— Я провожу вас, — пробормотал он. — А то капитан накажет меня, если заставлю ждать слишком долго.
— А как его зовут? Юнга покачал головой.
— Меня просили не говорить.
Любопытно, но Исобель могла придумать несколько причин, почему капитан не захотел упоминать свое имя в том месте, где повсюду уши. Мальчишка и так выдал немало информации, назвав себя и корабль. «Быстрая чайка», но это название ничего девушке не сказало. Седдонийка никогда не достигла бы подобного положения, если бы была неосторожной, поэтому захватила в порт телохранителей, которые теперь следовали позади. А вдруг ловушка?
Охранники нисколько не волновали мальчишку, и, несмотря на незнание города, он уверенно вел по прямой к центральной верфи, где их ждала гичка, привязанная к пирсу.
— Вон там «Чайка», как раз за шаландой с оранжевым парусом.
Юнга указал на восточную плотину, защищавшую гавань. Там девушка увидела старомодную галеру с треугольным парусом, который за многие годы выгоревшим под солнцем, поменяв ярко-красный цвет удачи на тускло-оранжевый, что говорило о долгой службе без нормального вознаграждения. А как раз за галерой виднелась большая часть другого корабля с четырьмя мачтами, устремившимися в небо.
Взглянув на такую красавицу, Исобель не могла противостоять искушению, чтобы не помечтать о подобном судне для себя. Она быстро забралась в гичку вместе с остальными и отчалила.
В самый разгар торгового сезона в Каристос приходило намного больше кораблей, чем способен вместить порт, и тогда гавань пестрела разными суденышками всех размеров и форм, бросавшими якоря и ожидавших своей очереди на разгрузку и погрузку. Лихтеры развозили воду и провизию для галер, выгружали товар с грузовозов, которые не могли долго простаивать у причала. Уважение к загадочному капитану возрастало все больше по мере того, как седдонийка наблюдала за искусными маневрами гички, которая быстро обходила препятствия.
Через пятнадцать минут они добрались до «Быстрой чайки». Темные тимберсы, блестящие латунные вставки, слепящие белые паруса — все говорило о том, что судно только что сошло с верфи. Со временем погода, жесткая соленая вода, износ от постоянных погрузок и разгрузок нанесут кораблю немалый урон, но сейчас он — просто совершенство. Исобель уже хотела такое судно, страстно желала его, возможно, так, как икарийская женщина могла желать рубиновое ожерелье или нитку редкого черного жемчуга.
Когда гичка подплыла ближе, сверху сбросили веревочную лестницу. Девушка сразу восприняла это как проверку, поскольку будь она в платье, то никогда бы не взобралась на борт, не потеряв достоинства.
Исобель встала на ноги, стараясь удержать баланс, в то время как шлюпка ходила из стороны в сторону. Седдонийка повернулась к юнге:
— Ты не придержишь веревку?
Мальчишка схватил лестницу, и, как только она натянулась, Флёрделис поставила левую ногу на первую перекладину. Девушка быстро карабкалась наверх, зажимая веревку между ног, чтобы удержаться. Усмешка проскользнула по ее лицу, когда она представила выражение лица Нериссы, если бы императрица увидела подобную сцену.
Когда Исобель поднялась наверх, появилась коричневая от загара рука и одним рывком мягко втянула ее на палубу.
Седдонийка улыбнулась, увидев своего помощника.
— Капитан Зорион, какая неожиданность!
— Леди Исобель.
Он начал было салютовать, как того требовал этикет, но девушка не стала обращать внимания на церемонии и кинулась обнимать капитана. На минуту показалось, что она снова ребенок, потому что Зорион возвышался над ней, как и раньше, пах морской соленой водой, древесной смолой и немного чаем, который скорее всего был погружен на корабль.
Они дождались, пока на палубу поднимутся телохранители. За ними появился и юнга. Зорион отпустил мальчишку, а Исобель избавилась от охраны, чтобы поговорить с капитаном наедине.
— Что ты здесь делаешь? И откуда такой прекрасный корабль?
— Он твой, — ответил морской волк на первый и более важный вопрос.
— Мой?!
Флёрделис планировала приобрести четвертое судно, и кораблестроители пообещали заложить киль осенью и закончить строительство к весне. Однако все это не объясняло, как Зорион получил в собственность корабль больше и дороже, чем заказывала хозяйка, и на шесть месяцев раньше по срокам.
— Судно делали для Шарлот, однако когда та не смогла за него платить, работы остановили на полпути. Никто не хотел корабль таких размеров, но я знал, что вы сможете получить от него прибыль. Я позволил строителям убедить себя купить судно, и те закончили его в соответствии с моими техническими характеристиками.
«Быстрая чайка» казалась огромной. Исобель хотела трехмачтовик, однако получила гигантский четырехмачтовик, по крайней мере на треть больше остальных.
— Надеюсь, ты поторговался?
— Конечно, я потратил даже меньше, чем мы планировали вложить, на том основании, что нам придется переделывать инфернальный дизайн Шарлот.
— А корабль соответствует своему названию?
— Стремительнее не бывает, — ухмыльнулся Зорион, белозубая улыбка сверкнула на загорелом лице.
— Я хочу рассмотреть каждый его дюйм.
— Как прикажете, — кивнул капитан и, низко поклонившись, последовал за хозяйкой.
Исобель провела два часа, осматривая судно от мачт и до трюма, который под завязку был заполнен тюками с чаем.
Трюмы оказались большими, в соответствии с размерами корабля, с умело приспособленными деревянными поручнями, которые можно снять, если необходимо установить громоздкие грузы.
Многие в команде казались знакомыми, поскольку служили с Зорионом на предыдущем корабле, и седдонийка радушно поприветствовала моряков, хотя все видели, что ее внимание всецело приковано к кораблю. Наконец Исобель заставила себя остановиться. Можно провести недели, изучая каждый дюйм «Чайки», но времени так себя баловать не было. К тому же не хотелось, чтобы ее заметили в порту. Флёрделис не терпелось испробовать корабль на плаву и убедиться самой, что он легок в управлении. Сколько времени уходит на то, чтобы поднять паруса, и насколько быстро «Чайка» обогнет риф при плохой погоде?
К сожалению, чтобы насладиться всем этим, придется дождаться другой возможности. Она уже давно не ученица в команде Зориона, и не просто владелица судна на торговом пути. Теперь у Исобель собственные обязательства, а радость можно отнести не только к осмотру корабля, но и к присутствию Зориона.
Исобель нехотя последовала за капитаном в каюту, где он налил два бокала белого вина.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
