Четвертый день начался, как обычно, с завтрака в номере.
— Что-то аппетит сегодня разгулялся, — порадовал я хмурого Пакова. — Видимо, сказывается благотворная атмосфера вашей прекрасной планеты. Придется взять добавку.
И взял. Съел еще один завтрак. Когда выпадет случай поесть, я не знал и решил заправиться впрок.
Все шло как обычно. В назначенный час мы вышли из отеля, сели в поджидавшую нас машину. Она двинулась по заложенному в бортовой компьютер маршруту — на военный полигон, где я демонстрировал эффективность взрывателей «Фразолетто-Мучо». Уже было разворочено немало мишеней, а сегодня предстояло взорвать очередную партию. Это было страшно увлекательно.
Мы промчались по автостраде, затем свернули на боковую улицу. Движение здесь было слабое — как обычно, — пешеходов не было совсем. Мелькали перекрестки, а внутри у меня все сильнее затягивался знакомый тугой узел. Ну, все или ничего — пора, Скользкий Джим.
— Апчхи! — довольно натурально чихнул я и полез в карман за носовым платком.
Паков насторожился. Он всегда был начеку.
— Пыль проклятая, черт ее подери! — пожаловался я. — Взгляните, это, случайно, не генерал Трогбар?
Натаскан Паков был отменно. Взгляд его оторвался лишь на секунду. Но мне большего и не требовалось. В платок был завернут увесистый столбик монет. Единственное оружие, которым мне удалось обзавестись под неусыпным надзором властей. Я изготовил его ночью, под простыней. Как только Паков отвел глаза, сверток врезался ему в висок. Он с тихим стоном обмяк.
Стон еще звучал, а я уже давил на кнопку аварийной остановки. Сработали тормоза, мотор затих, и машина остановилась. В двенадцати шагах от намеченной точки. Точно в яблочко. Выскочив из машины, я рванул что было сил.
Потому что, как только я обезвредил Пакова и нажал аварийную кнопку, на пульте слежения вспыхнул сигнал тревоги — салон машины был напичкан микрообъективами. Команда преследователей стартовала одновременно со мной. В запасе у меня были считаные секунды, самое большее — минута.
Хватит ли времени?
Пригнув голову, я на полной скорости нырнул в служебный проезд. Он тянулся позади зданий и выходил на соседнюю улицу. Роботы загружали в контейнеры мусор, не обращая на меня никакого внимания. Это были простые машины типа М, запрограммированные на самую примитивную работу.
Другое дело погонщик. Это был человек с электрохлыстом для управления роботами. Хлыст щелкнул и обвился вокруг меня, в бок кольнул электрический разряд.
Глава 5
Довольно неприятно, мягко говоря, но я укол едва ощутил. Напряжение было небольшое, как раз такое, чтобы управлять роботами, а не разрушать блоки памяти. Я ухватился за хлыст и резко дернул.
В полном соответствии с планом. Каждый день, проезжая мимо, я видел погонщика и его стадо на одном и том же месте. Что-что, а порядок на Клианде в чести. Погонщик, детина с толстой шеей и зверской физиономией, просто обязан был кинуться на бежавшего чужака — и он не обманул моих надежд.
Когда я рванул хлыст на себя, погонщик потерял равновесие и сделал шаг вперед, разинув рот. Пришлось треснуть ему по отвисшей челюсти. Рот захлопнулся.
Верзила зарычал, тряхнул головой и, вытянув руки, бросился на меня.
А вот так мы не договаривались, это не по плану. Он должен был тут же рухнуть и дать мне возможность осуществить задуманное до подхода главных сил. Откуда мне было знать, что у него не только интеллект как у булыжника, но и прочность черепа соответствующая? Меня прошиб пот, и я едва успел увернуться. Его руки схватили воздух. Уходило время, которого и так не было. Надо обезвредить этого медведя, и как можно быстрее.
И я его обезвредил. Не очень изящно, зато надежно. Сделал боковую подсечку и вспрыгнул ему на спину, чтобы ускорить падение. Потом схватил за голову и трахнул о мостовую. Целых три раза — опасаясь, правда, что дорожное покрытие треснет раньше, чем эта башка, — только после этого он хрюкнул и затих.
