К своему облегчению, он обнаружил, что сэр Ланселот и досточтимый Альфред наслаждаются жизнью, ныряя у рифа. Значит, можно спокойно сесть за запоздалый обед, а затем и за пресс-релиз. Он как раз собирался позвонить Одри, когда ввалились его постояльцы, мокрые как мыши. Он передал им приглашение Ганнибала, чему они были несказанно рады.
– Ну наконец-то мы встретимся с Силой, стоящей позади Трона, –с удовлетворением сказал сэр Ланселот.
– Не думаю, чтобы ему польстило такое определение, – сказал Питер. – Он только вносит предложения, но принимать или отвергать их – решает король.
– Понятно, понятно, – сказал сэр Ланселот. – Ну а до чего договорились на особом совещании? Приняли там какие-нибудь решения?
– Приняли, но это все полумеры, – сказал Питер.
Он начал объяснять, как все было. Сэр Ланселот нахмурился и надул губы.
– Не уверен, что ВОПЕС это устроит, – скорбно сказал он.
– Точно, не устроит, – изрек досточтимый Альфред, вращая глазами за стеклами очков. – Равно как и мою организацию.
– А почему так, сэр? – раздраженно спросил Питер.
– Задача ВОПЕС заключается в том, чтобы бороться не просто за сохранение видов животных, но и за сохранение их естественной среды обитания, – разъяснил сэр Ланселот. – Идея особого совещания пересадить все деревья омбу и переселить всех пересмешников противоречит нашим принципам. Как председатель заявляю с уверенностью, что ВОПЕС эта схема не устроит. Надо придумать что-то иное.
– Мы разделяем это мнение, – решительно заявил досточтимый Альфред.
– Боюсь, что вам придется разъяснить все это королю, – сказал Питер. – Это его идея. Но в действительности он высказал ее лишь затем, чтобы добиться для себя и Ганнибала отсрочки. А за это время можно будет придумать что-нибудь новое, хотя что – один Бог ведает.
– Не хотите ли вы сказать, что на самом деле не имеете намерения воплощать в жизнь эту бредовую схему? – спросил сэр Ланселот.
– Боюсь, как бы не пришлось, если не найдут альтернативы, – сказал Питер. – Но это влетит в копеечку.
– По-моему, следует серьезно и без обиняков поговорить обо всем с королем с глазу на глаз, – сказал сэр Ланселот, хмурясь и надувая губы. – В такие кошки-мышки с природой не играют. Это предосудительно.
– Что верно, то верно, – проблеял досточтимый Альфред, – с матерью-природой в кошки-мышки не играют.
– Сегодня вечером поговорю обо всем с Ганнибалом, –сказал Питер. – А теперь я позвоню мисс Дэмиэн.
В радостном предвкушении Питер бросился к аппарату. При посредстве конторы Наполеона Ватерлоо он связался сначала с местной меняльной конторой, затем с Домом правительства и рыбным рынком. Наконец в трубке раздалось торжественное шипение, будто одновременно казнили на электрических стульях трех знаменитых гангстеров, и ответила контора «Голоса Зенкали».
– Привет, Симон, – сказал Питер. – На проводе Флокс. Можно Одри?
– А, привет, Питер, – ответил папаша Дэмиэн. – Только… разве она не у тебя?
– Да нет… – слабым голосом сказал Питер. – А почему вы решили, что она у меня?
– Вчера вечером она сказала, что едет к тебе, и ее до сих пор нет. Я и подумал, что она провела ночь у тебя.
Питера бросило в холод.
– Вы имеете в виду, – сказал он, – что не видели ее со вчерашнего вечера?
– Именно так, – сказал папаша Дэмиэн. – Ее и след простыл. Если она не у тебя, то где же ее черти носят?
– Я не представляю, – ответил Питер.
– Это подозрительно, – с тревогой сказал Дэмиэн. – А вдруг с ней что-нибудь случилось?
– Да не волнуйтесь вы так, – ободряюще сказал Питер. – Я позвоню кое-кому и, если что выведаю, сразу сообщу вам.
– Спасибо, – сказал Дэмиэн, – но если отыщешь эту чертову подзаборницу, не забудь передать, что я выскажу ей все, что о ней думаю.
Битый час при содействии и поддержке Наполеона Ватерлоо Питер обзванивал все места, где могла находиться девушка: Дом правительства, Ботанический сад, заведение Мамаши Кэри, одного за другим всех английских колонистов; единственным человеком, кому он не мог дозвониться, была Джу. Ее телефон упорно молчал. В конце концов Питер, у которого душа была не на месте, позвонил Ганнибалу и объяснил ситуацию.
– Ну и как ты думаешь, что могло случиться? – спросил тот.
