Но для Уютова, стоявшего прямо перед бегущим на него Ряскиным, все выглядело так, будто привидение мчится конкретно к нему, причем, целенаправленно растопырив конечности, на которых мотыляется саван.
— А-а-а-а-а! — Пришла очередь Володи блеснуть силой голосовых связок.
Он развернулся и кинулся к забору. С разбегу врезался в Мишина, а затем принялся толкать его вперёд. И возможно, вытолкнул бы. Очень уж активно Уютов это делал. Но как раз в этот момент в него сзади вхерачился Ряскин. Антон, плохо понимая, что именно находится перед ним, вцепился обеими руками в преграду. То есть в дружка Лапина.
В общем в итоге, Володя, решив, что его сейчас утянет в Ад Белая Дама, тоже вцепился, но в Толстяка. Вернее в ту часть, которая была для этого доступна. Ряскин тянул Уютова, Уютов тянул Мишина.
Богомол, с той стороны забора понял, пришел его час. Нужного звука никто не подавал, конечно, но явно что-то пошло не так. А значит, почему бы не выполнить данное товарищами задание. Он просто взял и швырнул руку скелета. Рука красиво перелетев через ограду, приземлилась ровно на Уютова. Это была последняя капля. Наверное, Володя подумал, что помимо Белой дамы начали подтягиваться другие мертвецы. Вон, уже сыпятся их запчасти с неба.
Уютов взвыл еще громче а потом собрался задорого продать свою жизнь. И… Вцепился в Мишина не только руками, но и зубами. Чтоб наверняка ни одна потусторонняя тварь не смогла утащить его в свой загробный мир.
Собственно говоря, это был самый решающий момент. Вася такой подставы точно не ожидал. Но он еще и не видел, что творится сзади. Только слышал грохот, крики и завывания. Поэтому, когда на своей родной заданице он почувствовал совершенно чужие, посторонние зубы, рванул вперед. Мишин в панике подумал, будто мы призвали настоящую Белую даму, которая собралась отомстить за свою поруганную честь и незаконное использование ее образа.
Не знаю, каким чудом, но Толстяк вылетел из дыры, а потом покатился вперед. Уютов, удивительным образом ухитрившийся не потерять все зубы в процессе Васиного рывка, вывалился следом. За ним, естественно, — Ряскин. И только два человека смотрели на все это молча. Со стороны лагеря — Богомол, со своей неизменной дебильной улыбкой. Со стороны леса — Федька. Тот выглядел совсем бледным. Даже, наверное, зелёным. Но за время, пока творилась вся эта вакханалия, он с места не двинулся. Просто его сковал страх. Или Федька натурально охренел от того, как с ровного места их ночная прогулка превратилась в форменный дурдом. Такое тоже вполне возможно.
По идее, все закончилось хорошо. Проход оказался свободен. Ряскин, пока летел следом за Уютовым, смог даже вывернуться из простыни. Он теперь сидел на мокрой земле, бестолково вертел башкой и смотрел по сторонам.
Но Вася… Вася остановиться уже не мог. Он вскочил на ноги и с воем побежал в сторону корпуса. Если до этого нам фантастически везло и все крики улетали в лес, то теперь стало очевидно, везение закончилось. Сейчас Толстяк доберется до отряда и нам придет мандец. Причем, всем.
Я выскочил из-за дерева, наклонился над Серегой, которой смотрел в ночное небо просветленным взглядом, а потом со всей силы пнул его ногой в ребра.
— Вставай, придурок. Валить надо.
Серега медленно поднялся на ноги. При этом серегино лицо пугало выражением бестолкового счастья. Прямо, как Богомол, только еще дебильнее.
— Ты! — Федька буквально задохнулся от возмущения, увидев меня. — Это все ты, придурок! Это — ты!
— Не́когда! Быстрее лезь в дыру. Ее еще надо закрыть. — Я толкал вперёд Серегу, потому что он категорически не хотел ускоритья. Было вполне очевидно, нам реально нужно оказаться на территории лагеря, задвинуть доски обратно и бежать к корпусу. Пока Мишин не натворил делов.
Надо отдать должное, Федька словился сразу. Он схватил своего дружка за шиворот и со всей силы швырнул в дыру. Серега проскочил туда со скоростью кометы.
Следом бросились мы с Лапиным. Он — первый. Я — за ним. Оказавшись по ту сторону забора, потянули доски, закрывая проход. Федька вытащил из кармана гвоздь и с силой вбил его в нижнюю часть одной из досок. Рукой вбил.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-390', c: 4, b: 390})
Я с уважением посмотрел на его кулак. Мудак он, конечно, редкостный, но это было мощно.
