не находила ни у кого другого. Что бы ни случилось с моей карьерой, деньгами, внешностью, у меня такое чувство, что это никогда не изменит того, как ты смотришь на меня.
Я сглотнул. — Никогда.
Она смещается в моих руках, поворачивается ко мне лицом и обхватывает руками шею. Когда ее губы встречаются с моими, я нежно целую ее.
— Я думаю, что тебя отправили в Калифорнию по более серьезной причине, чем быть моим охранником.
— Ты права. — Я снова целую ее. — Этой причиной была ты.
Такая сильная связь просто так не возникает. Нас столкнули вместе, чтобы доказать, что мы способны любить, получать и отдавать любовь, и чтобы показать нам, что есть свет в конце тоннеля наших разбитых сердец. Мы — две разбитые души, заботящиеся друг о друге.
Мое дыхание сбивается, когда она отпускает меня и падает на колени в то же время, когда мои шорты спускаются вниз. Мой член уже твердый от вида того, как она невинно смотрит на меня, прикусив губу, и он подается вперед перед ней.
Я наматываю ее хвост на руку, и ее локоны рассыпаются вперед, когда я стягиваю резинку. Я провожу пальцами по ее мягким прядям, когда она обхватывает кончик моего члена своими прекрасными губами, сильно посасывая его. Я не могу оторвать от нее глаз, пока она медленно втягивает меня в свой рот. Я крепче сжимаю ее волосы и веду ее так, как мне нравится, хотя, похоже, она не нуждается в моей помощи. Я почти не моргаю, глядя на захватывающее зрелище, открывающееся передо мной. Ее голова покачивается на моем члене, и ощущение ее стонов, вибрирующих на моем стволе, убивает.
Мои мышцы напрягаются, и перед тем, как кончить, я предупреждаю ее на случай, если она захочет отстраниться. Она не делает этого. Я отпускаю ее волосы и глажу по щеке, пока она глотает.
— Как я на вкус? — спрашиваю я.
Она проводит языком по нижней губе. — Лучше, чем любая пицца или десерт в мире.
У меня легкое головокружение, пока я спускаюсь с кайфа от того, что мой член находится в сладком ротике Стеллы. Я помогаю ей подняться на ноги и веду ее прямо к сидячей скамье. Она задыхается, когда я отступаю на шаг и стягиваю ее штаны и трусики до щиколоток, не утруждая себя тем, чтобы она их сняла. Мой член снова твердый, когда я поворачиваю ее и наклоняю, поднимая задницу вверх. Ее спина выгибается в тот же момент, когда я проникаю в нее.
Она упирается ладонями в переднюю часть сиденья и откидывает голову назад, чтобы посмотреть на меня. — У меня такое чувство, что я сейчас отработаю эту пиццу.
***
— У меня определенно разыгрался аппетит, — говорит Стелла.
Мы сидим на полу, пыхтим и пытаемся отдышаться после лучшей тренировки в моей жизни. Я никогда не видел такого горячего вида, как Стелла, склонившаяся над скамьей для жима лежа, принимающая мой член.
Я подтаскиваю к нам коробку с пиццей. — Ты заслужила это, детка. Без сомнения, ты сожгла все калории, которые съела за этот месяц, трахая меня так усердно.
Она хватает кусок и берет его обеими руками. — Я почти слишком истощена, чтобы кормить себя.
Я кладу свой кусок на пол и беру ее, поднося ко рту, пока она открывает его и откусывает.
Она смеется, прогоатывая. — Мы сидим на полу, без штанов, и набиваем животы пиццей.
— У меня такое чувство, что это самая романтичная ситуация после секса, которая когда-либо была.
Следующие пять минут мы доедаем еду и пьем воду. Я жую последний кусочек, когда настроение Стеллы меняется на что-то похожее на нервозность.
— Скажи мне, что у тебя на уме, — говорю я ей.
Она отмахивается от моего вопроса. — Ничего.
— Скажи мне, что у тебя на уме.
Она скрещивает ноги, и ее нервозность переходит в застенчивость. — Ты будешь спать в моей постели сегодня?
Я ухмыляюсь. — Готова ли ты перевести наши отношения на новый уровень, Голливуд?
Она толкает меня в плечо. — Я серьезно.
— Я не хотел бы ничего больше, чем разделить с тобой твою постель.
Она смотрит на меня с улыбкой.
— Только потому, что я уверен, она намного удобнее моей.
Она закатывает глаза. — Ты чертовски раздражаешь. — Она делает паузу. — Я имею в виду... это не слишком ли далеко заходит в случайных сексуальных отношениях? Для меня это все в новинку.
— Ты же помнишь, что я трахал только одну другую цыпочку в своей жизни? Это ново для нас обоих. Как насчет этого: мы устанавливаем свои собственные правила, так как никто из нас не знает, что написано в книге «Только секс»? Звучит неплохо?
Она кивает. — Звучит неплохо.
Глава 25. Стелла
Я давно не была так счастлива.
Никогда еще моя постель не была такой удобной, как сейчас, когда я в объятиях Хадсона. Его ноги спутаны с моими, а теплая грудь идеально прижимается к моей спине.
Всю ночь я была погружена в счастливое оцепенение. Я боюсь закрыть глаза и уснуть.
Что, если я проснусь, а это не реально?
Теперь, когда Хадсон открылся мне, я боюсь его потерять.
Я была на пике оргазма, когда пригласила его в свою постель, и удивительно, что непринужденный разговор о сексе не заставил меня бежать на холмы. Это прояснило многое из того, что меня смущало... но не все. Что у него в голове — загадка.
Так ли глубоки его чувства, как мои?
Он впускает меня внутрь — то, чего не делал со многими людьми, и это трудно для него. Это говорит мне о том, что я погружаюсь в него.
Позволит ли он мне остаться?
Или я всего лишь остановка на его пути?
Моя голова болит при мысли о том, что он может оставить меня и влюбиться в женщину из его мира. Женщину, которую любит его мама и которая наслаждается похожими вещами. Женщину, которая будет строить жизнь с ним в его родном городе.
А я?
Я поняла, что мне больше не нужен мужчина, который вписывается в мой образ жизни.
В прошлом это не принесло мне ничего хорошего.
Все, о чем я забочусь, — это собственное счастье.
Наконец-то я нашла хорошего человека, и не знаю, надолго ли он останется.
Я вздрагиваю,
