Читаем без скачивания Двое в лодке - Ostin Mars

Кто в этом прекрасном доме может интересоваться таким видео?! Я открыла расположение файла, посмотрела имя компьютера — хозяин дома. И там ещё полсотни таких файлов.

Быстро закрыла папку, опёрлась о стол локтями и схватилась за голову, вот уж точно, меньше знаешь — крепче спишь. Никогда бы не подумала... Хотя — что я о нём знаю? Богатый, хмурый, вечно занятый и почти не бывает дома. Любит дорогой алкоголь и дорогие машины, постоянно изменяет жене, пару раз крупно проигрывался в карты, уже лет пять не играет. Ну и что? Что из этого противоречит найденным файлам? Да ничего.

Я опять потянулась включить хоть какой-нибудь фильм, перед глазами всё ещё стояла та девушка из видео. Это точно не постановочное порно, синяки и слёзы на ней были до одурения настоящие. Чёрт, это ведь абсолютно противозаконно! В любой нормальной стране.

И что это меняет? Я что, пойду заявлять на него в полицию? Не смешите мои пятки... Никому я не расскажу, разве что маме, да и то — скорее всего, она либо уже знает, либо не удивится, давно что-то подобное подозревая. Она разбирается в людях, на раз.

Я включила какую-то давно виденную глупую комедию, переставила аудиодорожку на английский и попыталась расслабиться.

***

Около одиннадцати позвонил следователь, пригласил меня разделить с ним обеденный перерыв в кафе напротив конторы. Я с радостью согласилась — фильмы надоели, у тёти Айсу полно своих дел, разговаривать со слугами здесь не принято, так что всё, что мне оставалось, это сходить с ума от безделья и противоречивых мыслей.

Отложив телефон, я бросилась проверять свой единственный костюм на непредвиденные подвохи, потом приняла душ и подправила маникюр, тщательно накрасилась, мысленно ругая себя за такое усердие — ну о чём я думаю?! Мы будем разговаривать по делу, я его интересую исключительно как источник информации... но ведь это не повод выглядеть пугалом, да?

Добралась до конторы я раньше условленного времени, так что пришлось подождать, постоянно накручивая себя и всё больше нервничая. Когда он пришёл, я приканчивала третий кофе и подумывала о побеге без всяких объяснений.

- Привет. Долго ждала?

- Добрый день. Не очень, я приехала раньше, чем нужно.

- Уже сделала заказ? - он жестом что-то показал официанту, тот резво метнулся на кухню и через секунду поставил перед ним дымящую тарелку с огромным бифштексом с гарниром и художественно оформленный салат.

Я покачала головой:

- Ещё нет, вас ждала.

- Тогда заказывай, я угощаю — у меня здесь бесконечный кредит, - он подмигнул, сноровисто расправляясь с мясом, я указала официанту на красивый десерт и попросила ещё один кофе. Он исчез, следователь проводил его взглядом и подался ко мне, заговорщически шепнул, - у меня есть имя. Зови меня Энвер, только без «дяди», ладно? А то когда тебе весь день каждый встречный бубнит «господин следователь», это страшно бесит.

Я закатила глаза и фыркнула:

- Мне бы ваши проблемы! Меня дядя Бекир зовёт «Йэвгеша».

Мужчина расхохотался, чуть не подавившись мясом, выпучил глаза:

- Каким извращённым способом можно так сократить твоё имя?

- Сложно объяснить, - я махнула рукой, - но по правилам так сокращать можно.

- Звучит отвратительно, - качнул головой Энвер, я дёрнула уголком губ:

- Да у него вообще странные вкусы...

Мы на миг замерли и встретились глазами, потом одновременно прыснули от смеха. Я манерно прикинулась смущенной, он с широкой улыбкой погрозил мне пальцем:

- Держи свои наблюдения при себе.

- Держу.

Он тут же подмигнул:

- Но мне, если что, можно и рассказать.

