— Прекрасно! Но второй демон наверняка сперва пришел сюда, даже несмотря на то, что мы пронеслись в машине прямо мимо него. Поэтому велика вероятность того, что и первый поступил точно так же. Монстры подобного уровня не умеют самостоятельно мыслить. Они просто большие страшные чешуйчатые машины. К счастью, этой партии дали конкретное поручение, поэтому они не так уж активно убивали кого попало.
— Как утешительно.
У Тони болела голова, в плече тоже пульсировала боль, суп едва приглушил голод. Пока он пребывал в стране грез, его рваную и окровавленную одежду кто-то заменил на нечто странное, явно взятое из костюмерной. Фостер не мог решить, сердит он, смирился или просто голоден. Все эти чувства Тони испытывал, будучи облаченным в наряд из полиэстера.
— Итак, я буду сидеть под воротами двадцать четыре часа в сутки, неделя за неделей, пока не закончится конвергенция.
— У тебя будут передышки между прибытием демонов. На то, чтобы отклонить достаточное количество энергии и послать сюда демона даже сквозь истончившийся барьер, требуется время. Вряд ли мой господин сумеет забрасывать их сюда чаще, чем раньше.
— Он больше не твой господин! Райн пытается тебя убить!
— Конечно. Сейчас. Но он управлял мною тридцать пять сотен лет. Нелегко избавиться от столь давней привычки называть его господином.
— Тебе нравится использовать силу Циратана.
— Что ж, в точку.
С таким ответом было трудно поспорить. Тони не мог решить, восхищает его честность Лии или ужасает. Наверное, и то и другое.
Он уронил голову на ладони, потер лицо и сказал:
— Минувшей ночью я уже одолел демона, оторвавшего руку, а еще одного, красного и зубастого, — этим утром. Между двумя схватками прошло не больше двенадцати часов.
— Нет, скорее двадцать четыре. Первый монстр ухватил эту руку за ночь до того, как на нас напал, — напомнила Лия, — Посмотри на вещи с хорошей стороны. Ты ведь можешь заниматься своей основной работой, когда не посылаешь демонов обратно в ад. Еще важнее то, что тебе за нее платят. Ты лишился бы этого, если бы по-прежнему повсюду следовал за мной.
На это у Тони тоже не нашлось возражений.
— Моя грязная одежда осталась у тебя в квартире, — вспомнил он.
Лия почувствовала, что победила, улыбнулась и заявила:
— Я постираю ее для тебя.
— Да, — Край пенопластовой чашки раскрошился под его ногтями. — Послушай, по-моему, есть единственный способ помешать этому «вероятно», то есть тому, что демоны, скорее всего, придут сперва сюда… Это если со мной здесь будешь ты. Тогда твари наверняка прежде всего появятся здесь.
— Тони, у меня текла кровь, — Лия уронила руку, ее улыбка исчезла.
— И что? — Парень шевельнулся, и лейкопластырь, удерживавший марлевую подушечку на раненом плече, больно натянул кожу.
— Демон может меня покалечить.
— Что ж, это большие страшные машины для убийства, помнишь? Ты еще легко отделалась. — Под полиэстеровой штаниной на ноге Тони зудели три глубокие Царапины, — Мы оба легко отделались.
Лия сощурила глаза и спросила:
— Ты нарочно тупишь или ударился головой сильнее, чем я думала? Это единственная тварь в мире, способная меня ранить!
«Ах».
— Итак, если бы ты могла, то предпочла бы, чтобы у них не было шансов?
— Вторая серая клетка выходит в онлайн!
Тони полагал, что может понять ее реакцию. Вот только…
— Ты пришла ко мне, чтобы я помог тебе справиться с демонической конвергенцией, а теперь подвергаешь опасности других людей.
— Нет! — Лия подняла руки. — Не взваливай это на меня. Я пришла к тебе, надеясь подлатать слабые места и, возможно, справиться с несколькими длинноногими бестиями, которые сбежали из ближайших жутких миров. Я никогда не собиралась встречаться лицом к лицу с демонами. А люди? Что ж, им грозит опасность каждый раз, когда они становятся под душ. Ты знаешь, сколько несчастных случаев происходит в ванной комнате? Неужели они должны перестать мыться? А как насчет шанса подавиться и умереть? Из-за этого все перестанут есть? Эти демоны — единственные твари, способные меня ранить. Тебе должно быть понятно, почему я стараюсь их избегать!
— Но они могут ранить не только тебя! Ты прожила тридцать пять веков. Тебе не кажется, что другие жизни надо защищать хотя бы потому, что они короче?
— Нет, не кажется, — нахмурилась Лия.
«Я должен был предвидеть такой ответ».
— Послушай, давай на время забудем обо мне и поговорим о тебе. Ты волшебник, а у них есть всего три варианта. Аскетическая жизнь в поисках знаний, мировое господство или защита блага большинства людей, — Говоря это, каскадерша один за другим поднимала пальцы, — Что ты выберешь?
— Мировое господство.
— Ответ неправильный — Ладонь женщины резко сжалась в кулак.
«Честно ли, что Лия может так долго не моргать?»
В конце концов Тони отвел взгляд, вздохнул и спросил:
— У меня на груди появилась большая красная буква «В»?[50]
— Откуда мне знать, какие у тебя проблемы с кожей?
— Я просто спросил.
Выражение лица Лии стало почти триумфальным. Она похлопала его по руке, встала и сказала:
— Кстати, ты должен, не теряя времени, изучать руны. Чи-Би сказал, что разрешает тебе остаться здесь и воспользоваться его кабинетом.
— Я? А ты куда собралась?
— Провернуть твою постирушку.
Тон и выражение лица Лии давали понять, что мир обречен, если между ним и господством демонов стоит только Тони.
— Правильно. Именно постирушку. — Тони наблюдал, как она шла к двери. — Лия! — Она помедлила, держась за ручку, и Фостер спросил: — Вдруг ты ошибаешься? Что будет, если следующий монстр не явится первым делом сюда, а отправится за тобой?
Лия пожевала нижнюю губу. Она выглядела куда моложе женщины, видевшей, как вся ее деревня была перерезана тридцать пять столетий тому назад. Потом каскадерша отбросила волосы за плечи и улыбнулась. Это выглядело не слишком убедительно, особенно когда рука ее упала и прижалась к выпуклости живота.
— Тогда я ринусь обратно, и ты снова станешь моим героем.
— Но если…
— Тони, расслабься. Мы проехали мимо того демона нынче утром, были совсем близко от него, и все равно он сперва пришел сюда. Похоже, я второй пункт, поэтому не собираюсь съеживаться за твоей спиной до конца конвергенции, сколько бы она ни продлилась. Я не позволю Циратану осуществить его последний план и контролировать мою жизнь. Не больше, чем прежде он мог руководить мной самой. Ты справишься с демонами, я буду продолжать жить.
— А как насчет моей жизни?
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
