забавно.
- Это Игорь на нас накатал, уверена, - психует Соня. – Все своей придурковатой дочурке желает помочь. Уже забыл, что я тоже не чужая? – продолжает претензионно.
Татьяна Петровна собирается что-то ответить, но тут распахивается дверь и Соню приглашают в кабинет.
- А я? Тоже хочу зайти, - растерянно произносит Татьяна Петровна.
- Гражданка, мы не в детском саду, где за ручку детей приводят и сопровождают, - отвечает Дима. Затем поворачивается в мою сторону и тоже приглашает войти.
В кабинете пахнет чем-то цитрусовым и царит полнейшая чистота. Узнаю Димона, он у нас любитель стерильности и аккуратист до мозга гостей.
- Присаживайтесь, - обращается к Соне, указывая нас стул. – И рассказывайте, где деньги, которые вы перевели с чужой карты на личную.
- Я? Я ничего не переводила, - смотрит на следователя. – Вот он, - показывает на меня пальцем, - перевел мне на карточку со своего телефона, подарил, так сказать. Без задней мысли я их потратила, какие могут быть вопросы? Я и пин кода-то не знала, как могла украсть? – продолжает врать.
От ее наглости теряю дар речи. Нашли козла отпущения.
- Не переводил деньги, - вступаю в разговор. – Во время того, пока я спал, София проникла в мой телефон и через приложение перевела сумму в пять миллионов на свой счет. Разрешения на данную операцию я не давал, - продолжаю хладнокровно.
- Ах ты, паскудыш, - подрывается со стула и начинает бить меня сумкой. – Это я украла деньги? Вот же ты гад! Сам предложил спереть у своей бесплодной курицы сбережения, а я только помогла, - бьет меня и буквально визжит.
- Успокойтесь! – гремит голос Дмитрия Сергеевича. – Что вы устраиваете? Захотели в камеру на трое суток?
- Извините, - пугается Соня, - просто я не могу спокойно слушать откровенную ложь.
- Только что вы сами произнесли фразу о том, что помогли, как вы выразились, спереть деньги у супруги Ивана. Это так?
- Да не брала я ничего! – снова переходит на визг Соня. – Не стану я сидеть за то, чего не делала. Сам перевел, сам сказал трать, при чем тут я?
- Кто будет сидеть решит суд, на данный момент у вас только один выход – вернуть деньги. Воровство пяти миллионов это вам не шутки. Не стоит полагаться на то, что данное деяние обойдется без последствий.
- Как я верну то, чего уже нет? Нет у меня денег! Пусть Иван возвращает, при чем тут вообще я?
- Я тоже хочу написать заявление на Софию, - перебиваю истеричку. – Она не только украла пять миллионов у жены, но и присвоила шкатулку с фамильными драгоценностями, - добавляю серьезным голосом….
Глава 30. Иван. Признание
- Ты придурок? Какие украшения? Понятия не имею, о чем ты, - таращится Соня.
- Так, - произносит недовольно следователь, - чувствую, с вами нужно общаться раздельно. София Антоновна, подождите в коридоре.
- А почему я, - визгливо отзывается.
- Потому что я так сказал, - смотрит на нее исподлобья, Соня осекается и покидает кабинет.
- Офиге-е-е-ть психованная, - произношу Диме, - спасибо, что решил помочь ее припугнуть, если честно, управы на этих женщин нет, по-настоящему неадекватные.
- Иван, дело в том, что реальное заявление тоже есть, - ошарашивает меня. – Дело в любом случае будет открыто. Не до шуток уже.
- И… кто его написал? – начинает трясти. Не думал, что моя реакция может быть такой, но я действительно пугаюсь. Сидеть в зэчке и получить срок - в планы не входило. Особенно за те деньги, которые я не брал.
- Отец Ксении, Игорь, - отвечает Дмитрий Сергеевич.
- На этих? – показываю рукой на дверь, имея в виду истеричек.
- На всех троих. Пять миллионов, фамильные драгоценности, боюсь, если дело пойдет дальше, светит реальный срок. Я же вижу, что вы валите вину друг на друга, мой совет, расскажи все как есть, возможно, смогу помочь.
- Да не брал я эти пять миллионов, перевела к себе на карту и купила автомобиль. Проверь по своим каналам, чего проще? Откуда у профурсетки такие деньги на машину? Она и дня не работала!
- Я так понимаю, ты с ней жене изменил? – смотрит на меня с осуждением.
- Ой, вот только не надо, - морщусь. – Прекрасно знаешь, как я заботился о Ксении, носился с ней как курица с яйцом, но то, что о ней вскрылось – взорвало во мне все темное, что может быть. Есть такое, решил отомстить, только знаешь, пять лямов не моих рук дело.
- Мне ваша личная жизнь, как понимаешь, малоинтересна, а вот воровство это уже не игры. Сомнительная месть обокрасть женщину, которую ты любил.
- Осуждать решил? – начинаю нервничать. – Посмотрел бы, если бы тебе рога наставили и глумились. Между прочим, она изменяла мне с боссом.
- Ксюша? – в голос начинает хохотать Дима.
- Считаешь это веселым действием? – хмурюсь.
- Считаю, что ты фантазируешь. Зная твою жену даже поверхностно, и обладая профессиональной наблюдательностью и свойством видеть людей насквозь – уверяю, она не способна на это. Прости, но курица и яйцо, скорее, о ее отношении к тебе.
- Я видел переписки, видел скрины, видел фото, все видел! – повышаю голос.
- Собственными глазами? – с сомнением уточняет Дима.
- Да, ее номер! Там тонны переписок, звонков.
- Звонки можно проверить, только ты ведь понимаешь, что с боссом общаться не совсем обязательно на интимные темы, рабочие вопросы никто не отменял.
- Я допускаю мысль, что могу ошибаться, но как теперь давать заднюю? – откровенно озвучиваю мысль. – Признать, что я не прав? Тогда что? В итоге виновным останусь
