Читаем без скачивания Серай эльфийка (Эльфийка Серого) - Владимир Кучеренко

            Эльфийка пожала плечами и улыбнулась.

            - Главное, что жива. Об остальном - не беспокойся.

            Первым делом реставрировал ей внешний облик. Для молодой леди это несказанно важно. И угадал. От счастья Цветаниэль бойко задёргала новыми ушками, руками их потрогала, и даже пригнула, чтобы воочию убедиться в восполнении тяжелой потери. Приятно всё-таки дарить радость.

             Потом восстановил речь. Однако память вернуть не получилось. Наверняка тут замешана драконья магия. С этим уже никто не поможет. Придётся надеяться на самовосстановление. В целом, хвала Лесу, ничего страшного: рассудок почти не повреждён, а вспоминать девушке особо и нечего.

            Думаю, пора забрать её у Занзира. Только куда определить это юное дарование? Сразу же вспомнил о кое-каких связях в Академии Магии. Ректор мне обязан, поэтому возражать не станет. Действительно, что время тянуть? Подождал, пока эльфийка наиграется с ушами, затем спросил:

            - Цветаниэль, как ты отнесёшься к моему предложению не ждать ещё сто восемьдесят три года, а прямо сейчас поступить в Магическую Академию?

            Светка. Офигеть! У меня настоящие эльфийские уши! Этот архимаг оказался весьма приятным и добрым типом. Чего Занзир его так боится? А потом Крайтис поводил растопыренными пальцами у меня над головой, и я поняла, что отныне знаю старшую речь в совершенстве. Не знаю, как, но почувствовала. У меня что сегодня -  день рождения? Такие подарки! Просто летаю на седьмом небе от счастья! Но архимаг на этом не успокоился и «добил» меня фразой:

            - Цветаниэль, как ты отнесёшься к моему предложению не ждать ещё сто восемьдесят три года, а прямо сейчас поступить в Магическую Академию?

            Как?! Ещё спрашивает как?! Да если бы он знал, сколько я о подобном мечтала! Очередной раз незаметно ущипнула себя, пытаясь проснуться. Всё нормально – это явь, и синяк на попе останется самый натуральный.

            - Очень положительно отнесусь, Ваше Сиятельство. Сочту за честь и постараюсь оправдать ваше доверие, - боясь, что Крайтис вдруг передумает, поскорее сказала я ему.

            Найдёнова Липа. Парни на берегу терпеливо ждут, пока доплыву. Как только я коснулась ногами дна и прошла несколько шагов, вспомнила, что одежды на мне нет. Поэтому остаюсь стоять по грудь в воде.

            Негритята, совсем ещё молодые - лет по пятнадцать-шестнадцать, осмелели и подошли поближе. Чувства опасности они не вызывают, даже, несмотря на имеющееся в наличие средневековое оружие. Поэтому позволяю себе спокойно отдышаться. Потом улыбаюсь и произношу на сомалийском языке:

            - Здравствуйте. Не бойтесь, я друг.

            Не ожидала, но меня поймут. Самый высокий и вероятно, самый старший туземец кивнул в ответ:

            - И вам не болеть, госпожа. Можем мы вам чем-нибудь помочь?

            - Я потеряла одежду. Если можно одолжите мне что-нибудь?

            - Да, госпожа. Возьмите мою рубаху,- протянул мне вещь, вошедший по пояс в воду, мальчишка.

            - И мой пояс, госпожа, - подхватил полненький паренёк, - мне он всё равно не нужен.

            При этом он похлопал себя по животу - мол, штаны и так держатся.

            Какие вежливые подростки. Даже не представляю, что меня ожидало бы, окажись я в аналогичной ситуации в России.

            - Спасибо огромное, - поблагодарила я и напялила длинную рубаху. Она оказалась мне почти до колен.

            По всей видимости, эфиопы, приняли меня за какую-то уважаемую особу и поэтому так относятся. Не хочется им лгать, пусть это и грозит обернуться для меня плачевно. Но чутьё подсказывало, что всё будет хорошо.

            - А почему вы называете меня госпожой? Я обычный человек, такой же, как и вы. Можете обращаться ко мне на «ты».

            - Как скажете, госпо…, - начал и осёкся один из парней. Затем спросил: - А кто ты и как тебя зовут?

            - Оли…,  - хотела я назвать своё полное имя, но решила, что налаживать контакт проще в менее официальном тоне. Поэтому представила по-другому, - Липа.

            - Очень приятно, Оллипа, - сказал тот же (видимо главный) мальчуган. - Я - Локоб, этот толстячок - Мидо, а там Ресл и Див.

            - Мне тоже приятно.

            - А как ты сюда попала? – спросил Див. - Мы тут весь день купались и упражнялись с оружием - никого рядом не было. А когда собрались уходить, услышали всплеск, обернулись и увидели тебя.

            Хотела бы и сама знать, как тут оказалась. Но парням говорить этого не стала, лишь пожала плечами.

            - Ну-у, как вам сказать. Дело в том, что-о…, - тянула я время и соображала, чтобы такого правдоподобного соврать.

            На выручку мне, неожиданно пришёл Мидо:

            - Что тут непонятного? Просто перенеслась магическим способом... Телепрот называется.

            - Не телепРОт, а телепОРт, - исправил его Ресл. – Дядька Йурен про такое рассказывал. Их обычно эльфы используют.

            - Да, магия, не иначе, - согласилась я. - Других объяснений нет.

            В отличие от меня самой остальных такой ответ устроил.

            - А куда ты хотела попасть, Оллика? – очередной раз переврал моё имя Локоб. После чего остальные вдруг внезапно замерли и зашёптались.

            Не знаю, чем была вызвана такая реакция, но поняла, что сейчас от моего ответа зависит если не дальнейшая судьба, то слишком многое. Стараюсь осторожно подбирать слова, чтобы не получилось двусмысленности:

            - Вообще-то, я мечтаю в ваших краях найти своего отца.

            Удивление ребят усилилось. Ну что я такого сказала? Однако обижать меня пока не собирались, и я продолжила:

            - Он весьма известный человек. По крайней мере, был им много лет назад, когда я родилась. Папа спортсмен, легкоатлет. Он выигрывал самые главные соревнования по бегу много лет подряд.

            Теперь на лицах ватаги расплылись широкие улыбки. Подростки кивали друг другу и тихонько шептались, проговаривая уже третий вариант моего имени:

            - Олика?.. Олика!.. Олика…

            Ничего не понимаю. Стою и молчу.

            - А сколько тебе лет, Олика? – спросил Локоб.

            Снова наступила гробовая тишина. Интересно, при чём тут мой возраст?

            - Тридцать было, весной, - сказала я.

            Мой ответ послужил началом грандиозного веселья среди туземцев. Ребята радостно запрыгали вокруг. Потом схватили меня за руки и с криками: «Дядька Фатун! Ваша дочь нашлась! Олика вернулась!» потянули вверх по извивающей змеёй тропинке. До сих пор не соображаю, что происходит. Просто подчиняюсь судьбе и иду.