Читаем без скачивания Барышня и хулиган - Татьяна Полякова

Через полчаса приехала супруга Ильи, обе машины они загнали в гараж, из чего Мишка сделал вывод, что покидать дом они не собираются.

— Как думаешь, зачем он в милицию ездил? — спросила я.

— Должно быть, вызывали.

— И нас вызовут?

— Может, повезет, и как-нибудь без милиции обойдемся, — вздохнул он.

Мы вернулись домой, я стала готовить, а Мишка сел на телефон, обзванивая знакомых, с целью хоть что-то узнать об убиенном Лосе. Выходило, что Лось самый что ни на есть обыкновенный парень, и за исключением неуемной тяги к игре, ничем не отличался. Его даже припоминали не сразу, то и дело путали имя и вообще всерьез не воспринимали. С Катькой они встречались месяца три. История их знакомства выглядела романтично (ее поведала под большим секретом одна из Катькиных подруг). История такая: как-то под утро Катька возвращалась из клуба, выходя из машины, возле дома столкнулась с хулиганами, пытавшимися отобрать у нее сумку («Это вряд ли», — прокомментировал Мишка), мимо проезжал Лось и вступился за Катьку. Хулиганов было трое, но Лось бился, как зверь, и с незначительными увечьями победил в бою. Затем любовь и ранняя гибель Лося. Вот и все, что удалось узнать. Мишка злился, я старалась его не нервировать, и тут в дверь позвонили, я пошла открывать и обнаружила на пороге симпатичного мужчину в светлых брюках и рубашке в клетку с короткими рукавами.

— Екатерина Юрьевна? — спросил он, приветливо поздоровавшись, и я сказала:

— Да. — А уж потом только подумала… но было поздно, мужчина предъявил удостоверение, я схватилась за дверной косяк, чтобы удержаться на ногах, и, дыша часто-часто, наподобие собаки, обреченно спросила:

— А в чем дело?

— Вы знакомы с Лосевым Вячеславом Игоревичем? — заглядывая в квартиру через мое плечо и тем самым намекая на то, что не худо бы войти, а не торчать на пороге, задал вопрос мужчина.

— Простите, как вас зовут? — спросила я, таким нехитрым способом пытаясь оттянуть время.

— Виктор Иванович.

— Очень приятно. Виктор Иванович, у меня муж из тюрьмы вернулся, мы с ним сначала развелись, а теперь помирились.

— Вот оно что… выходит, я не вовремя?

— Если честно, ужасно не вовремя, — заметила я. — Лося я давно не видела. Его все ищут, телефон у меня оборвали, а я нервничаю… Чего он натворил-то?

— Умер, — улыбнулся Виктор Иванович, словно делая мне подарок.

— Как это, он же молодой?

— Убили. Стукнули по голове и для верности придушили.

— Кошмар какой-то. — Я подумала и перекрестилась. — Ну, входите тогда, раз такое дело, — заметила я, поняв, что просто так от него не отделаться.

Я посторонилась, пропуская гостя, и мы вместе поднялись в кухню.

— Большая у вас квартира, — с хитрецой заметил Виктор Иванович.

— Да… у мужа фирма строительная… была, пока его не посадили.

— Ну, почему же так пессимистично, фирма и сейчас есть.

— Да? — Я заинтересовалась, но продолжать разговор на данную тему сочла опасным. Мишки на кухне не оказалось, и я забеспокоилась: что, если он удрал, а меня бросил расхлебывать всю эту кашу? — Садитесь, — пригласила я Виктора Ивановича и налила ему кофе, он поблагодарил и вообще оказался на редкость приятным человеком. Вопросы задавал вежливо, не похоже было, что меня сию минуту отправят в тюрьму. Тут появился Мишка, кивнул хмуро, а я засуетилась. — Вот, Миша, это товарищ из милиции. Оказывается, одного моего знакомого убили.

Виктор Иванович представился и начал задавать вопросы Мишке. Так как Шальнов наверняка подслушивал наш разговор, стоя под дверью, получалось у него складно, а главное, в точности совпадало с моими словами. Картина вырисовывалась такая: Лося в последний раз я видела несколько дней назад. В понедельник вечером была в клубе, где выиграла деньги, двадцать тысяч, повезло мне. А во вторник ругалась с вернувшимся мужем, вечером он тоже был в клубе, напился и

Решил, что у него угнали машину, но это ему с пьяных глаз привиделось, потому что стояла она там, где Мишка ее бросил. Этот факт заинтересовал милиционера, и он еще немного поспрашивал, а мы томились, то и дело переглядываясь, и с минуты на минуту ожидали, что нас отправят в тюрьму. Но Виктор Иванович неожиданно откланялся и ушел, а мы с Мишкой вытаращили глаза друг на друга и еще некоторое время боялись пошевелиться.

— У-у-х, — наконец сказал Шальнов. — Вроде пронесло. Только ведь надолго ли? Одно хорошо, когда Лося укокошили, я был в тюрьме, и это убийство мне им при всем желании не пришить.

