— Вам повезло, угроза миновала, — строго сообщает врач, заканчивая с обследованием. — Приземлились вы все же удачно.
— Да, но я руку ушибла… — задрав кофточку выше, я увидела, как там почти на все предплечье уже проявился приличный синяк.
— Мы об этом позаботимся, не переживайте. Рекомендую вам остаться на день-два в больнице под наблюдением.
— А что с ребенком?
— Все хорошо, подвижный.
— Я так сильно испугалась… Я не чувствовала шевелений.
— Потому что он испугался вместе с вами. Но ваш малыш очень сильный, выдержал угрозу.
Мы с Рустамом одновременно выдыхаем. Затем доктор уходит, оставляя нас наедине.
— Дурочка… как же сильно ты меня напугала, Мия! — Рустам растирает мои заледеневшие руки своими горячими ладонями, глаз с меня не сводит.
— Так все-таки с проблемой разобрались? — задаю главный вопрос, пытаясь понять, что вообще произошло в саду.
— Пока нет.
— Не переживай. Может все-таки это совпадение? Конюх забыл закрыть загон.
— Я ему все кишки выпотрошу!
— Не надо, Рустам, не кипятись. Все ведь обошлось… Я в порядке, — пытаюсь успокоить мужчину, сжимая его руку, не дай бог его демон вырвется на свободу. Земля тогда точно превратится в сплошной ад.
Сразу вспоминаю случай со Славой. Не хочу таких повторений… Поэтому, я обвиваю шею Рустама руками, притягиваю его к себе и очень нежно, очень чувственно целую его в губы.
Сама…
Страшно.
Но хочется до ужаса!
Ожидаю гневной реакции за самовольность, но… к удивлению, Рустам лишь углубляет поцелуй, смелее, настойчивей раздвигает мои губы языком и проскальзывает внутрь податливого, влажного ротика, исследуя его на сладость.
А потом чувственно шепчет в мой рот сквозь опущенные ресницы:
— Ты знаешь, как меня успокоить, девочка… Ты победила. Сегодня мой внутренний демон останется сидеть под замком.
Глава 27.
Спустя несколько месяцев.
Беременность протекает хорошо, без осложнений. Я почти забыла о том странном инциденте с табуном. Конюха все же наказали. Увольнением. Только этим, слава богу. Я убедила Рустама, что, если я не пострадала, значит не нужно наказывать парнишку.
Скорей всего парень забыл закрыть загон, когда приносил сено. Лошадей что-то напугало. Возможно, это была змея, ведь на камерах ничего подозрительного не заметили. Впрочем, мы обо всем забыли, ведь все закончилось благополучно.
Чувствую я себя замечательно, вот только мой пузожитель немножечко шалит в животе. Ему становится слишком тесно! Малыш растет не по дням, а по часам. И значительно прибавил в весе, живот стал таким огромным, будто я проглотила баскетбольный мяч.
Просто не верится, что третий триместр подходит к концу и мне следует морально готовится к родам. Я очень волнуюсь по этому поводу, но сильнее волнуюсь по поводу того, какое решение примет Рустам в дальнейшем?
Заберет ли он ребенка у меня? Отдаст ли он меня Давиду… И что станет с Элей? Ведь ей не легчает. Я очень сильно переживаю за сестру, грудь жжёт странное, нехорошее предчувствие.
Жаль, что Рустам не дал разрешения нам отправится на отдых. Зато он отправил Элю в санаторий, с прислугой. Вообще Рустам прав! Ведь за мной следит Давид. Возможно, он только и ждет момента, чтобы подобраться ко мне и поквитаться за смерть своего отца, поэтому мне стоит остаться в доме Айдарова.
Я понимаю и вижу своими глазами, что Рустам отдаляется от своей законной жены. Они очень редко общаются, да и Эля постоянно пропадает в больницах. Врачи лечат её по факту, каждый раз ставя разные диагнозы, но моей сестре лучше не становится. Точнее, вроде и становится, на какие-то непродолжительные недели, затем симптомы возвращаются.
Тошнота, слабость, бледность кожи. Длительные, болезненные менструации. Не знаю, что делать! Собираюсь серьезно поговорить с ней и с Айдаровым.
