Ксолотль встал и пошел вслед за богиней, скользя, как ночной ветерок, по неровной, взрытой почве, через овраги, реку, скалы и утесы, голые камни й преграждающий путь бурелом, покуда не достигли правого ската высокой горы. Здесь богиня остановилась и дотронулась перстами своими до верхушки одного громадного гранитного обломка, который, тотчас же плавно ушел в землю, обнаружив вход в глубокую пещеру. Войдя в нее и пройдя несколько сажень, богиня и следовавший за ней Великий Вождь очутились у высокой стены, уходящей далеко в обе стороны. Богиня снова дотронулась до стены, — и та расступилась перед ними, давая им дорогу. За стеной открывался бесконечный узкий сводчатый коридор, вышиной около пятидесяти футов.
Богиня обратилась к Ксолотлю и наказала ему быть особенно внимательным ко всему, что он теперь увидит. Затем они вошли в высокий коридор и долго шли им. В конце концов он привел их к громадной зале, при входе в которую богиня еще раз обратилась к Ксолотлю и сказала: «Смотри и помни».
Войдя в залу, Ксолотль увидел, что вся она загромождена по самые своды большими ящиками и сундуками из драгоценного черного дерева, поставленными в шесть ярусов, один над другим, и доверху наполненными золотом в слитках, самородках, крупинках и монетах, а также драгоценными камнями и жемчугами. Тут были несметные богатства.
Посреди залы оставалось еще довольно большое свободное пространство, и здесь у стены сидели, скорчившись, несколько человек совершенно неподвижно, глаза их были открыты, но не видели ничего перед собой, устремленные в одну точку. Одеты они были в туники из оленей кожи, прекрасно выделанной; ноги их были обуты в сандалии с ремнями, сплетенными из нитей алоэ; у некоторых было надето по большому золотому обручу и по ценному жемчужному ожерелью на шее; другие имели на голове шляпы из маисовой соломы или пальмовых листьев. Подле каждого из лиц первой группы стояли прислоненные к стене: золотой шлем и щит из того же металла и длинное копье с железным наконечником32. Подле остальных стояли также их шлемы, щиты и копья, но щиты были медные, а шлемы — железные, а самый крайний из них, кроме копья, имел еще громадную палицу со множеством железных остриев.
Несмотря на свою не раз испытанную смелость, Ксолотль не мог удержаться от нервной дрожи при виде этих мрачных выходцев с того света. Но богиня, заметив это, усмехнулась благосклонной и ласковой улыбкой.
«Не смущайся! — сказала она. — Эти призраки, столь страшные для другого, не имеют ничего грозного для тебя. Здесь, в этой зале, хранятся сокровища тольтеков; эти люди, которых ты видишь перед собой, последние цари этого народа и самые доблестные воины, сохранившие ему верность. Все они один за другим укрылись в этом месте, гонимые судьбой, желавшей спасти их от смерти; они все живы, но погружены в летаргический сон: они и видят, и слышат все, что происходит вокруг, но не в состоянии сделать хотя бы малейшее движение. Настанет день, когда они проснутся и оживут по воле Великого Теотля, чтобы избавить землю Анауак33 от угнетателей, пришедших из-за моря на плавучих больших домах, и поработить их».
«Скажи мне, мать моя, суждено ли мне быть свидетелем этих грядущих несчастий?» — «Нет, сын мой! Ты умрешь, счастливый и могучий, процарствовав сто двадцать лет, ко благу и славе своего народа, который будет любить и бояться тебя. Потомки твои будут наследовать тебе на престоле вплоть до двенадцатого поколения, — и только после того, как род твой прекратится, его заменит другой народ, пришедший из Астлана, страны Гурона. Во время царствования некоего императора по имени Монтесума II все народы, живущие между двумя морями, будут ограблены и порабощены под железное иго чужеземцев, которые вдруг явятся сюда, вооруженные грозой и на животных, неведомых нам, — животных божественного происхождения. Это будет им в наказание за их пороки, распущенность и безумную роскошь. Сначала невежественные народы примут этих чужестранцев как своих освободителей, смешав их с воинами тольтеков, которых ты видишь здесь, потому что, как и они, и как ты, все они будут рослые, белолицые и бородатые. Когда же эти народы увидят свою ошибку, то будет уже поздно избежать позорного и возмутительного ига: их сумеют покорить хитрые и коварные пришельцы».
«Воля всемогущего Теотля да будет над нами!» — грустно произнес великий Чичимек.
Затем они покинули эту большую залу, проложив себе путь сквозь гранитную стену, и снова очутились в бесконечных подземельях, простиравшихся надо всей горой и имевших несколько выходов, которые богиня указала своему сыну. Наконец, после бесчисленных поворотов, они вышли на обширную площадь, которую представляет из себя вершина этой горы.
Здесь, дав великому Чичимеку время подивиться необъятному горизонту, открывавшемуся отсюда во все стороны, богиня сказала:
«Слушай мои слова со вниманием и удержи их в своей памяти: завтра, с восходом солнца, созови свой народ и прикажи ему приступить к постройке Текпана (королевского дворца) на этом самом месте, на вершине этой горы».
«Слушаю, мать моя! Но каким образом доставить сюда камень, как поднять машины и установить их? Я здесь нигде не вижу дороги!» — спросил удивленный вождь.
Богиня улыбнулась.
«Смотри», — сказала она и протянула правую руку. Несколько раз взмахнув своим зеленым тростником, она произнесла какие-то непонятные, таинственные слова.
И вот широкая пологая дорога появилась на скате горы, спускаясь в самую долину; бурливая река куда-то скрылась, а гранитные скалы, утесы и обломки расступались на обе стороны, открывая широкую и гладкую дорогу, которая уходила в глубь леса и под конец совершенно терялась вдали.
И это чудо совершилось менее чем в пять минут. Удивление ошеломленного и пораженного Ксолотля не имело границ.
«Ну, что же, — спросила, улыбаясь, богиня, — теперь твой камень и твои машины можно будет доставить на вершину?» — «О да! Великий Теотль! Да будет воля его!»
Тогда богиня достала сверток бумаги из алоэ, на котором было начертано несколько линий, и, вручая этот сверток Ксолотлю, сказала:
«Вот план будущего дворца. Ты выполнишь его в точности, до последних мелочей. Он должен быть окончен по прошествии семидесяти девяти дней. Когда все уже будет готово, и мастера, а также и все рабочие удалятся, ты здесь останешься один и проведешь первую ночь в этом новом дворце. В эту ночь я вновь явлюсь тебе и сообщу волю Теотля. Ну, а теперь дай мне твою руку!»
Великий Чичимек повиновался, и богиня, взяв его в объятия, понеслась над землей и тихо опустила его поддеревом, на том же самом месте, где он уснул. Затем, склонясь над ним, она нежно поцеловала его в лоб и, прошептав: «Запомни все!» — исчезла.
