Читаем без скачивания ЗМЕЕНЫШ - Илья Новак

- Подожди, дай человеку выпить, - не сводя с гостя взгляда, сказал Мировой.

Заточка, удовлетворенно рыгнув, вдруг произнес:

- Так я же и говорю: большие бабки. За живого или мертвого.

Круча крякнул, Кипяток с Дылдой переглянулись. Рыжий недовольно забормотал себе под нос, а Теленок, самый молодой в группе, заморгал длинными ресницами.

Мировой, положив обе ладони на стол, нагнулся вперед.

- Вся Зона знает. Ты зачем нам сообщаешь? Это заказ или так, поболтать зашел?

Порученец обвел их взглядом. Насупившийся Круча отвернулся к окну, остальные жадно смотрели на него, кроме Мирового, который легонько постукивал пальцами по залитой пивом столешнице. Нервничает командир, понял Заточка. Это хороший знак.

- Почему же заказ? - Он откинулся на спинку стула, вытащил из кармана пачку «Беломора». - Желающих получить такие бабки много, а Слону требуется стопудовый результат. Сам знаешь, Змееныша в Зоне многие любят. Если одна труппа пойдет, толку не будет.

- Это с чего вдруг? - подскочил Кипяток. - Ты типа сомневаешься в нас? Да мы лучшая бригада в этих местах!

- Много отрядов будут мешать друг другу, - сердито заметил Мировой, против обыкновения не приказывая Кипятку заткнуться.

- Главное, чтобы мутанта добыли, остальное Слона не волнует. - Заточка продул папиросу, прикурил от протянутой Кипятком зажигалки и выпустил клуб дыма. - Но если ты скажешь мне, Мировой, что берешься, так я моту поговорить со Слоном, чтоб имел в виду вашу группу особенно. Информацию вам подкинем, насчет в какую сторону Змееныш убрел, ну и еще чем поможем, если понадобится.

Круча повернулся к остальным.

- Командир, мы ж только что толковали. Нельзя за такое дело браться, людям потом стыдно будет в глаза смотреть.

Не обращая на человека-скалу внимания, Заточка навалился грудью на стол и вперил взгляд в командира.

- Так что, беретесь? Мировой поморщился.

- Мы еще не решили.

- Вы, конечно, можете думать, только времени мало. - Порученец опять затянулся, закашлялся, постучал себя по впалой груди. Цепко обежав глазами группу, повторил: - Слон платит в иностранной валюте, налом.

Брать мутанта живым или мертвым. Только если мертвым - доказательства чтоб были.

В дальнем конце зала поднялись из-за столов Кирза и Стопка, пряча глаза, вышли из бара. Старший напарник выглядел неприлично трезвым, даже нос его потерял обычный синеватый оттенок. Посетители проводили парочку внимательными взглядами. Как только двери за ними закрылись, в зале поднялся шум, и почти сразу еще двое сталкеров, никому не известных новичков, поспешно покинули бар.

- Конкуренция, - криво усмехнулся Заточка, поднимаясь и перекидывая через голову ремень автомата. - Так что ты бы поторопился с решением, Мировой. Сообщи, если надумаешь.

И тут же из-за соседнего столика поднялся пожилой сталкер, стал пробираться к выходу.

- Куда рванул, Одноглазый? - окликнули его. - Ты ж пиво не допил!

- Пойду гляну, не стащат ли эти двое алкашей мой мотоцикл, - отозвался сталкер, махнув рукой приятелям. - Ща вернусь.

- Да кто его тронет, дурень жадный? - крикнули ему в спину.

- А ты заткнись! - сердито ответил Одноглазый, берясь за ручку.

- Э, стой, ты ж пешком сегодня! - спохватились за столиком, но за пожилым сталкером уже закрылась дверь.

Зона гудела. Молва шла от Кордона до Армейских складов, отражалась эхом, слухи волнами прокатывались по территории отчуждения, круговой рябью расходились вокруг тайных схронов, сталкерских лагерей, баз группировок, баров за Периметром и внутри него. Сталкеры шумели, спорили, ругались, обсуждая новость. Поначалу о ней говорили как о чем-то непроверенном, смутном, но вскоре она подтвердилась. Нет, не вранье, убеждались даже самые отъявленные скептики, - правда, пусть и невероятная. И весть катилась по Зоне, подхватываемая все новыми голосами, теперь ее знали все. Зона гремела: Слон назначил награду. Сто тысяч за голову Змееныша.

Даже те, кто когда-то восхищался Змеенышем, потихоньку начищали оружие, а большинство собирались не таясь, стараясь успеть первыми. Сто тысяч - огромные деньги.

