– Извини, ты прав.
Собираюсь полностью сконцентрироваться на делах. В конце концов, тем быстрее смогу вернуться из поездки и продолжить трахать сладкую Лидию. Понятия не имею, чем она меня настолько зацепила. Есть в окружении бабы куда сочнее, моложе, и уж точно энтузиазма у них куда больше. Почему я выбрал ту, которая стесняется получать удовольствие и целиком закопала себя в жертвенность и чувство вины?
Так, стоп. Я собирался отвлечься от мыслей о ней…
В этот момент Лидия, уже зашедшая в гостиную, снова показывается на крыше. В одном полотенце, подходит к бортику бассейна и, отбросив ткань, ныряет в воду.
У меня вырывается ругательство.
Поднимаю глаза от монитора. За длинным столом сидят около двадцати человек. Деловое совещание в самом разгаре. Саид испепеляет меня взглядом. Нам нужна эта сделка, а я веду себя как дебил.
Да уж, будь эта сучка блондинка сейчас рядом, я бы заставил ее поплатиться за свою оплошность.
Надо было взять ее с собой, блядь.
Она ведь моя, целиком и полностью. Сама себя продала, даже о долге напоминать не пришлось. Запуталась в финансовых проблемах и выбрала самое простое решение.
Так бы поступила любая. В конце концов, женщины – слабый пол и им свойственно решение любых своих интересов через мужчину. Через его постель.
Так было испокон веков, и так будет всегда.
Смешно, но до Лидии я никого не покупал. Не было нужды, бабы сами лезли, вешались. Как оказалось, от этого больше вреда, чем пользы. Мужчина должен чувствовать себя охотником, а не вожделенным призом.
Лидия дает мне ни с чем не сравнимый адреналин, пусть и бесит одновременно своей отстраненностью. Боится довериться. Страшно боится почувствовать что-то кроме вины.
Наивная, трепетная.
Периодически она умудряется взрывать мой мозг. Вот как сейчас.
Умудряюсь связно произнести короткую речь перед потенциальными партнерами, выкладываю наши требования, и все это, не отрывая взгляда от экрана. Пока моя «игрушка» плавает обнаженной в бассейне, совершенно не думая о камерах. Я бы испытывал неодолимое желание задушить ее, если бы не переключил трансляцию с пункта охраны себе напрямую. Как чувствовал…
Хотя такого представления точно не ожидал.
– Эмир, совещание окончено. Ты убедил их. Только я ни хрена ни понял…
– Потом, брат. Сейчас мне надо побыть одному.
– Ты ведешь себя странно.
– Поужинаем вместе? Я спущусь через час.
– Хорошо…
Закрываюсь у себя в номере. Включаю звук, вывожу картинку на большую плазму, висящую напротив кровати.
Успеваю как раз насладиться тем, как Лидия грациозно показывается из воды.
Сажусь на край постели, откидываю голову назад. Огромное желание приказать своим людям привезти ко мне Лидию. Прямо сейчас.
Осаждаю себя грубым ругательством. Не хочу вмешивать ее в эту сторону своей жизни. Люди, с которыми я веду сейчас переговоры – опасны и непредсказуемы. Не стоит давать им в руки лишние карты. Лидия может стать разменной монетой. Слишком опасно.
Всего несколько дней. Я не сопливый подросток с гормонами. Даже в тюрьме у меня не было недостатка в сексе.
Я не вышел «голодным», бешеным. И тем не менее, секс сейчас занял слишком важное место в моей жизни. Куда большее, чем ДО тюрьмы.
И всему виной Лидия.
Почему?
Что в ней особенного? Да, красивая. Изысканная.
Но таких полно. Еще и с багажом замужества. Как подумаю, что до меня она лежала под Вавиловым – охватывает дикая ярость.
Лидия проходит обратно в гостиную, оттуда – в ванную. Камер там разумеется нет, но воображение с лихвой замещает отсутствие картинки.
Эмир
Лидия выходит из ванной, закутанная в длинный банный халат. На голове полотенце.
Выскочила очень быстро, словно ей невыносимо там находиться. Из-за того, что произошло там перед моим отъездом между нами?
