как и все здесь присутствующие. А еще я понимаю, что за такую находку император наверняка меня наградит, верно ведь? Может земли подарит, да и золотом наверняка не обидит, — я мечтательно закатил глаза. — И еще я подумал, раз вы захотели мира, значит, стоит рассказать вам этот секрет. Я готов разделить с вами эту награду в качестве доброй воли.
Патриус насмешливо усмехнулся, а вот Кройцу чутья опасности было не занимать. Он буравил меня полным сомнения взглядом и все не решался согласиться.
— А может, ты просто скажешь, где этот тайник, а я как-нибудь передам императору. Пусть надежные люди проверят?
Я тяжело вздохнул:
— Боюсь, что вы хотите меня обмануть, герцог. Я вот думаю, может мне и вовсе лучше самому проверить, а тогда уже…
Я многозначительно промолчал. Кройц и Патриус снова обменялись взглядами, Патриус качнул головой, подзывая Кройца на разговор.
— Подожди, мы сейчас, — сказал Кройц, и они с Патриусом зашагали в другой конец шестигранного зала.
Я прекрасно осознавал рискованность этой затеи. Кройц мог прямо сейчас отправиться к начальнику стражи и велеть меня схватить. Утаивать такую информацию по сути своей — предательство для присягнувшего. Но парни по невежеству и молодости об этом даже не подумали. А еще я слышал, о чем они говорят. Жажда наживы мало кому идет на пользу. Эти засранцы обсуждали, как здорово бы было отыскать эту комнату и сокровища, забрать их, а меня прирезать и запереть в этой комнате. Что ж, идея мне понравилась. Вот только я до нее додумался первым.
— Ладно, веди и показывай, — возбужденно сказал вернувшийся Кройц. — Где это место?
— Если не ошибаюсь, на шестом ярусе главной башни.
Парни переглянулись.
— Ярус, где живет дурачок, — усмехнулся Кройц, и Патриус тут же с пониманием гаденько заулыбался в ответ.
— Там стража на ярусе? — спросил я.
— Да вряд ли, — махнул рукой Кройц. — Там живет Густав и его няньки, но он из комнаты обычно не выходит, его просто запирают на ночь.
— Он прямо с няньками живет? — удивился я.
— Ну не прямо с ними, — закатил глаза Кройц, — они в соседних покоях. Если ему что-то надо, он в звонок звонит.
— Просто не хотелось бы, чтобы нас кто-то видел, — сказал я.
— Ну это можешь не переживать, — заверил Кройц, — это я беру на себя.
— Ну, тогда идем? — спросил я.
Эти двое синхронно закивали, и мы зашагали прочь из бального зала. Всю дорогу я нарочно отставал от них и всячески делал вид, что любуюсь архитектурой дворца. На самом деле я делал это только для того, чтобы окружающие не заподозрили, что я иду с ними. Правда, эти двое то и дело останавливались и подгоняли.
Стражу мы встретили лишь у лестницы и внимание на нас обратили. Гвардейцы поклонились Кройцу и Патриусу, а на меня взглянули с подозрением, но поняв, что я иду куда-то с аристократами, потеряли интерес. Нужно не забыть их потом показать этим стражникам.
Вскоре мы оказались на нужном ярусе. Стражи, как и говорил Кройц, здесь не было. Вообще, в этих коридорах было тихо и сонно, словно бы сейчас вся столица не веселилась и не шумела, а была обычная будничная глубокая ночь. Все двери плотно заперты, одна и вовсе была закрыта на засов снаружи. Как зверя дикого держат, видимо, здесь и жил Густав. Может он опасен для окружающих и Линетт ошибалась по поводу его невинности? К счастью, это я вскоре выясню, потому что в его покои был проход в стене.
— Ну и где твоя потайная комната? — тихо спросил Патриус.
— В самом конце у балкона, — кивнул я вдаль.
Мы бесшумно направились туда, куда я указал. Там у балкона и впрямь был потайной вход, который как раз и вел в покои Густава. Но никакой комнаты и, конечно же, сокровищ Девангеров там не было никогда.
Я встал напротив стены, изобразив замешательство.
— Ты что? Не знаешь, как открыть? — начал злиться Кройц.
— Не уверен, что получится, — вздохнул я.
— Если не получится, вышвырну тебя с балкона, — как бы в шутки пригрозил он, хотя вряд ли он шутил.
Я подошел к мраморной стене и начал нерешительно шарить по ней руками, словно бы пытался отыскать нужный блок и вдавить его. На самом деле проход открывался проще — достаточно было дважды стукнуть ногой по низу стены в центре, и та открывалась. Но для пущей убедительности я продолжал изображать, будто не знаю, как ее отпереть.
Кройц и Патриус начали раздражаться, шипели что-то позади, подгоняли, и тогда я незаметно стукнул носком ботинка куда надо, одновременно как бы продавив стену внутрь.
— Получилось! — восхищенно воскликнул я.
— А ну, отойди, труполюб, — грубо отпихнул меня от прохода Кройц и шагнул сам в темноту. За ним тут же шагнул и Патриус.
Вот и попались мышки в ловушку. Я шагнул за ними и задвинул стену.
— Эй! — возмущенно воскликнул Кройц. — Ты что творишь, идиот?
— Оно само закрылось, — растерянно проговорил я и быстрым движением свернул шею Патриусу, потому что он стоял ближе всего.
Кройц не мог видеть в этой тьме. Он так и не понял, что его друга больше нет в живых.
— Какого Шаргана? — продолжал возмущаться он. — Эй, Гью? Есть у кого-нибудь свет?
Я исполнил его желание и призвал к свету.
Кройц сощурился и начал растерянно осматриваться вокруг:
— Это какая-то коморка, нет тут никаких сокро… — он запнулся, увидев Патриуса. Кройц медленно перевел оторопелый взгляд на меня.
— Тебе конец, труполюб! — свирепо закричал Амадей и выхватил из ножен кинжал.
Я не позволил ему его занести, коротким, быстрым движением выбил кинжал из рук Кройца. После я погасил свет и ухватил Амадея за горло.
— Видишь ли, герцог, я всегда исполняю свои обещания, — спокойно произнес я. — И, если бы ты не нарывался, мог бы еще какое-то время наслаждаться жизнью, порадоваться своему положению в обществе и богатству. Но теперь, увы. Пришло время стать моей мертвой марионеткой.
— Тебе это с рук не сойдет, — зашипел он и начал извиваться как уж, пытаясь меня ударить магией, но я только сдавливал сильнее руку на его горле, ловко отводя атаки в стороны