– Не знаю, – взволнованно ответил Питер. – Но мне все это не нравится. Я не могу дозвониться Джу, но если ее и там нет, прямо не знаю, что и думать. Впрочем… А если Лужа…
Ганнибал присвистнул, и на секунду воцарилась тишина.
– Не возьму в толк – неужели он такой идиот, что решился на похищение? Здесь ему не Чикаго, в конце концов!
– Но вы забыли, как он безуспешно пытался подкупить меня, – сказал Питер, – и в каком прискорбном настроении он от меня уходил.
– Слушай, – сказал Ганнибал, – только не горячись.
Позволь мне кое-что разведать, а затем встретимся и соберем военный совет. А за это время попытайся дозвониться Джу.
– О'кей, – сказал Питер. – Но если это действительно дело рук Лужи, имейте в виду, Ганнибал, я ему сверну шею.
– Я помогу, – сказал Ганнибал.
Питер снова попытался дозвониться до Джу, но напрасно. В трубке раздавались лишь долгие редкие гудки. В раздражении он швырнул трубку и стал вышагивать по комнате. Затем налил себе стакан. У него в голове не укладывалось, что Лужа, каким бы мерзким и отчаянным он ни был, окажется настолько туп, что будет угрожать Одри. Но если он тут ни при чем, то где же она? Заплыла далеко в море и наткнулась на акулу? Или потерпела аварию на одной из удаленных горных дорог и теперь лежит, истекая кровью, среди обломков машины? При мысли об этом Питера прошиб холодный пот, и он налил себе еще стакан.
Вдруг он услышал шум приближающейся машины, скрип тормозов, прыжки по ступеням лестницы и гул голосов. Дверь распахнулась, и в комнату впорхнула раскрасневшаяся и взволнованная Джу – ее знаменитая шляпа сдвинулась на один глаз. К удивлению Питера, за нею вошли капитан Паппас и Леонардо-да-Винчи Браун.
– Вот это да! – сказала Джу без долгих предисловий,
направив на него указательный палец. – По твоему лицу видно, что ты только сейчас заметил ее отсутствие. Верно я говорю?
– Да, – сказал Питер. – Так где же она, Джу, где?
Джу села в кресло, поджав свои длинные ноги, сняла шляпу и стала обмахиваться ею, как веером.
– У Лужи, – только и сказала она.
Глава седьмая
Зенкалийцы потрясены
За окнами сгущалась тьма. Зазвенели и застрекотали сверчки, им вторили тонкими голосами гекконы: «Тик-ток! Тик-ток!» Теплый воздух был напоен ароматами цветов, а во мраке кустов, словно летучие опалы, сияли светлячки.
Но для Питера ничего этого не существовало.
– Как это следует понимать – у Лужи? – выдавил он наконец. – Что ты имеешь в виду?
– Что слышал, – сказала Джу, устремив на него совиный взгляд. – Лужа похитил ее прошлым вечером, когда она возвращалась домой.
– Ну а… где же она?! – спросил Питер, глядя на носки своих туфель. – Дома у Лужи? Неужели этот мелкий, омерзительный негодяй…
– Ну, ну, не спеши с выводами, – утешающе сказала Джу. – Она не у Лужи дома, его самого там тоже нет. Так что успокойся, не гляди так злобно, а лучше поднеси мне стаканчик.
– Прости, Джу, – сказал Питер и начал разливать напитки по стаканам, стараясь, чтобы никто не заметил, как у него трясутся руки. – Но, право же, где она и как ты обо всем этом узнала?
– Начнем с того, – сказала Джу, отхлебнув из стакана, – что она цела, можешь не волноваться. А узнала я об этом вот как: там был Леонардо-да-Винчи Браун.
– Но я думал, что это твой садовник… – начал Питер.
– Точно так, – сказала Джу. – И по совместительству один из моих лучших информаторов.
– Как… информаторов? – спросил потрясенный Питер.
– А вот так, – ответила Джу. – С того самого момента, как в воздухе стала носиться мысль о строительстве этого идиотского аэродрома, я почувствовала, что обязана держать руку на пульсе событий. Для начала я попросила самых смышленых из моих прихожан докладывать обо всем, что в этой связи делается. От Леонардо я узнала, что твой дядюшка и лорд Хаммер имели с Лужей закулисные беседы. Он слышал, как сэр Осберт и лорд Хаммер убеждали Лужу немедленно предпринять какие-то шаги, чтобы не допустить срыва сделки. Сэр Осберт так и сказал, без обиняков: «Как хочешь, а долину нужно избавить от этих чертовых деревьев и дурацких птиц. И чем скорее ты это сделаешь, тем лучше». Бедняга был здорово напуган, потому и пытался тебя подкупить. Или я не права?
– Но откуда тебе об этом известно?
– Подросток по имени Тюльпан, что служит у тебя, – тоже мой человек, – сказала Джу.
– Ну и ну! Да ты похлеще всяких коммунистов! – воскликнул Питер.