— Какого хрена⁈ — Уютов держался за челюсть.
Подозреваю, Вася ее все-таки немного повредил. Володя хлопал глазами и ни черта не понимал. Тем более, саван валялся грязным, мокрым пятном рядом с Рякиным, а поблизости точно не было Дамы. Вообще никакой. Только довольный Богомол и немного пристукнутый Серега.
— Я тебя урою. — Лапин проигнорировав друга, повернулся ко мне.
— Ну, это большой вопрос. Пока что, твои дружки от вида обычной простыни чуть не обосрались. А кое-кто вообще… — Я многозначительно посмотрел на Володю. — Жопу грыз.
— Да ты… — Уютов взвился. Он вскочил на ноги и кинулся ко мне.
Я не очень люблю, когда меня пытаются бить. Поэтому подумал, да хрен там и увернулся от растопырившего руки Уютова. А затем помчался к корпусу, крикнув находу.
— Говорить буду я. Потому что вы — дебилы. Мишина догоняйте!
Ну, в общем-то, Мишина мы, конечно, не догнали… Он ухитрился развить такую скорость, что это было нереально.
А еще он ухитрился сделать так, что у Прилизанного пошла пена изо рта. Вовсе не в переносном смысле.
Вася подбежал к корпусу, а затем начал ломиться во все окна, уверяя, что вот-вот явится Белая Дама и наступит конец света. И еще она не просто хочет утащить с собой в загробный мир. Она пытается откусить части тела. Разные. Жрет, наверное, людей.
Константин, который в этот момент спокойно спал, вскочил, вылупил глаза, и кинулся на улицу. Про Белую даму он ни черта не понял, но вот факт наличия подростка не в отряде, а за его пределами, вожатого привёл в бешенство. Тем более, Васю успокаивали минут десять. За это время мы тоже успели прибежать в корпус. Единственный плюс, безумное поведение Мишина полностью соответствовало той версии, которую я рассказал. Мол, ночью, во сне, Вася встал и пошел на улицу. Что нам еще оставалось? Мы кинулись на помощь. Пионер никогда не бросит товарища в беде.
Эту фразу я произнёс с пафосом, не отрывая взгляда от красной рожи Прилизанного, который заподозрил, что над ним форменным образом издеваются, но доказать это не мог.
Наверное, на этом все бы успокоилось. Однако следом к нам явилась вожатая старшего отряда вместе с Лапиным, Серегой, который продолжал улыбаться, и злым Уютовым. Оказалось, четвертый их товарищ оставался на стреме. Но когда он увидел в окно воющего Мишина, выскочившего с той стороны, откуда должны были прийти друзья, а друзей не увидел, то с перепугу разбудил вожатую.
Уютов, заметив Мишина, сразу кинулся к нему. Не знаю, какую цель преследовал Володя, но вряд ли дружескую. Думаю, он хотел придушить Васю, чтоб никто никогда не узнал, что его зубы были в самом неподходящем для этого месте. Мишин, в свою очередь, каким-то седьмым чувством понял, кто его укусил. Наверное, лицо у Володи было слишком выразительным.
В итоге, их еле растащили. А Константин вообще перестал понимать, что же именно произошло. Но однозначно убедился, над ним издеваются. Потому как не может один пионер кусать задницу другого без весомой на то причины. И эту причину пока никто не назвал.
Всё смешалось в кучу. Лунатизм Толстяка, три его друга, отправившиеся на поиски, Лапин, Серега и Уютов, которых вообще в этой истории быть не должно. Ну, а уже после этого пацаны резко замолчали. Федька цыкнул на своих, велев им заткнуться. Мои тоже притихли. Видимо, все дружно всромнили мои слова, что говорит буду я. Вот и пришлось отдуваться.
Глава 19
Путем долгих переговоров и обсуждений, в которых мы, естественно, не принимали участия, Константин Викторович вместе с вожатой старшего отряда решили поберечь нервную систему Гоблина. Так и сказали, мол, бедный директор. У него столько проблем, столько забот, а тут еще новый стресс. Этак имеется риск скоро вообще без директора остаться. В общем, вывернули все, будто они просто заботятся о крепком здоровье руководства, а не свою задницу прикрывают. Прямо очень им жаль бедного Гоблина. Не выдержит, еще чего доброго, и свалит отсюда на пенсию.
