базы, полигона. Или лагеря отдыха бойцов. Будет забавно, если первыми «туристами» на Джайраме станут именно профессиональные наемники из Тени Рассвета.
Надо действовать похитрее… Не говорить же мне Дайне прямо в лицо, что я буду особенно рад, если у ее богатых наемниц войдет в привычку оставлять часть своего совсем не маленького заработка в Мантау?.. А может они захотят купить себе виллы у моря?.. Получить кучу преференций, которых у них не будет в других странах?.. Да и народ они не из пугливых — чуть что не будут сразу ломиться с острова. Особенно когда в общих чертах узнают, какую вундерваффе-оборону мы тут планируем выкопать и прорубить к горам вглубь острова.
От внезапной идеи я даже заходил кругами по гостиной. Такой буст экономике острова упускать никак нельзя. Одно дело, когда к тебе приезжает человек с несколькими тысячами в кармане, и совершенно другое — когда у него есть несколько сотен тысяч… Можно запустить целую цепочку… подключить пиар-сопровождение, дать на лапу, кому надо… Все изначально потраченные деньги могут вернуться стократно, если не больше!
* * *
Кругом лианы и пышные исполины. Игривые лучи солнца едва пробивались сквозь буйную растительность. Легкие ветерок трепыхал зелень листвы, привнося в окружение аромат экзотических цветов.
Утренний променад был в самом разгаре.
Мы с Ларавель крались сквозь лес, то и дело прислушиваясь к постоянному стрекоту насекомых и шебуршению птиц. Вскоре я почувствовал на себе рассеянное внимание и тут же определил направление, где скрывалась в засаде Дайна. Ее цель напасть и «ликвидировать» нас. Наша — обнаружить первыми и дать бой до «подхода» подкрепления. Отступать запрещено «правилами».
Видимо, старшую сестренку Ларавель задела наша самая первая встреча в коридорах штаба, где я первым обнаружил ее присутствие, — сама предложила столь усложненный вариант тренировочного боя. Она никак не могла понять, как я это сделал. Моему объяснению, что свет тогда горел не так как раньше — она не поверила. Впрочем, правильно сделала.
Развел кусты и незаметно подал знак Ларавель — враг обнаружен. Пальцами я сообщил и направление, и расстояние. А затем на миг застыл, почувствовав внимание теперь не в том месте, где Дайна засела до этого. Слух ничего не уловил.
Повернув голову, передал Ларавель бутылку с водой. «Она в движении…» — произнес одними губами.
Мы продолжили осторожно идти и периодически останавливаться, делая вид, что ищем следы и осматриваем густые кустарники.
Как только Ларавель оказалась заметно впереди, Дайна попыталась неожиданно атаковать меня на узкой тропинке. Она спрыгнула с высокого дерева, находясь вне поля моего зрения. Ее ускоренное падение было почти бесшумным. Не знай я, что это она — списал бы на отголосок тропического бриза. За мгновение до того, как ее клинок чиркнул бы мою спину, я развернулся и с лукавым взглядом парировал ее удар, высекший искры из моей тяжелой сабли.
— Ну вот опять! — недовольно поджала губки Дайна, как только приземлилась на землю. Ларавель уже находилась у нее за спиной, грозно выставив рапиру перед собой.
Мы задвигались по свободному участку земли, держа наш эндоспех в постоянном уплотнении. Дайна успешно парировала наши выпады и рубящие удары.
Филигранный стиль фехтования двумя клинками, а движения — подобно ветру, постоянно перетекающему из штиля к разящему урагану; казалось, она едва касалась земли, чтобы тут же атаковать или изменить траекторию своего движения.
Но мы тоже были не лыком шиты. Ларавель редко, но точечно атаковала, пытаясь подловить ее в моменты атак. А моя агрессивная сабельная техника не давала Дайне пространства для маневра. Возникла патовая ситуация, когда мы принимали примерно одинаковое количество урона на нашу энергетическую защиту.
Воздух трепетал от напряжения. Наши лица раскраснелись, а тела покрылись соленистой влагой. Я все ждал, когда Дайна решит пойти ва-банк… И это наконец произошло.
Ее атаки в один момент ускорились, а из клинков внезапно выскочили узкие всплески энергии, которые подобно лезвиям атаковали мою защиту. Две из них я разрезал саблей, но, как и остальные, они продолжили свое движение со скоростью ветра и столкнулись с моей защитой. Вместе со внушительным истощением энброни меня откинуло в сторону — на мгновение даже оторвав от земли. Продолжить свою ветряную технику Дайне не позволила Ларавель, тут же мелькнув передо мной.
Прикрывая друг друга, мы стали по очереди набрасываться на Дайну со всех сторон. Она периодически добавляла стихийный элемент в свои атаки, и не будь у нас энергетической защиты — нам бы наверняка пришлось несладко. Ее лезвия ветра в самом деле могли резать плоть, а если влить достаточно энергии — то наверняка и отрезать конечность.
Но за все «фокусы» приходилось платить. Раскрасневшееся личико Дайны вскоре стало скорее бледным, а она так и не смогла достать нас с Ларавель. Бой на истощение — наша тактика, и мы ее успешно придерживались. Задержать полноценного Мастера по-другому трудно, не говоря о том, чтобы справиться с ним.
В последние несколько секунд до истечения пятиминутного срока, когда по вводным должно прийти «подкрепление», я наконец решил тоже проявить свою технику.
Обманным движением встретил атаки Дайны саблей и невзирая на урон по клинку и своей энброне, напряг ноги и скрутил корпус, выбрасывая удар кулаком в сторону белоснежного животика Дайны, покрытого синей защитной аурой. Одновременно с этим визуально по моей энброне прошлись едва заметные колебания, и я словно втянул большую часть своей энергии в одну точку — между первой и второй фалангой пальцев. Кости руки едва слышно затрещали от скорости и силы моего удара.
— Харх! — сопроводил я технику пробивающего кулака громким выкриком, который распугал ближайших птиц.
Что это непростой удар — Дайна поняла с запозданием, отступить назад ей не позволила Ларавель, которая заметила мои намерения и словно кошка попыталась вцепиться в старшую сестру со спины.
Широко раскрыв глаза, Дайна все же успела поставить блок дольной стороной одного из клинков, но мой удар прогнул ее меч вместе с покрывающей его энергий, высек искры и столкнулся с ее биополем, которое на мгновение лопнуло, но к тому моменту я уже расслабил кулак и в оголенный живот Дайны прилетел скорее тычок, обозначающий удар, нежели сам удар.
…Тут же вернул кулак в прежнее положение и почувствовал чудовищное истощение, пока Дайна наконец смогла вырваться из окружения и разорвать дистанцию.
Почти одновременно все мы трое опустили оружие. Коммутаторы пилинькнули. Время вышло.
— Что это был за удар, Двейн? — переведя дыхание, спросила Дайна, почесав немного красное место на