Я только недавно проснулась. Я стала такой соней, что сплю, порой до, десяти часов, а то и до одиннадцати. Но сегодня кроха поднял меня слишком рано — малыш стал слишком активно ворочаться в животе и стучать по животу ручкой, а может ножкой. Меня это встревожило. Но когда я встала, немного походила, выпила воды, малыш притих.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})
— Ух, напугал же ты меня… — вздохнув, погладила свой большой, упругий животик. Я уже так сильно к нему привыкла, вжилась в роль беременяшки, что будет очень сложно расстаться с этими удивительными впечатлениями.
Меня вдруг накрыло грустью. Я взвесила всё, всё хорошо обдумала и поняла, что мне нужно, просто необходимо поговорить с Элей. Порой сестра была со мной слишком груба, но ведь это из-за болезни… у неё повысилась нервозность и развилась депрессия, ведь врачи намекали ей на то, что она может навсегда остаться бесплодной.
Об этом Эля, расплакавшись, сообщила мне несколько дней назад. Она с завистью смотрит на мой живот, поэтому чувствует себя ещё более несчастной. Догадывается, что Рустам от неё избавиться. Их брак рушится. Вчера она пришла ко мне в комнату и просто… она просто меня обняла. Молча. И ушла. Как будто что-то важное хотела сказать, но так и не смогла. Убежала, закрылась в комнате. Из-за этого я полночи не спала, а утром малыш начал буянить.
— Эля! Эля!
Выхожу из своей комнаты и ищу её по всему дому, но не могу нигде найти. В её комнате пусто, на кухне тоже тишина, в гостиной пустота. Опять тревожный колокольчик заныл в груди. Не нравится мне это чувство. Нехорошее, неприятное. Хочется немедленно от него избавиться. Пытаюсь подумать о чём-то хорошем, но оно никуда не уходит.
Потом начинаю искать Рустама — тоже самое. И его нигде не видно. Спускаюсь во двор, замечаю, что гараж пуст. Ни одной машины. Значит уехал уже с утра пораньше, как обычно… Такое ощущение, что особняк Айдарова вымер. Правда на пути изредка попадаются охранники и рабочий персонал.
Из-за угла дома выходит Марат. Увидев охранника-здоровяка, ускоряю шаг, чтобы разузнать, куда все подевались.
— Марат, а где Рустам? Где все?
Он, останавливается, вытянувшись по струнке, вежливо здоровается:
— Доброе утро. Так разъехались. Рустам уехал на важную встречу, а Эльвира, кажется, к врачу.
— Поняла, — киваю.
Значит буду ждать их в доме. Позавтракаю, потом займу себя чем-нибудь полезным для поднятия настроения — живописью, или чтением книг.
Проходит час, два, три. Всё валится из рук, ничем не хочется заниматься. Уже обед, но странное предчувствие до сих пор не даёт мне покоя.
Не знаю, чем себя занять. Вдоль и поперек уже перечитала всю библиотеку, в итоге, устала от книг. Я просто взяла пульт и включила телевизор. Прилегла на диван, приобняв животик. Погладила его, в ответ почувствовала толчок и улыбнулась.
Так приятно! Я уже привыкла к этим ощущениям, но скоро нам придется расстаться. А как сложится моя жизнь дальше я не знаю. Пока не хочу думать о плохом, ведь, по идее, я должна отдать ребенка Айдарову и… дальше не знаю. Наверно исчезнуть? Ну не может же Рустам быть настолько бесчувственным мерзавцем! Он что-нибудь придумает. Он ведь теплеет ко мне. Меняется. Он должен передумать! Он не должен отдавать меня Давиду.
Всё так сложно в наших отношениях. Рустам не выгоняет Элю и заботится о ней лишь из-за жалости и потому что я попросила его этого не делать. И если он захочет с ней развестись, чтобы не делал это именно сейчас… когда её душевное состояние очень подорвано. Чувствую, развод она тем более не выдержит. Моя сестра так сильно любит Рустама, что готова на что угодно.
Зеваю. Меня разморило и клонит в сон. Прикрыв глаза, я засыпаю, как вдруг меня будит звук заставки новостей. Открываю глаза, спросонья пока не понимаю, что происходит, но… вижу ужасающую картинку на экране. Буквально подскакиваю на месте, прикрыв рот ладонями и прислушиваюсь к словам диктора, которые воспринимаются мною ломаными отрывками:
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})
“Сегодня в полдень автомобиль, принадлежащий миллиардеру Рустаму Айдарову, попал в аварию… В машине обнаружено тело. Водитель скончался на месте…”
