…Дождь стих поздно вечером, когда пускаться в путь уже не было смысла. Поэтому, поужинав без всякой души, мы разбрелись по комнатам и занялись приготовлениями ко сну. Вернее, ко сну готовилась только я, свернувшись калачиком на своей половине кровати, а Ольгерд упорно оттачивал комплекс, который придумал еще в Академии Ронтара.
Последовательность движений и ударов, которую из всей нашей компании могли нормально повторить только Дед, Эрик и я. Угги и Нейлону не хватало пластики. Арти – силы. А пройти весь, да еще и в джуше, умудрялся только мой брат. Правда, периодически скидывал темп, чтобы не косячить. После восьмого по счету прохода, когда у меня зарябило в глазах, он наконец успокоился и принялся за растяжку. Поняв, что можно отрубаться, я показала брату язык и закрыла глаза…
…Уйти в джуше во сне мне раньше не удавалось: провалившаяся подо мной кровать оказала мне очень серьезную услугу. «Медленно» падая куда-то в темноту, я вдруг почувствовала, как руки брата с силой отбрасывают меня от себя и здорово шваркнулась спиной о стенку. Но на пол приземлилась все-таки на четвереньки, умудрившись не удариться ни лицом, ни грудью, ни коленями. И тут же метнулась в сторону, под ноги дернувшемуся ко мне мужчине.
Моток веревки в его руках намекал на мое будущее, и я слегка вышла из себя – с переката врезала ему кулаком в пах, а потом добавила пальцами в горло согнувшемуся от дикой боли похитителю. Дикий крик за его спиной заставил меня кинуть взгляд в сторону места, где должен был находиться Ольгерд. Картина, которую я увидела, заставила меня содрогнуться: прямо под местом, где спал Ольгерд, остриями вверх были закреплены два коротких копья с похожими на лезвия ножей отточенными наконечниками! Если бы не тот самый толчок брата, сообразившего оттолкнуться от меня, у него не было бы шансов…
Поэтому его реакцию на такое пробуждение я поняла и простила: первый же мужик, до которого он дотянулся, уже трепыхался, насаженный на ближайшее к Ольгерду копье, а два других, не успевая реагировать на движения моего озверевшего брата, испуганно пятились в сторону узкой двери, видимо, ведущей на задний двор таверны. Дать уйти этим уродам в планы Ольгерда не входило: проскользнув между впустую полосующими воздух топорами, он проломил гортань одному, а затем и второму мужичку…
Хозяина постоялого двора, забившегося в угол где-то сзади меня, лично я заметить не смогла. Зато Ольгерд мимо не прошел: подойдя к трясущемуся, как осиновый лист, бородачу, он весело ухмыльнулся и поинтересовался:
– Интересно, а каково тебе будет почувствовать эти колышки на собственной заднице? Видишь, один из них до пятницы совершенно свободен…
– Не надо! Меня заставили! – дурным голосом взвыл мужичок, но это ему не помогло: через пару мгновений он уже изображал из себя экспонат гербария… Или как там правильно называется коллекция бабочек?
– Что случилось? – голос Шакра, еле перекричавшего вопли обоих жертв корриновских понятий о справедливости, заставил нас вспомнить и о нашем проводнике.
– Да ничего… Эти уроды решили, что у моей сестры – слишком хорошая фигура для того, чтобы принадлежать Вовке… – хохотнул Ольгерд. – Пришлось их в этом разубедить…
– Да, пожалуй, с него причитается… – улыбнулась я, и, подойдя вплотную к брату, поставила ногу на его сцепленные ладони. – Готова!
Чуть не врезавшись теменем в потолок второго этажа, я приземлилась на пол нашей комнаты и с интересом принялась разглядывать петли, на которых держались дверцы люка.
– Смотри, какая интересная система! – представив себе ее работу, я ткнула пальцем вниз. – Там, в матрасе, должны быть ребра жесткости, а то при открывании обеих створок мы должны были сбиться в одну кучу. А так каждый падает на строго определенное место и не создает проблем с идентификацией…
– Угу… И гнезд для кольев тут штук двадцать… можно корректировать их положение… А если поставить все, то у спящих нет вообще никаких шансов… – проорал Ольгерд. Потом, решив, что вой «Бородача и K°» его утомил, свернул им шеи…
– М-да… Все, выспались… – оглянувшись по сторонам и решив, что на сегодня отдыха уже достаточно, я подошла к изголовью кровати, оставшемуся неподвижным, и взяла свои мечи со специально сделанных «заботливым» хозяином подставок. – До рассвета еще часа четыре… Что будем делать?
– Позавтракаем, затаримся едой и в путь…
Глава 28
Оливия
Вокруг площадки за околицей деревни, предназначенной для Поединка Чести, собрались все жители клана от мала до велика. Принесли даже парочку отживших свое стариков, чтобы те могли полюбоваться на первое в истории их народа зрелище – участие в Поединке женщины-чуже– земки.
Толпа местных домохозяек с грудными младенцами на руках создавала такой шум, что один из вождей клана даже был вынужден повысить голос, пригрозив лишить самых болтливых права присутствовать на мероприятии. Предупреждение помогло, но ненадолго – минут через пять замолкшие было женщины снова затараторили, обсуждая мой наряд, оружие, фигуру и шансы на победу…
– Лиен Удар Копытом обещал взять ее прямо здесь… – доносилось до меня буквально каждую минуту. – Значит, эта девочка останется жива… Воин с двумя мечами – ничего… Смотрите, какая широкая шея у самозванца…
– Итак, вы трое подтверждаете свою просьбу, чужеземцы? – подняв руку и дождавшись, пока стихнет гомон, густым басом спросил невысокий, но довольно жилистый и крепкий Вепрь с какой-то деревянной хреновиной в руке. Видимо, символом власти.
– Да… – не стал разводить болтологию Щепкин.
– Хорошо… Да будет так! – вождь кивнул головой в сторону строя своих воинов, замерших неподалеку, и на площадку, покачиваясь, словно перепившийся медведь, выбрался первый поедин– щик.
– Эрик! Ваше слово, товарищ маузер! – ехидно усмехнувшись, буркнул Вовка. – Не забудь: до первой крови…
– Угу… – подмигнув мне, мой благоверный вышел на середину круга и замер напротив такого же рослого, как и он сам, воина Вепрей.
Вождь, толкнув небольшую речь, смысл которой сводился к тому, что птицу, претендующую на место в Клане, должно быть видно по полету, взмахнул своей деревяшкой и бой начался. Вернее, начал двигаться Вепрь, а Эрик, «лениво» обнажив один меч, продолжал стоять неподвижно.
Поняв, что чужеземец ждет его атаки, горец приподнял на уровень груди маленький круглый щит, диаметром чуть больше его головы, взмахнул топориком на длинной ручке и рванулся в атаку…
Естественно, Эрик был в джуше. Шаг под правую руку атакующего, касание мечом его щеки и уход за его спину увидели только я и Вовка. Для остальных мой муж просто пропал и возник за спиной промахнувшегося воина приблизительно в той же позе, в какой и находился до атаки. А потом демонстративно убрал меч в ножны…
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
