Эдуард II больше не мог полагаться на тех, кого он посылал с дипломатическим миссиями в Париж. Многие из них лелеяли свои собственные обиды, которые в более свободной атмосфере иностранной столицы побуждали их заявлять о них открыто. Епископы Уинчестера и Норвича, а также граф Ричмонд решили не возвращаться по завершении своей миссии, а остаться с королевой. Граф Кент, брат Эдуарда II, находившийся во Франции на протяжении всего конфликта, собирался присоединиться к ним. Сам Роджер Мортимер, "наш смертельный враг", как говорил Эдуард II, открыто появлялся у королевы. Он стал главным советником Изабеллы и вскоре должен был стать ее любовником. В этой враждебной атмосфере Стэплдон оказался лишен доступа к королеве и принцу, а ее окружение угрожало ему насилием. В середине ноября епископ тайно бежал из Парижа и под видом обычного путешественника отплыл на корабле в Англию[142].
Более расчетливый интриган, чем Карл IV, возможно, был бы рад такому повороту событий. Карл IV, конечно, отказался выполнить настойчивые и все более истеричные просьбы, с которыми Эдуард II обращался к нему, требуя отсылки его жены и сына в Англию. Но он был сдержанным человеком. Он был искренне потрясен, когда связь Изабеллы с Мортимером стала достоянием общественности, и смущен, когда в первые шесть месяцев 1326 года она начала вербовать наемников среди французской знати. Изабелла планировала не что иное, как вооруженное вторжение в Англию с целью замены Эдуарда II на троне его сыном. В мае 1326 года Изабелла продемонстрировала свою силу на коронации новой французской королевы. Она появилась с большой и эффектной свитой, в которой Мортимер занимал главное место, что вызвало скандал среди присутствующих и было должным образом доложено Эдуарду II его шпионами. Вскоре после этого инцидента Изабелла была изгнана из французского двора, а ее военные приготовления во Франции были пресечены[143].
В августе она поселилась за пределами французского королевства в Валансьене, в имперском графстве Эно. Эдуард II не был удовлетворен. Он приказал удалить французских монахов из английских монастырей и ввел ограничения на передвижение французов, въезжающих в Англию и выезжающих из нее. Французское правительство в ответ приказало арестовать всех английских поданных во Франции и конфисковать половину их имущества. 16 августа 1326 года, в ранние часы, за ними внезапно пришли офицеры бальяжей, избив некоторых из них в их постелях. "Они были христианами, рабочими, ремесленниками многих профессий, купцами и хорошими людьми, как и все мы", — ворчал парижский адвокат. Многие из них взяли себе супруги француженок. Эдуард II ответил "добром на добро", как только узнал об этом[144].
В Валансьене Изабелла и Мортимер начали пересматривать свои планы. Они предложили графу Эно, Вильгельму I, обручить принца Эдуарда с его дочерью Филиппой в обмен на военную помощь. Вильгельм I с готовностью принял это предложение. Он не был связан с Эдуардом II и не возражал против того, чтобы его дочь стала королевой. Граф был готов предоставить порт для погрузки войск, состоящих из отряда численностью около 700 человек[145]. Эти люди были добровольцами, которых привлек брат графа Жан, сеньор де Бомон. Они отплыли из Дордрехта 23 сентября 1326 года и на следующий день прибыли в порт Оруэлл в Саффолке.
Это было небольшое войско, которое должно было быть разгромлено без труда. Но никто не хотел сражаться за Эдуарда II. Моряки южных портов отказывались охранять берега из-за ненависти к Диспенсерам. Другие объединились с Изабеллой и Мортимером и их иностранной армией. Лондон провозгласил свою поддержку королеве и разразился массовыми беспорядками. Епископ Стэплдон был линчеван в Чипсайде ее сторонниками. Что касается Эдуарда II и Диспенсеров, то они были вынуждены бежать на запад, преследуемые Изабеллой и ее растущей армией. Для Мортимера это был повод отомстить за поражение, пять лет тюремного заключения и изгнания. Старший Диспенсер был пойман в Бристоле. Он был схвачен, повешен и четвертован. Младшего Диспенсера, которому не удалось бежать на остров Ланди, выследили в Гламорганшире. Его быстро осудили и казнили тем же варварским способом, что и его отца. Эдуард II был схвачен вместе с ним. Его держали под охраной в Кенилворте, пока созывался Парламент, чтобы решить, что с ним делать. 13 января 1327 года было решено, что он должен быть низложен. Через несколько дней его привели в зал замка Кенилворт для встречи с врагами. Там, находясь в полуобморочном состоянии, стоная и проливая слезы, он отрекся от престола в пользу своего четырнадцатилетнего сына. Реальная власть перешла к Мортимеру и его любовнице королеве.
Среди недостатков, в которых Эдуарда II обвинял свергнувший его Парламент, было пренебрежение Аквитанией. Парламентарии заявили, что она была "как бы потеряна из-за небрежности и плохого совета". Это было лицемерием. В последние месяцы правления Эдуарда II английская политика в Гаскони проявила новую силу. Была предпринята серьезная попытка склонить Карла IV к окончательному территориальному урегулированию, которое было обещано в 1325 году. Новый сенешаль, Оливер Ингхэм, даже сумел собрать армию из гасконцев и испанских наемников для вторжения в Сентонж и Ажене. Он взял несколько крепостей от имени принца Эдуарда, герцога Аквитанского, который в то время находился при дворе Франции. Отказ от Аквитании в действительности был делом рук Изабеллы и Мортимера, у правительства которых были более важные заботы, чем ведение отвлекающей, дорогостоящей и далекой войны. Они поспешили заключить мир с Францией на любых доступных условиях. Когда 31 марта 1327 года был заключен окончательный договор, оказалось, что английское правительство обязалось не только вернуть завоевания Ингхэма, но и выплатить Карлу IV репарации в размере 50.000 марок. О большей части герцогства, которую французы удерживали с 1324 года, ничего не было сказано. Потеря всего, кроме прибрежной полосы, была принята молча. Для большинства современников потеря даже этого сократившегося остатка владений казалась не более чем вопросом времени[146].
Так неблагоприятно началось правление Эдуарда III. Эдуард II прожил еще несколько месяцев. В апреле 1327 года его перевезли в замок Беркли и держали там до тех пор, пока в конце сентября неожиданно не объявили, что он умер. Мало кто сомневается, что его задушили по указанию Мортимера и с одобрения королевы Изабеллы. Итак, когда в феврале 1328 года со смертью Карла IV во Франции началась эпоха политического кризиса, французскому правительству посчастливилось увидеть, что его главный соперник парализован горькой памятью о недавних распрях и слабостью незаконных правителей.
* * *
После смерти Филиппа IV Красивого в 1314 году осталось трое его взрослых здоровых сыновей, но стечение обстоятельств и несчастья уничтожило весь его род в течение четырнадцати лет. Людовик X умер от пневмонии всего через восемнадцать месяцев после своего
