— Когда ты опоздал на собственную вечеринку по случаю твоего дня рождения, ты сказал мне, что такое стильное прибытие в моде, — напомнила ему Линнея.
Кеннет ухмыльнулся:
— Потому что все, что я делаю, я делаю стильно.
Кеннет наверное шутил, но никто из присутствующих не был в настроении смеяться. И то, что Бэйль заставил нас ждать уже двадцать минут, не улучшало ситуацию. Мы с Каспером сидели ближе к концу стола, на вежливом расстоянии от членов королевской семьи, и Микко продолжал периодически стрелять ледяными взглядами в нашу сторону.
У меня возникло ощущение, что если мы не решим все быстро, то не решим никогда, потому что, кажется, мы начали злоупотреблять нашим гостеприимством.
— О, во имя Эгира. — Лизбет раздраженно вздохнула. — Мой король, может вам нужно послать кого-то, чтобы привести Бэйля. Это становится утомительным.
— Он будет здесь, — сказал Микко, видимо неуязвимый к той напряженности, от которой все мы задыхались.
К счастью для остальных, Бэйль наконец-то прибыл со свитой охранников. Это были старшие охранники, с которыми я встречалась за этой неделе, одетые в форму. Бэйль дополнительно надел жилет из платин с резьбой в виде рыбьей чешуи. Это был настоящий металл, который он одел поверх куртки, броня, чтобы защитить от нападений.
Оглядываясь назад, понимаешь, что это был первый признак того, что что-то происходит. Кто одевает броню на встречу?
— Я рад, что вы смогли почтить нас своим визитом, — сухо сказал Кеннет.
— Мне очень жаль, мой лорд, но у меня были важное дело, которому нужно уделить время, и которое станет понятным для всех вас сейчас, — сказал Бэйль. К его чести, он действительно выглядел запыхавшимися, словно сильно спешил.
В то же время он заметно нервничал — стреляя глазами по комнате, сглатывая и часто облизывая губы, и слегка заикаясь, когда говорил. Охранник за его спиной держал в руках толстый конверт, опустив взгляд.
— Все хорошо, — сказал Микко. — Просто покончим с этим.
Бэйль начал пересказывать то, что мы уже знали — про Сирано, который пытался убить Микко, про меня, сорвавшей это, про сбежавших жену и ребенка Сирано, про сапфиры и то, что все, у кого был доступ к хранилищу находились в этой комнате.
— Мы разговаривали со всеми сегодня утром, опрашивая, кто и зачем в последний раз заходили в хранилище, — сказал Бэйль, и его рука легла на рукоять меча. — Марксина Лизбет была там три месяца назад с учетчиком в бухгалтерских целях. Принц Кеннет — два дня назад показывал его Касперу и Брин.
Бэйль прочистил горло:
— Королева Линнея и король Микко утверждали, что это было так давно, что они не могли вспомнить, когда последний раз открывали его.
— И? — Кеннет выгнул бровь. — И на самом деле это ни о чем нам не говорит?
— Нет, не само по себе. — Бэйль повернулся к охраннику за спиной и взял у него конверт.
— Мы проверили базу данных, чтобы увидеть, мог ли еще кто-то проникнуть в хранилище, и, согласно компьютеру, последним человеком в хранилище был, ммм, король Микко за два часа до нападения на него.
Микко ничего не сказал на это. Он просто покачал головой.
— Это ошибка. Я не был там. У меня не было причин туда ходить.
— Сир, сканирование отпечатка пальца говорит об обратном, — сказал Бэйль.
— Король не лжет, — зашипела Линнея.
Лизбет подняла руку, что бы успокоить свою внучку, ее глаза застыли на охранниках.
— Что все это значит?
— Ну, это, гм… — Бэйль снова откашлялся. — Мы полагаем, что король Микко заплатил Сирано, чтобы тот напал на него, делая вид, что хочет убить, но зная, что охрана вмешается и защитит его.
— Это нелепо! — закричала Линнея. — Зачем Микко инсценировать покушение на свою жизнь? В этом нет смысла.
— Мы считаем, что король Микко стоит за попыткой вашего похищения, и, чтобы снять с себя вину, он запланировал покушение, — пояснил Бэйль. — Он хотел, чтобы мы думали, что кто-то другой ответственен за происходящее здесь.
Кеннет откинулся на стуле, чуть сгорбившись, и только раз посмотрел на брата. Микко, со своей стороны, казался равнодушным к тому, что говорил Бэйль. Он просто продолжал трясти головой.
— Микко никогда бы мне не навредил, — настаивала Линнея.
Она наклонилась вперед над столом, словно это могло заставить Бэйля поверить ей.
— В виду всего сказанного, мы пришли сюда, чтобы арестовать короля Микко Биелса за попытку похищения королевы Линнеи Биелса и за наем Сирано для инсценирования попытки покушения, — сказал Бэйль, и впервые с тех пор, как он вошел в комнату, его голос звучал уверено.
— Это измена! — Линнея почти визжала. — Вы не можете арестовать короля!
— Линнея, тише. — Лизбет положила руку на руку внучки. — Позволь им во всем этом разобраться.
Технически, король мог быть арестован за нарушение законов королевства. И, хотя я не знала историю Скояре, так как была Канин, в практике Канин я знала только двух монархов, которых когда-либо арестовывали — королеву за отравление своего мужа и короля за то, что заколол канцлера посреди вечеринки.
Королей свергали. Нескольким пришлось уйти в отставку, а пара даже была казнена. Но их почти никогда не арестовывали. В теории законы могли быть применены к королю, но на практике этого никогда не происходило.
— Я ничего не делал, — сказал Микко низким рокочущим голосом. — Я никогда не причинял своей жене боль и никогда не нанимал охранника, чтобы инсценировать покушение на себя.
Но он не угрожал выслать их или посадить в тюрьму. Он просто отрицал обвинения, и это придало охранникам смелости, чтобы подойти к Микко и надеть на него наручники.
Линнея начала кричать на них, говоря, что они не имеют право это делать и должны его отпустить, и Лизбет пришлось силой удерживать ее. На протяжении всего происходящего Кеннет не произнес ни слова.
Когда охранники выводили Микко из комнаты, он шел с опущенной головой, его широкие плечи поникли. Казалось, он почти смирился с происходящим, и, зная, что он король и может использовать всю власть в королевстве, чтобы бороться с обвинениями, я не понимала, почему он просто принял все, как есть.
Это действительно соответствовало тому, что говорили о нем Кеннет и Линнея — что он предпочтет принять все, как есть, чем бороться. Но это заставило его выглядеть еще более трагично, наблюдая, как высокая фигура мужчины склоняет голову, пока охранник, которого он отказался уволить, выводит его из комнаты.
Прежде чем Бэйль вышел, я вскочила и подбежала к нему.
— Мы хотели бы посмотреть на отчеты.
— В свое время, — Бэйль говорил со мной, но его глаза были направлены на выходящего Микко. — Мы работаем над этим случаем, и вы сделаете свой ход, после нас.
