– Почему?
– Потому что я этого не заслуживаю, – рассмеялся Франц. – Я ужасный человек, честное слово. Если меня будет искать Ромм, не говорите ему, что я отправился к отшельнику, а не то он тотчас последует за мной.
– Неужели у нашего мастера рун тоже недостает мозгов? – проворчала Магда, протягивая ему тряпичный узелок. – Вот, возьмите. Когда проголодаетесь в дороге, вспомните меня добрым словом.
Франц попробовал отказаться, но когда речь заходила о еде, Магда проявляла невиданное упорство. Она все-таки заставила его взять ее. Отправиться налегке не получилось.
Мужчина с легким сердцем, как было всегда, когда на горизонте вырисовывалось новое путешествие, отправился на поиски отшельника. Восходящее солнце щедро окрасило снег во все оттенки розового, и Франц, очарованный увиденным, почти забыл о печальном событии, побудившем его отправиться к Ферну.
Стояла отличная погода, воздух был кристально чистым, и ничто не предвещало метели. Ненастная погода решила обойти стороной эти края. Мастер оставил Аурок за спиной. Он благополучно перешел по мосту через скованную льдом реку и уже к полудню остался один на один с горами. Дорога здесь была не такая хорошая, потому что ею почти не пользовались. Приходилось идти по снегу, утопая в нем выше колена. По прошествии нескольких часов Франц совсем выбился из сил и остановился передохнуть. Пребывание на свежем воздухе пробуждает аппетит, поэтому он заодно и пообедал.
Покончив с едой, Франц критически посмотрел вниз. Город был совсем близко. По его приблизительным расчетам он едва прошел треть положенного пути. Если он не поторопится, то ночевать ему придется на склоне. Это было плохой идеей. Ночью в горах температура опускается до минус тридцати, и у него нет ни единого шанса выжить на таком морозе.
И тут Францу пришла в голову спасительная, как ему казалось, мысль. Он критически осмотрел подошвы своих сапог. Ему позарез было нужно, чтобы они стали легче снега. Оставалось только придумать, как это выполнить. На этот счет обязательно должна была существовать особая руна.
– Что ты здесь делаешь? – раздался недовольный голос.
– Простите? – Франц обернулся и увидел неизвестно откуда взявшегося человека. Он мог поклясться, что минуту назад его здесь не было.
– Я спрашиваю, что ты забыл в этой части гор? Перевал все равно завалило снегом, и на ту сторону тебе не попасть. К тому же, – человек потянул носом воздух, – через два часа начнется буря.
Франц посмотрел на небо. На нем не было ни облачка.
– Погода часто бывает обманчива, – проворчал незнакомец. – Но ты не ответил на мой вопрос.
– А почему я должен перед вами отчитываться? Горы вам не принадлежат.
– Ошибаешься.
Мастер едва не поперхнулся, услышав подобную наглость. Человек откинул подбитый мехом капюшон и без всякого стеснения принялся изучать Франца. У незнакомца были белая доходящая до груди борода и длинные волосы, которые он перевязывал кожаным ремешком. На вид ему было около шестидесяти, но его серые глаза блестели совсем как у молодого.
– Ну что, так и будешь сидеть в снегу? Или все-таки пойдешь со мной?
– А почему вы решили, что я захочу пойти с вами? – насторожился Франц. Он поднялся и отряхнул плащ от снега.
– Странный ты какой-то… – пробормотал человек. – Задаешь глупые вопросы. Ты же сам захотел встретиться со мной. Это не трудно прочитать по твоему лицу. Я – Ферн. Живу вон в той пещере. – Он показал куда-то наверх.
– Вы отшельник?
– Что-то вроде того. Ты, наверное, представлял меня дряхлым старцем, который совсем выжил из ума, бормочет себе под нос несуразности и варит в котле всякую гадость. Да-да, не отрицай, именно так и представлял. Так что, идешь?
– Хорошо, – пожал плечами Франц. – Показывайте дорогу.
Отшельник бодро зашагал вперед. Франц едва поспевал за ним. Пещера Ферна была ближе, чем он думал, но едва ли он отыскал бы ее самостоятельно. Вход в пещеру был искусно замаскирован белым покрывалом, которое полностью сливалось со снегом.
Жил отшельник, как и полагалось, очень скромно. Никаких излишеств. В углу была лежанка, покрытая шкурами, в другом углу – деревянный стол. К стенам было прикреплено множество полок, заставленных горшками и банками. Из главного помещения был вход еще в одно, совсем маленькое. Там размещалась кладовая.
– Откуда вы знаете, что мне нужно было встретиться именно с вами?
– В это время года здесь больше нечего делать. Совершенно неинтересное место. Конечно, если только ты не собрался замерзнуть насмерть. Но ты тепло одет, и вряд ли это входило в твои планы. К тому же, – как бы вскользь сказал отшельник, – я читаю мысли. Раздевайся, у меня тепло. Плащ можешь положить туда.
Он махнул рукой в сторону плоского камня, возле которого располагался очаг. Огонь пылал, жадно пожирая сосновые поленья. Над огнем висел большой котел с кипятком, из которого доносился приятный аромат съестного.
– О, отлично! – Ферн зачерпнул ложкой из котла и, попробовав, довольно кивнул. – Обедать будешь? Или побрезгуешь? На твоем месте я бы не стал это есть. Здесь одни коренья, травы. Ни кусочка мяса. Наверное, для тебя это будет несъедобно.
– Нет, я с удовольствием пообедаю с вами, – сказал Франц. – Всегда мечтал узнать, чем питаются отшельники.
– Или колдуны, – сказал Ферн. – Ты пришел из Аурока, где тебе обо мне поведали жуткие вещи. Страшный колдун, который творит ужасные дела. – Он усмехнулся. – Хорошо, что ты не местный. Только такой как ты и мог меня заинтересовать. Мастер рун… – Его взгляд стал задумчивым.
Франц решил, что кем бы ни был на самом деле этот человек, умом его природа точно не обделила.
– Вы действительно читаете мысли?
– А что, хочешь меня проверить? – Ферн в притворном удивлении вскинул брови. Казалось, еще немного, и они взлетят к закопченному потолку. – Давай не стесняйся.
– И о чем я сейчас думаю?
– В данный момент в твоей голове крутится слишком много мыслей, – пожал плечами Ферн. – Ничего определенного. Хотя нет… Подожди-ка. – Он задумался. – Тебя беспокоит одно дело, связанное с некой молодой леди. Грязное дело… Грязная игра. – Он помахал поварешкой. – И еще тебя душит, прямо-таки уничтожает чувство вины. Я прав?
– Не очень убедительно.
– А если я скажу, что совсем недавно ты хотел покончить с собой из-за того, что умерла та, которую ты любил, ты мне поверишь? Что это было? Яд? Как-то это не по-мужски… Травить себя ядом. – Он осуждающе покачал головой. – Раньше в подобных ситуациях закалывались кинжалом или хотя бы бросались в пропасть.
Франц побледнел.
– Теперь веришь? Конечно, веришь… Не расстраивайся. Лучше поешь моего наваристого супа. – Ферн наполнил до краев миски. – Садись, гость.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