В лагере неподалеку от Янтаря горел уютный костерок, вокруг сидели сталкеры. Ночь была безлунная и тихая, листва еле слышно шуршала на слабом ветерке. Под деревом стояли две палатки, полог одной закрыт - там спали. На растяжках сушились носки. Возле огня из земли торчали две палки, на них надеты ботинки, от которых поднимался легкий парок. Красавчик чистил свой ТТ, Пятка в неровном свете костра штопал куртку. Оба внимательно слушали Ивана Васильевича. Сцепив длинные пальцы, тот рассказывал:

- Девушек-испытуемых, находящихся внутри сканера, попросили оценить привлекательность женских лиц по шкале от одного до восьми баллов. Как только испытуемая выставляла опенку, ей предъявляли мнение «среднестатистической европейской женщины» о том же самом лице, которое могло совпадать или отличаться от только что сделанной оценки. Оценив двести фотографий, испытуемые удалялись на перерыв. И после этого их неожиданно просили оценить привлекательность лиц повторно. Так вот: почти все испытуемые изменили свое мнение в направлении сближения с мнением большинства - этой самой «среднеевропейской» оценкой. Понимаете? Эксперимент доказывает, что человеческий мозг считает отличие от большинства ошибкой. Конформизм, то есть пассивное принятие господствующего мнения, незаметное для нас самих приспособленчество, заложены в нас природой. - Иван Васильевич благодушно поглядел на молодежь.

- Да разве можно, Иван Васильич, сложный социальный механизм приборами, сканерами измерять? - возразил Пятка.

- Как видишь, можно. Причем этот мозговой механизм является автоматическим.

- Так это только бабы такие покладистые, - встрял Красавчик. - А мы, мужики, запросто можем поперек общественного мнения!

Иван Васильевич улыбнулся задору молодого сталкера.

- Вынужден вас огорчить, это относится ко всем без исключения. Другое дело, что если вы воспитываете в себе нонконформизм, протест, независимое мнение, то тренируете свои нейронные связи на новые реакции…

Неподалеку раздался треск ветвей, сталкеры схватились за оружие - у всех оно лежало под рукой, Красавчик так и вообще не снял с плеча «узи». Только Пятка замер с иголкой в руке и прислушивался, не притрагиваясь к лежащему на коленях «калашу».

Красавчик привстал, всматриваясь.

- Кто там? - Иван Васильевич повернул винтовку в сторону шума.

Из леса снова донесся треск ветвей, затем ругань - и на поляну из кустов вывалились двое, огляделись и пошли к костру.

Красавчик, опустив оружие, поднялся навстречу гостям, а Иван Васильевич держат парочку под прицелом, ожидая, когда они войдут в освещенную зону.

- Ах это вы, - произнес он наконец, убирая оружие. - Какими судьбами?

- А, привет! - Пятка вернулся к прерванному занятию. Красавчик, церемонно пожав вновь прибывшим руки, представился.

- Можно погреться? - жадно глядя на стоящий возле костра котелок с густым супом, спросил Кирза. Красавчик широким жестом пригласил напарников к огню.

- Конечно, угощайтесь.

Иван Васильевич вытащил из кармана очки, протер платком и, не надевая их, изучил сквозь линзы гостей. Стопка протянул дрожащие руки к огню.

- Слыхали новость? - хрипло спросил он. - Вы ж давно в ходке… Короче, Слон объявил охоту на Змееныша. Сто тыщ обещал! - Глаза его алчно поблескивали в свете костра.

Красавчик щедро плеснул супа в две миски, протянул гостям. Кирза, схватив свою, начал жадно хлебать, Стопка же сразу отставил миску, вытащил из-за пазухи фляжку и открутил пробку. Иван Васильевич поморщился, ощутив запах дешевого коньяка.

- Погодь, как это? - Пятка оторвался от штопки. - Кто спятил, ты или Слон? Что значит - охоту объявил? Кто ему такое право дал? Змееныш, он же… да он - талисман Зоны!

Красавчик, задумчиво пропустив прядь волос между пальцами, сел на пенек неподалеку.

- Змееныш - это ведь странный пацан, который от мутантов спасает? - уточнил он. - Что-то я слыхал такое…

- Ты совсем от жизни отстал! - повернулся к нему взволнованный Пятка. - Слыхал он! Да я сам его видел, он у бармена пять крутых артефактов на две коробки патронов и упаковку консервов выменял. Прикинь, да?

- Продешевил, - усмехнулся Красавчик. - А шум-то из-за чего?

- Сто тыщ на дороге не валяются, - прохрипел Стопка, нахлебавшись из фляги. - А парень - мутанто-во семя, таких в колыбели давить надо…

Иван Васильевич кашлянул, убрал очки, убрал платок, поднял винтовку и выразительным жестом положил на колени.

- Так вы, граждане сталкеры, как я понимаю, на охоту собрались? - каким-то слишком спокойным, гладким голосом осведомился он, в упор глядя на Кирзу.

- Ну ясно, док… - начал Стопка.

Кирза понял быстрее. Пихнув напарника в бок, он быстро вытер губы рукавом и сказал: