Читаем без скачивания Девочки с большой дороги - Марина Серова

— Очевидно, ставить запаску. Если ее не стащили, — буркнула я, отправившись к багажнику.

Открыв его, я увидела новенькое колесо. Достав запаску, уже собралась начать замену, но тут до меня дошло, что могу проколоть и ее, ведь ехать придется опять через лес, не разбирая дороги. Лучше уж потерпеть тряску, чем совсем лишиться машины. Убрав колесо обратно, я захлопнула багажник и, запрыгнув на водительское сиденье, завела машину. Анатолий Степанович удивленно глазел на меня.

— Держитесь, — предупредила я, трогаясь с места. — Немного потрясет.

Трясло нас не «немного», а очень даже порядочно. Я сама, не говоря уж про остальных пассажиров, несколько раз больно ударилась головой о потолок и дверцу, но поделать с этим ничего было нельзя. Не знаю, сколько времени мы ехали через лес. Постепенно стало темнеть. В лесу это происходит гораздо раньше, чем на открытой местности, да и темнота значительно гуще и непрогляднее. Зубченко начал волноваться, боясь, как бы мы окончательно не заблудились и не сбились с пути. Он понимал, что в противном случае придется ночевать в лесу, а у нас с собой нет ни еды, ни одеял. Да и количество бензина, как заметила я по данным на приборах, приближалось к нулевой отметке.

— Куда вы нас завезли? — ерзая на сиденье, бурчал Анатолий Степанович, то и дело оборачиваясь назад и поглядывая на связанного мужичка. — Сколько еще ехать? В какую сторону?

— Не знаю я, — пробурчал пленник.

Зубченко неожиданно резко повернулся и с размаху заехал мужику кулаком по лицу. Затем схватился за собственный кулак, видимо, никак не ожидая, что соприкосновение с чужим лицом окажется столь болезненным. Когда наплыв боли утих, он гневно сверкнул глазами и требовательно спросил:

— Ну что, теперь припомнил?

Я удивленно приподняла брови вверх, никак не ожидая такого поведения от своего клиента. Он удивлял меня все больше и больше. Вот до чего, оказывается, может довести человека людская злоба…

— Нет, — зло прошипел мужик.

Но Анатолия Степановича такой ответ явно не удовлетворил. Каким-то глухим и тяжелым голосом он спросил:

— Еще раз повторить вопрос или лучше еще раз освежить твою память?

— Прямо, — вяло буркнул мужик.

— Ну вот, теперь лучше, — похвалил его Зубченко, а затем предупредил: — Если соврал, до отделения ты живым не доедешь.

— Откуда в вас столько злобы? — удивленно поинтересовалась я. — Когда мы с вами познакомились, вы напоминали затравленного, перепуганного до смерти зверька. А теперь вы почти что хищник, бросающийся на жертву. Такие перемены в столь короткий срок…

— Я и сам от себя не ожидал, — честно признался мужчина. — Но видимо, теперь во мне проснулись те качества, которые доселе были просто не востребованы. Я даже чувствую себя другим человеком.

— Если так и дальше пойдет, у вас отпадет надобность в телохранителе, — пошутила я.

Зубченко смущенно улыбнулся, затем тяжко вздохнул и уставился за окно. Я продолжала таранить своей машиной высоченную траву, растущую впереди. Неожиданно невдалеке что-то блеснуло. Я проследила взглядом за огоньком и догадалась, что недалеко проходит трасса и по ней только что промчался какой-то автомобиль. От радости, что мы наконец выбрались из леса, я едва не подпрыгнула на сиденье. Но, вспомнив про многочисленные шишки на голове, предпочла сдержать свой порыв.

— Женя, смотрите, дорога, — также увидев трассу, обрадовался Анатолий Степанович.

— Да, я заметила, — кивнула я в ответ.

Зубченко взволнованно о чем-то затрещал, но я, совершенно не слушая его, сосредоточилась на дороге. Вырулив на трассу, я заглушила мотор и открыла дверцу.

— Эй, Женя, вы куда? Что вы делаете? Разве мы не едем дальше? — удивился Зубченко.

— Нет, пока не узнаем, куда точно нам следует ехать. Эта трасса мне совершенно незнакома, и я не могу на глаз определить, в какой стороне находится Тарасов, а в какой Маховка.

— Так, а… — Зубченко снова повернулся к нашему задержанному и прицепился к нему с новыми вопросами. Пока я ждала появления на горизонте хоть какого-нибудь автомобиля, Анатолию Степановичу удалось все выяснить, и он радостно сообщил:

— Маховка по правую сторону. Туда же нужно ехать, чтобы попасть на трассу, ведущую в Тарасов.