Это было просто нечто. Абсолютная власть. Настолько охуительного минета в моей жизни еще не было. При этом почему-то уверен, что у Лидии такое случилось впервые. Ну никак она не тянет на профессионалку. Постоянно преследует ощущение, что все что происходит между нами в постели – для нее в новинку.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-390', c: 4, b: 390})
Или я совсем тронулся? Подобная сентиментальность никогда не была мне свойственна.
От мысли что Лидия играет со мной, манипулирует, сразу вспыхивает ярость.
Если она только попробует предать меня… Собственноручно удушу суку.
Если играет на одной стороне с мужем-подонком, оба за это заплатят.
Ему придется сдохнуть в любом случае. Предателей моя семья не прощает.
А вот у Лидии есть шанс уцелеть. Если будет послушной девочкой и будет так же старательно сосать.
Сука… От пошлых мыслей стояк просто каменный. Со стоном расстегиваю брюки и продолжаю следить за своей игрушкой.
Она не делает ничего необычного. Прошла в гостиную, сняла полотенце, сушит им голову. Расчесывает влажные волосы. Затем наливает себе стакан воды. Но даже то как запрокинула голову, чтобы допить воду, выставляя напоказ свое нежное белое горло, заставляет стиснуть зубы от похоти.
Увеличиваю фокус камеры максимально, чтобы разглядеть ее лицо. Бледное, круги под глазами, словно мучается бессонницей. Длинные ресницы сильно контрастируют с бледной кожей. Лидия закрывает глаза, словно очень сильно устала.
По всей видимости, быть моей сексуальной игрушкой утомительнее, чем она рассчитывала.
Бл*дь, что это? Сочувствие? Я никогда и ни к кому не испытывал ничего подобного.
Тем более в отношении Лидии. С какого перепугу жалеть ее? Она пришла сама. Захотела махом решить все проблемы, и я решил их, к ее удовольствию.
И все же не могу считать ее расчетливой сукой. Она не такая. Я слишком много встречал в своей жизни расчетливых сук. У таких для каждого случая – определенная маска на лице. Играют, пока в какой-то момент и сами уже не в состоянии отличить где реальная их сущность.
Лидия в этом точно не сильна. Распахнута настежь. Беззащитна.
Может все дело в этом?
Она заставила меня поверить, что бывает по-другому. По-настоящему.
Когда отвергла мое предложение.
Пусть ненадолго. Это было лишь бравадой. Тем не менее, я почувствовал нечто, чему не мог дать определение. Интерес. Азарт.
Нет, все куда сложнее.
Самое парадоксальное заключалось в том, что чем сильнее я это ощущал, тем сложнее было остановить себя.
Или все потому что она оказалась слишком идеальной, красивой.
Охренительно сексуальной.
Это отвлекает от по-настоящему важных дел.
Лидия подходит к камину, протягивает руки к огню.
Долго смотрит на него задумчиво.
Когда еще я тратил столько времени, чтобы наблюдать за женщиной?
Которая ни хера ни делает. Просто сидит и пялится на огонь.
Неожиданно скользит ладонью вниз, туда где полы халата разошлись.
Не могу поверить своим глазам.
Куда проще решить, что я отключился и мне снится невероятный сон.
Скромница Лидия ласкает себя, заставляя меня задыхаться от возбуждения. Представлять ее идеальное тело в поту, под моим весом, пока вгоняю в нее свое хозяйство, заставляя ее ноги биться в воздухе.
Или нет, лучше видеть над собой ее упругие сиськи, сжимать до боли в своих руках, тараня снизу. Пока не станет мокрой и горячей. Заставить Лидию обливаться потом, чтобы каждый сантиметр ее тела стал скользким и влажным.
Пока в жар бросает меня самого. Член каменный, не могу уже терпеть возбуждение.
Даже в тюрьме не приходилось прибегать к рукоблудию, а сейчас нет другого выхода.
Уже не остановиться.
Лидия выгибается, подсохшие волосы рассыпаны по плечам. Затаив дыхание, наблюдаю как она касается себя между ног. Как только умудрилась выбрать ракурс, чтобы мне было видно все, до мельчайших подробностей? Или реально все понимает про камеры? Вполне возможно. Она работала в клубе. Иногда девочки-официантки могут быть привлечены к уборке лофта. Если горничной нет, бывали такие случаи.
Снова накрывает яростью от мысли, что Лидия играет со мной. Бывала ли она в лофте ДО того как я привел ее туда?
