еще вариант с деревянными кубиками для детей. Сколько у кубика граней? Шесть. Значит, на нем поместится шесть простеньких картин. Но, на упаковке обязательна картина в целом. Иначе как ее собрать без образца? Господин художник?
- А?
- Вы меня слышали?
Такого Апполинария Кува я еще не лицезрела. Я вообще не знала, что человек может одними лишь ушами своими покраснеть.
- Я вас… слышал, - выдохнул он, наконец. – Это так странно. И восхитительно по простоте. Я в Варкнасе в храме Всех Пресветлых видел витраж «Св. Манулика в алых розах». Потом его и остальные из того же места даже рисовал. Но, мне и в голову бы не пришло, что на их основе можно подобное создать. А вам пришло, прекраснейшая донья… Я-я обязательно попробую. Но, скажите, вам это зачем?
- О, не из меценатства, уважаемый господин художник, - с прямотою швабры тут же уведомила я. – Деньги.
- Деньги? – рассеянно скривился тот.
- На моем попечении, как вы знаете, целая усадьба, которую необходимо поднимать. Но, не за счет поднятия налогов в двух подопечных деревнях. И с вами мы при положительном исходе подпишем договор, в котором я обозначу свой процент материального участия, а позже прибыли. Так вы согласны?
- Я… согласен.
Глава 34
Новая стратегия…
« Егор, и еще я сказала, отвали!»
Т. Тьяди-Дюран «Хроники Буйных лугов»
- Н у что, какая у нас стратегия?..
После данных слов, выданных с предвкушающим энтузиазмом, меня не то, чтобы встряхнуло… насторожило. Да. Я явственно насторожилась:
- Что, господин капитан, вы имеете в виду?
Каюсь, попытки сохранить нашу обоюдную субординацию в большинстве случаев терпели крах. Да и удачная их часть получалась лишь когда господину капитану элементарно было некогда - он без предварительной раскачки, сразу по приезде в «Буйные луга» развернул внутригарнизонные армейские реформы.
Во-первых, в рамках «Устава королевской службы» повысил до звания капрала двух самых толковых своих и грамотных солдат. Мой замковый бюджет это нововведение коснулось вскользь (добавка к жалованию военных – привилегия монарха). От нас понадобились стандартные нашивки к капральской форме. Да и те лишь выкупить в Управе. Зато теперь бойцы поделены на пару взводов под руководством двух капралов, и их муштра заметно возросла.
Я до недавнего времени понятия не имела, что по тому же самому уставу владелец замка в мирное время имеет право располагать целой третью гарнизона. Это ж шестнадцать человек на каждый день! И всё моё! Помнится прежний капитан мне отказал два раза в использовании своих солдат. Причем, для их же гарнизонной пользы. Сначала в рубке дров для солдатской кухни, потом во внутреннем ремонте их же мыльни (так робко баня здесь зовется). А как он покушался на мою стратегическую ёлку? А как добивался переезда со своего второго казарменного этажа в апартаменты замка?.. Да хоть сейчас езжай в Федил, ломись в краевой арестантский корпус и зонтиком по кумполу этому Койту! Зонтиком со свинцовыми спицами!.. Пожалуй, я немного увлеклась.
Вторым пунктом реформы в стенах замка стали обязательные спортивные разминки и борьба. Точнее армейский рукопашный бой. И если бегали и отжимались солдаты под руководством бдительных капралов, то драться их учил сам новый капитан… Не знаю, по совпадению или следствием через три дня в «Буйных лугах» появился седой и бородатый как Дед Мороз гарнизонный лекарь. Он, кстати, тоже полагался по уставу. И вот ему мы форму, халат, да много чего еще должны. Но, лекарь в замке при любом раскладе это - хорошо. И надо бы к нему внимательнее приглядеться, ну и в идеале подружиться. Когда он освободится от примочек и повязок для бойцов.
А вот по третьему пункту мы с господином капитаном так тихонечко сегодня и сидим. Пока тихонечко. Однако после подобных поворотов на скаку:
- Ну что, какая у нас стратегия? – любое может быть.
- Что, господин капитан, вы имеете в виду?
Рок, торчащий в кресле с другой стороны моего заваленного бумагами стола, вдруг резко встал и так же резко отошел к окну:
- Ну… Аннушка, ты ведь понимаешь, что…
- Донья Тимьяна, - следя за мимикой мужчины, досадливо поправила я.
Он, с неожиданной улыбкой, вдруг кивнул:
- Донья Тимьяна. И вы ведь понимаете, что мы с нашими запасами знаний при уровне развития этого мира прорыв немалый можем совершить?
- Да, - настороженно подтвердила я. – Понимаю.
- Вот и я… - и ненадолго замолчал. – Помнится, вы спрашивали: есть ли равноценная замена кольям в рве. У меня сейчас в голове несколько идей. От самой простой, приближенной к стандартам здешней реальности и до изобретения пороха. Вот я и спрашиваю: какова наша дальнейшая стратегия существования? Чего вы хотите в этой жизни, прекрасная донья Тимьяна?
- Я-я… - голос мой неожиданно дал петуха. – Я не хочу.
- Чего? – пристально глядя на меня, спросил мужчина.
- Прорывов, научных и техногенных революций. Рок, я этого всего не хочу. Я просто жить хочу.
- И быть счастливой? – как-то сокровенно тихо уточнили у меня.
- Да, и быть счастливой. А ты? А вы? – спохватилась я. - Чего от этой жизни хотите вы?
- Того же самого, - улыбнулся Рок. – Но…
- Что «но»? Все-таки порох, да? Или понтоны через Вертичуй? Или банальный велосипед? Рок, что «но»?
- Вы ругаться будете, донья Тимьяна.
- Господин капитан?!
- Того же самого... но только лишь с тобою.
- У-уф… Опять…
- А что это такое у тебя? – мужчина, сощуренно приглядываясь, в момент вернулся ко столу. – Это, как их… «модельные эскизы» ведь лежат?
Я, подскочила из кресла и всеми откормленными телесами рухнула поверх бумаг:
- А, ну-ка, отвали!
- Нет, правда! – оскалился этот, далекий от всего прекрасного мужлан. – Это ведь они. Ну, погодь, я рассмотрю! Блин, как в старые добрые времена!
- Отвали! Это для дела!
- Для какого? И кто их рисовал? Не ты ведь!
- Нет, Видаль, - внезапно вылетело из меня. Я не хотела, а оно само сорвалось с губ!
- Зачем? – откровенно растерялся Рок.
- Я же сказала, что для дела!
- Но, Аннушка?
- Егор, и еще я сказала, отвали!
- Ох, мы, кажется… невовремя, - в распахнутых дверях кабинета двумя тощими статуями застыли Оливер и