Я снова запрыгнула в машину и прибавила скорость.

В Маховку мы прибыли далеко за полночь. Возвращаться в Тарасов нам сейчас не имело смысла, тем более что нужно было довести дело до конца и разобраться с теми, кто досаждал семье Зубченко и убил Ожигина.

— Где находится ваша администрация? — обратилась я с вопросом к связанному.

Тот кивком головы указал куда-то в сторону.

— Знаешь, где кто из руководства живет? — снова спросила я. — Показывай дорогу.

Нехотя, словно его тянули за хвост, мужичонка промямлил, куда именно следует ехать. Я внимательно выслушала его, но, не желая светиться на той улице, где проживала мамаша Вячина, выбрала другой путь. Вскоре мы оказались у весьма солидного строения с высоким забором. Я велела Зубченко оставаться в машине, а сама направилась к воротам особняка. Стукнув по ним кулаком, я услышала громкий и дружный собачий лай.

Парой минут спустя в доме зажегся свет. Затем скрипнула дверь. Кто-то вышел на крыльцо и прикрикнул на псов. Вскоре я увидела весьма упитанного темноволосого мужчину. Свет из окон дома хорошо освещал его, так что я даже смогла рассмотреть лицо: оно было не заплывшим, а скорее слегка припухшим. Припухлость выглядела болезненной и, возможно, была следствием сахарного диабета или какого-то другого заболевания.

— Что нужно? Кто такая? — в свою очередь рассматривая меня, спросил мужчина.

— Мы из города. Нам необходимо как-то связаться с вашим отделением милиции и сообщить ему о нескольких совершенных преступлениях жителями вашей деревни.

— Что?.. Какие преступления, о чем вы? — удивился мужчина. — Кто у нас тут хулиганить будет! Здесь все село друг друга поименно знает, почитай что половина родственники. А молодежи практически нет… Больше хулиганить и некому, не старики же дурить будут.

— Некоторые ваши старики похлеще молодых будут, — усмехнулась я, а затем снова повторила свой вопрос: — Ну так что, вы можете вызвать милицию?

— Да что произошло-то? — Работник местной администрации не спешил на помощь.

Рассудив здраво, я решила, что не стоит сейчас упоминать об истинных причинах нашего появления в Маховке. Кто знает, как относится этот человек к событиям пятидесятилетней давности? Может быть, узнав, кто мы такие, он натравит на нас собак или кинется с кулаками? Подобная реакция, как показали предшествующие события, была более чем вероятна… В общем, я предпочла увильнуть от ответа, прикрикнув:

— Вызывайте быстро, потом объясню!

— А чего это вы разорались? — нахмурился мужчина. — Я не обязан это делать. Нужно вам, сами и ищите отделение.

Потеряв терпение от того, что никто не желает оказывать нам помощь, не думая более о последствиях, я резко схватила мужчину за грудки и, тряхнув пару раз, с угрозой произнесла:

— Если через десять минут сюда не прибудет милиция, я тебя самого под суд отдам, за укрывательство особо опасных преступников! Или, может, скажешь, что ничего не знаешь о том, что творится в поселке? Небось все вместе праздновали гибель виновников ядерного взрыва.

— Так вы… — Мужчина испуганно попятился.

Не церемонясь, я подхватила мужика под локоток и повела к дому. Тот не сопротивлялся. Мы вошли внутрь. Дверь одной из комнат приоткрылась, и мы увидели заспанную женщину — по-видимому, супругу работника администрации, женщину не менее колоритную и упитанную.

— Вась, чего случилось-то? — непонимающе уставившись на нас, спросила она.

— Дайте телефон, — приказным тоном потребовала я.

— Милая, пожалуйста… принеси телефон, — заикаясь, попросил супруг.

Так ничего и не поняв, женщина все же приволокла из комнаты аппарат и протянула мужу.

— Вызывайте наряд.

Мужчина кивнул и принялся трясущимися руками набирать номер. Затем выждал, пока снимут трубку, и невнятно стал объяснять, что нужно приехать. Абонент, слушавший всю эту нелепицу, видимо, так ничего и не понял. Пришлось мне взять все в свои руки и, вырвав трубку, коротко пояснить:

— У нас тут убийство и покушение на убийство. Задержан один из виновных, другому удалось сбежать, еще несколько человек причастны к преступлению, и их также необходимо задержать. Приезжайте прямо сейчас, мы будем ждать вас у дома главы местной администрации.

В ответ мне что-то буркнули, но я так и не разобрала что. Оставалось только надеяться на то, что ответ был положительным. Вернув трубку на место, я повернулась к хозяину дома:

— Сколько времени займет дорога?

— Минут через двадцать пять будут, — испуганно ответил он.