— А мне? — заволновалась я.

— А ты была в клубе.

— О господи, Лося убили под утро, и они вполне могут решить, что я…

— Успокойся. — Мишка крепко меня обнял, что дало мне возможность угнездить голову на его груди и немного повздыхать.

— Вот если бы Катьку найти, — заметила я, — и заставить ее рассказать, для чего им весь этот спектакль понадобился…

— Катька вряд ли появится. Если это ее рук дело, можно не сомневаться, она свой куш сорвала и сейчас где-нибудь на солнышке загорает, хотя за деньгами, что здесь спрятала, явиться все-таки должна.

— Но если они с Ильей заодно, то очень может быть, что он с Катькой встречается… — сказала я. Эта мысль вдохновила нас обоих, и мы опять отправились к коттеджу Дружининых.

Первые полчаса ничего интересного не происходило, и я начала зевать. Наконец ворота гаража открылись и появился Илья на своем «Мерседесе», мы пристроились следом, но на ближайшем перекрестке этот мерзавец засек нас и попытался уйти. Мишка держался у него на хвосте как приклеенный. В ответ Дружинин, сделав громадный круг по городу, вернулся домой и, судя по всему, здорово нервничал. Стало ясно, ни с кем сегодня он встречаться не будет, поэтому мы, пострадав в машине еще час, поехали к себе. Остаток вечера взвешивали наши шансы, они не радовали.

— Ладно, — потягиваясь, заявил Мишка, поднимаясь с дивана. — Давай спать. Завтра во что бы то ни стало надо отыскать бородатого на «Понтиаке» и всерьез браться за этого Илью.

— Конечно, — засуетилась я, и мы вместе поднялись в спальни, Мишка пожелал мне спокойной ночи и удалился, а я, закрыв дверь, припала к ней ухом, с намерением определить, останется Мишка дома или наденет костюм. Спать он точно не ложился. Я слышала, как он бродит у себя, затем вышел из комнаты, осторожно прикрыв дверь, и начал спускаться по лестнице. А я заревела, потому что после слов, сказанных утром, кинуться вдогонку не могла, а между тем было мне так обидно и горько, что хоть из окна выбрасывайся.

Конечно, до этого не дошло, но чувствовала я себя исключительно несчастной, сидела на кровати, обхватив подушку, и тихонько поскуливала, размазывая слезы до тех самых пор, пока дверь не открылась и не появился Мишка.

— Ты чего ревешь-то? — удивился он, я с облегчением вздохнула, потому что в костюм он не облачался, ходит себе в халате.

— Это я из-за дядьки, ну, что сегодня приходил, — вытерев нос, соврала я.

— А чего из-за него реветь?

— Страшно.

— А-а… — Мишка хмуро поглядел на меня, потом спросил:

— Мне где ложиться?

— Лучше здесь, — кашлянув, ответила я. — И одеяло не приноси, чего его таскать туда-сюда… Слушай, может, стоило этому милиционеру все как есть рассказать, ведь фактов уже достаточно. Теперь что же выходит, я, то есть Катька, здесь, а ее вовсе нет и все ужасно перепутывается. Как же они смогут найти убийцу?

— Найдут они, как же, месяцев через десять, а мы здесь под боком… — Мишка снял халат, лег, и я осторожно опустилась рядом, он меня обнял, но вполне невинно, а моя голова оказалась на его плече, это вышло как-то само собой. — Ну их всех к лешему, — заявил Мишка, и я мысленно согласилась с ним.

Вместо того чтобы с утра пораньше охотиться за «Понтиаком», мы спали часов до десяти, а в одиннадцать раздался звонок в дверь и начисто спутал все наши планы. Но лучше по порядку.

Мишка проснулся в восемь, как обещал, и разбудил меня, но сразу подняться не получилось. Эти два часа я выпускаю, как не имеющие к данной истории особого отношения. В общем, после десяти мы встали, я пошла готовить завтрак, а Мишка бриться, и вот тут в дверь позвонили. Я насторожилась и, поразмышляв немного, бросилась к Мишке, потому что мы никого не ждали, а после вчерашнего визита сердце мое было все-таки не на месте. Шальнов натянул халат и потопал к двери, а я принялась кусать губы и молиться.

— Здравствуйте, Михаил Степанович, — услышала я женский голос и чуть не подпрыгнула, потому что узнала его сразу, это чертова бизнесвумен Эмма. Интересно, что ей от Мишки надо?

Я выпорхнула из кухни и, стоя на лестнице, могла видеть не только Шальнова и эту мерзавку, но и красавца Илью в придачу, который заметно нервничал. Некоторая бледность необыкновенно ему шла.

— Нам надо поговорить, — этим своим невыносимым тоном заявила Эмма.

— О чем? — удивился Мишка, держа руки в карманах халата и не приглашая гостей пройти.