и стали свидетелями очень необычных и пугающих событий.
Отпив глоток, он вытер усы и, глядя в огонь, начал свой рассказ. Время текло медленно, потрескивали в пламени тёмные полешки, и старый канонник перебирал свои зёрнышки. Воспоминания Марка текли как смола, цепляясь одно за другое, и он снова, словно во сне видел графа де Труа, барона де Верже, баронессу де Ретель. Потом из тьмы появилось красивое и бесстрастное лицо дамы де Рошеруар и её рассыпанные по плечам белокурые локоны. И кошка на её руках, которая смотрела настороженно и задумчиво. А потом из темноты метнулся на него чёрный зверь с горящими белыми глазами, и он невольно вздрогнул и очнулся от этих видений.
Старик всё так же сидел, опустив голову и сосредоточенно перебирая крупу.
— Вы видели здесь когда-нибудь чёрного пса? — спросил Марк, взглянув на него.
— Я редко выхожу ночью из дома, — ответил тот. — Иногда здесь воют волки. Я слышу их, но никогда не видел. Я не знаю, что происходит в лесу по ночам.
— Значит, дама де Рошеруар тоже бывала здесь? — Марк окинул взглядом зал. — Вы и ей подарили тот чудодейственный образок?
— Мы дарим их всем нашим гостям. А что?
— Барон де Ретель ведь тоже приезжал сюда?
— Не припомню… Нет, он не бывал здесь.
— Но у него тоже был образок святого Иолэйнда, он оправил его в золото и носил при себе. Так сказала его супруга.
— Возможно. Стало быть, я запамятовал.
На какое-то время воцарилось молчание, только мерно гудел в очаге огонь.
— Странно, — неожиданно произнёс Марк. — У барона де Ретеля был образок, но его убил чёрный пёс. У дамы де Рошеруар он тоже был, но она сошла с ума. Выходит, они защищают не всех…
— Это всего лишь образок, — заметил каноник, — его действие должно подкрепляться благочестием и молитвой. Сам по себе кусочек металла не прогонит тёмные силы, если сердце для них открыто. Барон де Ретель был жестоким и жадным человеком, и при этом довольно трусливым. Та женщина, де Рошеруар была ослеплена собственной гордыней и презирала всех вокруг. Пороки — это та самая дверца, через которую в душу проникают демоны. И тогда уже никакие амулеты не помогут.
— Верно, — пробормотал Марк. — Они так хотели заполучить ключ к сокровищу, хотя даже не знали, что оно собой представляет. Как думаете, что это?
— Я думаю, что это книга, которую графиня де Понтье взяла у убитого колдуна, — ответил старик. — Книга заклинаний и проклятий. Она взяла её из хижины после того, как святой Иолэйнд убил старика, и увезла к себе в замок. И там спрятала, чтоб никто не мог добраться до неё и получить могущество убитого ими волшебника.
— Почему вы думаете, что это книга?
— Потому что после его смерти она пропала. У каждого мага есть такая книга, полученная им от учителя, в которую он записывает новые заклинания и после передаёт своему ученику. Это хранилище силы и мудрости колдунов. Но в данном случае эта книга пропала, и никто не знает, куда она делась. А женщина, которая была рядом в момент смерти того колдуна, вдруг отреклась от всего, что имела, и заперлась в своём замке. Зачем? Понятно же, что она решила овладеть силой его магии. Но ей не хватило способностей, и тогда она спрятала её ото всех.
— Логично, — пробормотал Марк. — А дама де Рошеруар считала, что это какой-то предмет, с помощью которого можно бороться с тёмными силами. Именно потому она хотела завладеть этой шкатулкой. Она нашла её и даже сломала, но ключа там не было.
— Кто вам сказал, что его там не было? — старик поднял голову и удивлённо взглянул на Марка. — Она нашла его и перепрятала, чтоб потом отыскать тайник и открыть его.
— Почему вы так думаете?
— Потому что она напала на вашего друга. Она решила, что госпожа Бланка послала его, чтобы отобрать ключ. Это же понятно!
— Ну конечно! — воскликнул Марк. — Как я сразу не подумал об этом. Но где она спрятала этот ключ?
— Там, где его никто не станет искать. На поясе, среди своих амулетов. Кусочек металла среди кусочков металла.
— Вы правы. А ведь когда она напала на Фонтейна, этого пояса на ней не было! Она сняла его, чтоб он своим звоном не выдал её раньше времени. Значит, он всё ещё где-то там. Его нужно забрать, пока это не сделал кто-то другой. Как далеко отсюда до её дома?
— Гораздо ближе чем, если ехать из Оран-Ретеля. Всего два часа хорошей скачки.
— Я поеду, — Марк решительно поднялся. — Вот только как я найду её дом в темноте?
— Возьмите факел и поезжайте прямо по дороге в сторону противоположную той, где находится Оран-Ретель. Вы вскоре доберётесь до Мон-Ленара, а там уж не заблудитесь! Поезжайте, ведь если мы с вами додумались до этого, то об этом может догадаться и кто-то другой!
— Да, этот мерзавец де Верже мечтает заполучить сокровище!
— Конечно!
— Я поеду, а вы позаботьтесь о моём друге!
— Не волнуйтесь! К вашему возвращению он уже будет на ногах!
Марк кивнул и направился к дверям. Выйдя на крыльцо, он свистнул и вскоре из темноты появился, тряся гривой, его огромный конь. Запрыгнув в седло, он повернулся и взял зажжённый факел из рук вышедшего вслед за ним брата Жерома.
— Удачи вам, — кивнул старик, и Марк поддал коню пятками и помчался во тьму.
Морок
Он нёсся по дороге через тёмный лес так, словно за ним гналась целая свора чёрных псов. Он не мог понять, как раньше не догадался, в чём дело! Он ведь заметил этот пояс со звенящими побрякушками на даме де Рошеруар, когда она открыла им дверь, но потом его на ней уже не было. Наверняка шериф Готье позаботился о том, чтоб похоронить или даже сжечь тело этой ведьмы, но если пояса на ней не было, то он должен был остаться в доме.
— Надеюсь, никто его не прибрал… — бормотал Марк, торопя коня.
Ведь де Верже мог обо всём догадаться. Он, конечно, видел в доме де Ретеля его тётку и заметил этот странный звенящий пояс. И понятно, что там, среди амулетов и образков так просто спрятать маленький ключик. Может, поняв, что наследство зятя утекло из его рук, он решил всё же завладеть сокровищем Дианы дель Рео, и прямиком направился в дом старой дамы? Однако, он не производил впечатления умного человека и вряд ли обо всём догадался… А вдруг!
И