Вдали завыла сирена. Я вспотел еще разок. Роботы продолжали грузить мусор, не обращая внимания на людские проблемы.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-390', c: 4, b: 390})
На погонщике была форма очень символичного грязно-зеленого цвета. Комбинезон застегивался одной-единственной застежкой-молнией. Я расстегнул ее и раздел неподвижное грузное тело. А сирены выли все ближе и ближе. А тут пришлось еще стаскивать ботинки, чтобы снять штаны. Операция довольно утомительная, а главное — очень не ко времени.
Эхо сирены отразилось от стен проезда, взвизгнули тормоза.
В страшной спешке я натянул комбинезон поверх осиного костюма и наглухо застегнул молнию. Послышался топот бегущих ног. Схватив хлыст, я полоснул ближайшего робота.
— Погрузи тело в контейнер! — приказал я и отступил назад, следя, как он грузит бывшего хозяина.
Как только его ноги исчезли в баке, появился первый солдат в красном мундире.
— Чужак! — завопил я, указывая хлыстом вдоль проезда. — Он туда побежал. Очень быстро. Я не смог его догнать.
Солдаты побежали тоже очень быстро. И это хорошо, потому что ботинки погонщика валялись у всех на виду. Я швырнул их в контейнер вслед за хозяином. Потом принялся охаживать хлыстом шестерых роботов.
— Переходим на следующий участок! — приказал я в надежде на то, что они запрограммированы на дежурный обход.
Так оно и было. Грузовой робот двинулся вперед, остальные гуськом потянулись за ним. Я, с хлыстом в руке, замыкал колонну. Наша маленькая процессия вышла на улицу, забитую солдатами и полицейскими. Вокруг сновали машины, водители орали на нас. Колонна роботов пробивалась через эту толчею на другую сторону улицы, мне ничего не оставалось, как поспешить за ними с застывшей улыбкой. Давать новые команды было боязно: чего доброго, эта механическая команда устроит сидячую забастовку прямо на проезжей части. Мы миновали машину, из которой вытаскивали ослабевшего Пакова. Пришлось отвернуться от него. На легкий холодок в спине я старался внимания не обращать. Если он узнает меня…
Казалось, прошло два дня, прежде чем первый робот скрылся в переулке и я оказался в относительно безопасном месте. Несмотря на прохладную погоду, пот лил с меня градом. Роботы приступили к работе, а я привалился к стене, чтобы хоть немного перевести дух. На злополучной улице машин становилось все больше. Да, кругом действительно были всерьез озабочены моей судьбой. Над головой прогрохотало звено самолетов.
Что дальше? Хороший вопрос. Очень скоро, как только след чужака будет утерян, кто-нибудь обязательно вспомнит о единственном свидетеле его побега. И они непременно захотят потолковать с погонщиком роботов. Пока этого не произошло, мне следует где-нибудь спрятаться — но где? В средствах я был сильно ограничен: команда роботов-мусорщиков, электрохлыст и два мундира — один под другим, — каждый из которых делает меня весьма заметной персоной. Электрохлыст годился лишь на то, чтобы погонять роботов, не та сила тока, чтоб использовать его в качестве оружия. Что же делать?
Внезапно рядом послышался скрежет, я отпрыгнул в сторону. Ржавая дверь скользнула вверх, и на улицу выглянул толстый человек в белом колпаке.
— Слободан, я приготовил для тебя бочку! — крикнул он и удивленно воззрился на меня. — Да ты не Слободан…
— Точно. Я не Слободан. Его здесь нет. Он в больнице. Грыжу удаляет.
Неужели это счастливый случай? Говорил я быстро, а думал еще быстрее. На соседней улице суеты было хоть отбавляй, однако сюда, в служебный проезд, пока никто не заглядывал. Я стегнул ближайшего робота хлыстом.
— Следуй за этим человеком, — приказал я и махнул рукой в нужном направлении.
Белый колпак скрылся, робот последовал за ним, а мне оставалось пойти следом.
Прямо на кухню. Очевидно, это ресторан — кухня была огромна. Кроме нас, тут никого не было.
— Когда вы открываетесь? — поинтересовался я. — Аппетит от работы разыгрался.
— Только вечером. Эй! Скажи этому роботу, чтобы отстал от меня. Пусть лучше заберет помои.
