо глубоких цементных ям, мимо фундаментов чуть ли не с площадку для волейбола, мимо кранов, автомобилей, электрических моторов, катушек кабелей, опалубных досок и только что вынутых из контейнеров механизмов.
И вот уже конец цеха. Знакомство еще с одним бригадиром монтажников. Зовут бригадира Георгий Князев. Этот бригадир оказался словоохотливым.
– Вот, обратите внимание: сидим и курим. Восьмой раз садимся курить. Фундамент готов, который день ждем оборудования. Подводят ребята с Коломенского и других заводов страны. Сказали бы через газету: «Ребята, там, мол, в Челябинске, здорово жмут. Дело за вами. Давайте все сообща утрем нос старому канцлеру. А тогда и покурим…»
Две тысячи молодых челябинцев не тушат огней на боевой стройке. Не просто и не легко в короткое время построить махину-стан. Тем более что строит его не один Челябинск, а добрый десяток заводов-поставщиков. Но уже определен срок рождения первой трубы. Вначале назывался апрель, сейчас называют март. Первого марта заработает первая линия сборки и сварки.
Поздно вечером я зашел в конторку, где сидит начальник стройки Георгий Степанович Шеркунов. На столе, как карты большого сражения, грудой лежали синие и белые чертежи. Георгий Степанович строил все цехи трубопрокатного завода. Сейчас у начальника усталое от бессонницы лицо. Киваю на голубые окна нового стана:
– Пойдет труба к первому марта?
Георгий Степанович поднимает глаза на молодых ребят-инженеров:
– Пойдет.
Пойдет труба-1020, господа Аденауэры. На линию Бухара – Урал пойдет, на линию «Дружба», на другие линии наших строек. Ваш стан в Дуисбурге остановится. Наш новый стан в Челябинске будет пущен. Судите сами, кто выиграл.
Фото автора. Челябинск. 17 февраля 1963 г.Псковитянка
– Таким людям надо каждое утро цветы приносить…
Из разговора с прохожим, у которого я спросил, где живет Ангелина Дмитриевна Золоцевская.
– Вот так было… Дорога трудная, но прямая. Клевана пулями, зубы цинга поела, поседела. А вот смеяться не разучилась. Иначе и жить нельзя.
* * *Это конец разговора с Ангелиной Дмитриевной. «Не разучилась смеяться…» Сейчас вы узнаете, что эти слова не так просто сказаны.
Во всех учебниках сказано так: «Боевое крещение Красная Армия получила под Псковом и Нарвой». Слова: «Под Псковом и Нарвой» стали почти отвлеченными. Малахов курган – это Малахов курган. Каждый может представить. А вот место под Псковом никто не представит. Это оттого, видно, что плохо чтим святые для нас места. Из школьных книжек я не помню картинки «место под Псковом». По досадному безразличию на месте этом нет до сих пор памятника.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
