Кажется, маэстро Лорен из Императорской Оперы. Впрочем, фамилию я могу спутать. Я не такой тонкий ценитель музыки как виконтесса.
— Скрипача? И все? — изумился Руфус. — Да вы оба будете дремать под эту музыку! Знаю я пристрастия виконтессы — проверенная временем классика. От скуки повеситься можно.
— После концерта будут танцы, — Реймонд прошелся по кабинету.
Под его шагами поскрипывал старинный дубовый паркет. Взял из вазы на чайном столике яблоко и вдохнул аромат.
Зимой яблоки пахнут по-особенному. Они напоминают о том, что совсем недавно было лето. Знойное, яркое. Зима — время раздумий. Но так порой хочется безрассудных поступков и безумной романтики.
— Под скрипку? — презрительно сощурился кот.
— Нет, маэстро Лорен не играет для танцев. Он никогда не опустится до подобного.
— Я догадался. Это был сарказм.
— Будет обычный оркестр.
— Танцы модные, надеюсь? Те, что не приветствуются в приличном обществе? Типа танго?
— Вполне приличный танец, — пожал плечами Барр. — Чем тебе не нравится?
— Мне, как раз он нравится, милорд. Это консерваторы считают его недопустимо откровенным. Якобы в нем слились в экстазе страсть и дикая любовь, безумное желание и бешеная ревность. Это я в газете прочитал. Не сам придумал.
— Ты бы точно до такого бреда не додумался, — пригладил шерсть на спине кота Барр.
— Но для этого танца девушке нужно подходящее платье. Без корсета, и чтобы не сковывало движения. Это я в той же статье почерпнул. И тут я полностью согласен с корреспондентом. Корсет точно будет мешать. Вы заказали для Амелии платье для музыкального салона? — деловито поинтересовался Руфус. — Чтобы можно было танцевать модные раскованные танцы?
— Разумеется. Модистка редкая умница. Метта Брианна и ее помощницы выполнили все мои заказы для Амелии. У нее теперь вполне приличный гардероб.
— Вы очень дальновидны, милорд. Девушка наверняка оценит вашу заботу о ее одежде. Платье, к котором она принимает посетителей строгое и элегантное. Но особенно мне понравился костюм для верховой езды. У Амелии очень стройные и длинные ноги. И такая тонкая талия. И грудь в меру…
— Хватит, — прервал его Реймонд. — Я и без тебя вижу все ее достоинства.
— Это хорошо, — удовлетворенно промурлыкал Руфус. — Я очень рад, что вы снова стали обращать внимание на женские прелести, — он спрыгнул с кресла и подбежал к окну, громко стуча лапами по полу. Запрыгнул на подоконник, посмотрел на улицу. — Какого цвета платье?
— Темно-синее. Поскольку теперь Амелии не надо сливаться с толпой, я хочу, чтобы она блистала в свете. Пусть и она ощутит полноту жизни.
— Верное решение, — кот снова уставился в окно. — Погода отвратительная. Снова кругом слякоть. А я хотел погулять. Но раз не сложилось, пойду, предложу Амелии примерить наряд. И выскажу свое мнение. Думаю, сегодня у вас посетителей не будет?
— Ладно, можешь предложить, — не стал возражать Реймонд. — И пусть примерит ожерелье.
— Что за ожерелье? — кот уставился на хозяина круглыми зелеными глазами.
— Увидишь. Мне понравилось. Шел мимо ювелирного магазина, заметил в витрине.
Руфус подозрительно сощурил глаза. Но ничего не сказал, спрыгнул с подоконника и потрусил из комнаты.
Вообще-то Реймонд специально заказал ожерелье из цветов для Амелии. Она так заботливо лечила его руку. Барру захотелось сделать для нее что-то приятное. Что может порадовать девушку? Конечно же, украшение.
У Реймонда были сомнения — вдруг Амелия откажется? Она гордая, независимая. Хотя пока она и не приняла подарок, Реймонд не сомневался — он сможет уговорить ее. И ожерелье Амелии однозначно понравилось. Он смог красиво преподнести его. В очень романтичной обстановке. Непринужденно, просто, незамысловато. Оно опустилось на плечи Амелии и так ярко сверкало в лучах зимнего солнца!
Никогда раньше Реймонд не продумывал до мелочей, как подарить девушке драгоценность. Собственно, и продумывать было нечего. Александрина принимала его подарки как должное. Милостиво и с достоинством королевы.
Куртизанки просто брали плату за свои услуги. Но они, в отличие от холодной Александрины радовались подаркам Реймонда искренне. Смеялись от радости и висли у него на шее. Но это была всего лишь плата за любовь. Или за искусство любви — разница не велика.
Реймонд снова и снова вспоминал восхищенный и удивленный взгляд Амелии, когда она поняла, что ожерелье настоящее и не рассыплется серебристыми тающими звездами. С каким восторгом она смотрела на Реймонда, как восхищалась его магией. Ей нравились и бабочки, и птицы. Ее глаза светились изумлением и радостью.
Искренности — вот чего никогда не хватало Реймонду.
Он с хрустом надкусил яблоко. Вкус ушедшего лета. И вкус надежды, что лето вернется, и все будет хорошо.
— Милорд, Амелия хочет узнать ваше мнение, — в кабинет вернулся Руфус. — Заходи, чего топчешься на пороге? — оглянулся кот.
Дверь открылась и в кабинет вошла Амелия. Она улыбалась и ее щеки порозовели от удовольствия.
— Реймонд, так нельзя, — начала она. — Это так… дорого.
— Вам не нравится наряд? — Реймонд окинул оценивающим взглядом девушку.
Темно-синее платье струилось шелковым водопадом, превращая Амелию в загадочную и безумно привлекательную красавицу. Впрочем, она всегда была хороша. Но теперь в ней появился особый шарм, налет тайны. На шее Амелии блестело ожерелье из бриллиантовых цветов.
— Руфус уговорил меня надеть его, — она коснулась ожерелья. — Платье очень красивое. И необычное.
— Новый фасон, только-только входит в моду. Мне его порекомендовала модистка. Сказала, вы будете неотразимы. Музыкальный салон виконтессы Герен — это не Зимний Бал у полковника Кларка. Тут нам ничего воровать не надо, значит, и внимание к вам привлекать можно. Пусть на вас все смотрят и завидуют.
— Завидуют? — переспросила Амелия, снова коснувшись ожерелья.
— Разумеется. Пусть завидуют мне. Что я сопровождаю такую красивую девушку.
Лицо Амелии залила краска. Руфус одобрительно замурчал:
— Милорд, вы сказали то, что я не успел озвучить. Вы очень гармонично смотритесь вместе.
— Сгинь, — прошипел Барр. — Руфус бывает просто несносен, — он перевел взгляд на Амелию.
Девушка понимающе улыбнулась в ответ. Однозначно, мысленно она тоже ругала кота. Ужасно бестактное существо!
Глава 26
Амелии нравилась игра, которую они затеяли с Реймондом. Пусть все думают, что они любовники. Почему нет? Барр прав — так проще объяснить появление Амелии в высшем обществе. Она не принадлежит к дворянскому сословию. У нее нет длинной родословной, уходящей вглубь веков.
Есть только один способ войти в среду аристократов — стать любовницей одного из них. Ради дела почему и не сыграть эту роль?
Амелия пока не знала, как именно она заставит полковника Кларка ответить за гибель ее отца. Она не будет торопиться, она найдет способ подобраться к нему поближе и тогда нанесет удар. У нее
