тотема? – задал я главный интересующий вопрос, отвлекая внимание дознавателя на себя.
– И как он умер? – уточнила Сабина.
– В борьбе. На него напал послушник, мистер Гаррет Олбри. В ходе борьбы оба получили раны отравленным кинжалом и погибли раньше, чем им смогли оказать помощь.
– Послушник? – воскликнули мы с Сабиной в один голос.
– Он оговорился при нашей встрече. Сказал: «Пусть земля ему будет пеплом». Вёл себя странно, – пояснила рыжая.
– В вещах священника нашёлся свиток, – отец мельком взглянул на меня, отвечая на заданный вопрос. – Но местонахождение тотема не указано. Учитывая его свойства, он может быть где угодно, даже не в церкви.
– Свойства? – переспросил я осторожно, боясь выдать свою осведомлённость.
– Тотемы снабжены мощным заклятием трансмутации, и способны принимать любую форму, – пояснила уже Алиша.
Чем и подтвердила наши с Сабиной догадки о том, что один из тотемов находится у них с отцом.
– Послушник пытался получить тотем? – предположила Сабина.
– В его комнате обнаружено начатое письмо с признанием в организации убийства Моррея, Фиста и.... Лэнгтона, бывшего ректора вашей академии.
– Отец Иордан говорил нам, что он умер от естественной смерти.
– В этом деле ещё предстоит разобраться, – зло процедила Алиша. – Фист… Возможно, устроил подлог. Он уже провернул нечто подобное с Морреем. В любом случае нас ожидает эксгумация, для подтверждения.
– Получается, убийца найден? – Сабина приподнялась в кресле в нетерпении.
– Да, так и получается. Теперь нам предстоит получить больше улик, чтобы связать убийства и закрыть все дела. Но… – Алиша опустила голову, вперив сосредоточенный взгляд в столешницу. – Кое-что не сходится. Например, послушник никак не связан с ректором и судьёй. Он часто общался с Фистом, знал его слабости…
– Жена судьи, – щёлкнул пальцами, вспомнив подслушанный недавно разговор.
– Что? – Алиша с отцом задали вопрос одновременно и переглянулись, слегка улыбнувшись друг другу.
– В воскресенье мы видели миссис Моррей, она искала альбом мужа и уговорила миссис Портер показать вещи погибшего ректора. Судя по всему, они знакомы. И…
– Похоже, у нас подрастают будущие дознаватели, – усмехнулась Стрэндж, подмигнув отцу.
Сабина слегка покраснела, а я… сложно сказать, что чувствовал. Я мечтал о военной академии, вкалывал на арене, потому и уделял мало времени теории. Но получается, я всё же что-то усвоил.
– В любом случае. Для общественности я закрываю расследование, но, между нами, это дело не так просто, как кажется. Чтобы не вызвать подозрений, мы снимаем запрет. Вы можете покидать академию…
– Но не будете, – закончил за неё отец, сурово сведя брови на переносице. – Пока мы не разберёмся до конца.
– А тотемы? – тусклым голосом переспросила Сабина, расстроенная продлением запрета.
– Потеряны, судя по всему, – невесело усмехнулась Стрэндж старшая, поднимаясь из-за стола. – И слава богу. Эта не та тайна, которую стоит разгадывать. Свитки уничтожены. Надеюсь, тотемы навсегда затеряются в чужих вещах…
– Я отвезу вас в академию, – предложил отец.
Сунув руку в карман, я сжал брелок с изображением совы. Алиша права. Потерять – самый лучший вариант.
Глава тридцать восьмая
/Сабина/
В карете заговорить я не решилась. Хотелось ли мне разгадать тайну тотемов и найти Врата Катары?.. Очень. Но мама права, это не та тайна…
Мы с Бастером успели на поздний ужин в академии, хотя вряд ли из нас кто-то по-настоящему был голоден. Скорее, пошли по привычке.
На входе в столовую столкнулись с выходящими Лориэном и Ариэллой. Эльфийская парочка держалась холодно и будто отчуждённо. Но, заметив меня, Лориэн натянул на лицо улыбку, что-то бросил эльфийке и подошёл ко мне.
– Как ваше дело? Всё прошло успешно?
Бастер закатил глаза, но я его пихнула в бок и шепнула:
– Иди лучше на раздачу…
– Ещё чего, – хмыкнул он упрямо.
Шагнула к Лориэну, виновато улыбаясь.
– Насчёт нашего свидания в субботу… – я замялась, заметив, как напряглась Ариэлла, как изумлённо распахнулись её и без того большие глаза.
–Ты не можешь? – спросил Лориэн, а в голосе послышалась досада.
– Нет! Не совсем так, – поморщилась и потёрла переносицу. – Дело в том, что мне запрещено покидать академию до конца этой недели, а может, ещё и следующую.
– А-а… – понимающе протянул Лориэн. – Но это не беда, я организую небольшой пикник в академическом саду. Ты согласна?
– Конечно, – радостно воскликнула и буквально кожей почувствовала, как Бастер сверлит пристальным взглядом эльфа.
– А завтра… наше занятие в силе? – осторожно спросил Лориэн, стараясь не смотреть на младшего Вольфрама.
– Завтра у нас тренировка, но не до позднего вечера. Как насчёт того, чтобы прийти ко мне в семь?
– Отлично, – улыбнулся он. – Тогда до завтра.
– До завтра, – помахала рукой и повернулась, чуть не врезавшись в Бастера.
– Ты позовёшь к себе этого хитроухого? – нахмурился он. – И будешь с ним наедине в своей комнате?
– Господи, Бастер… ты вообще ходишь в мою комнату как к себе домой и ничего, – закатила глаза и направилась к раздаче.
– Я – это другое, – не унимался он. – Ты не знаешь, какие у эльфа намерения, вы могли бы пойти в библиотеку…
– Мы будем просто заниматься, – отрезала и улыбнулась неприветливой поварихе.
Наложила себе в тарелку только салат, а Бастер выбрал рис с курицей. Мы устроились за дальним столом, и только тогда я осмелилась спросить.
– Слушай… ты не отдал родителям… ну… брелок…
– Потому что нет уверенности, что настоящий преступник мёртв, – перебил Бастер, верно поняв мой вопрос. – Может, это был послушник, а может, письмо вообще поддельное и его убийство подстроено. Пусть лучше части тотема хранятся по отдельности, и никто их никогда не соединит. Преступник может знать, где находятся Врата Катары и тогда, заполучив тотем, он может активировать их, призвать Богиню. Что он пожелает? Ты знаешь?
Поежилась и машинально положила в рот кусочек помидора.
– Даже думать об этом не хочу.
Бастер усмехнулся, протянул руку и заправил мне прядь волос за ухо.
– Ты задолжала мне занятие, Рыжик. Не хочешь уединиться в моей комнате? С меня какао, сам сварю.
– Ну если сам… – иронично протянула и приступила к поглощению салата…
***
Признаться, в комнате Бастера, я и сама чувствовала себя как дома. Привычно вошла, бросила сумку на кровать и потянулась, морщась от тянущей боли в шее.
– У тебя затекли мышцы? – раздался вкрадчивый голос за спиной, и на мои плечи опустились горячие ладони.
– Не обязательно палить меня стихией, – пробормотала, невольно закрывая глаза. – Ум-м… – сорвался стон с моих губ.
… Бастер массировал умело, явно задался целью не только меня расслабить, но и усыпить.
– Садись на кровать, а я схожу пока, приготовлю какао, – голос Бастера звучал мягко,