- Расскажу! - с готовностью закивала я. Он хохотнул и вернулся к своему бифштексу, мне как раз принесли десерт, в разговоре повисла пауза. Когда же он начнёт говорить про наших бандитов?

Я мысленно выдохнула и решилась:

- Как продвигается дело?

- Туго. Похитители ваши все молчат как рыбы, просто молчат. Что самое противное — имеют на это полное право и ничего им за это не будет. Я могу их убеждать, просить, сулить поблажки на суде, но не более. А если они не заговорят — я никуда выше не продвинусь. Даже место, куда вас везли, не смогу найти.

- Надавите на Рами через Яну, - я пожала плечами и задумчиво погрызла ложку. - Пусть раскается и послужит на благо родине.

- Рами, это который с простреленной ногой?

- Ага. А Яна — это та, которая дежурит у его постели, - следователь бросил на меня взгляд из-под бровей, я качнула ладонью, - у них там кое-что произошло на корабле... можете сказать, что Яна спасла ему жизнь, несмотря на то, что он хотел её продать в рабство. Это правда, кстати.

Мужчина недоверчиво приподнял брови, дожевал мясо:

- И что угрожало его жизни?

- Я, - я дерзко задрала нос и как ни в чём не бывало сунула в рот ложку десерта, прожевала и с независимым видом добавила, - я хотела подождать, пока их корабль затонет и всех перестрелять. Пленники у нас уже были, и более значительные, чем эти, так что следствие ничего бы не потеряло.

Он качнул головой со смесью неодобрения и восхищения:

- Не страшно говорить такое служителю закона?

- Не-а, - я поковырялась в вазочке, отложила ложку и серьёзно посмотрела в его глаза, - даже если бы я их правда перебила, было бы не страшно.

- Почему?

Он тоже отложил вилку с ножом, положил подбородок на кулак, ожидая моего ответа, как хода в занимательной шахматной партии. Я не стала его разочаровывать, с хитрым видом провела ладонью перед лицом сверху вниз, как будто надевая маску и пролепетала с самым глупым и наивным видом:

- Потому что мы слабые перепуганные девушки и никогда не решились бы сопротивляться страшным бандитам. Нас спасли отважные полицейские, в бронежилетах и с автоматами, а они на стороне закона и справедливости, они что угодно могут сделать. И если они кого-то убили, значит так надо и так правильно, им виднее, как нас спасать.

В течение всего монолога Энвер поджимал губы, стараясь не рассмеяться, но под конец не выдержал и всё-таки хохотнул, покачал головой:

- Да, тебе палец в рот не клади. И как эта Яна умудрилась тебя остановить?

Я поморщилась:

- Взяла в союзники моего парня. Они нашли на яхте лодку и взяли с меня обещание, что я её не прострелю. Пацифисты.

Следователь ухмыльнулся и вернулся к еде, как бы мимоходом обронив:

- Да... А что бы ты сделала с заказчиком этого похищения, если бы он оказался с вами на корабле?

- Прострелила бы ногу и бросила за борт, - я с обворожительной улыбкой облизала с ложки десерт, - рыбкам тоже нужно кушать.

- Опасная ты женщина, - он довольно отодвинул пустую тарелку, взялся за салат. - Знаешь, я полностью разделяю твоё незаконное желание, но только для того, чтобы его исполнить, мне нужны железные, неоспоримые доказательства. Добраться до серьёзных людей непросто, но доказать их вину ещё сложнее. Мне нужно поставить центральную фигуру этого рабского бизнеса в такую ситуацию, чтобы он никак не мог вывернуться. А такие большие люди обычно не предоставляют возможности обложить их со всех сторон.

- Значит, нужно самим создать такую возможность, - я пожала плечами, выскребая опустевшую вазочку, мужчина бросил на меня короткий одобрительный взгляд, помолчал, занимаясь салатом, потом тихо и очень серьёзно произнёс:

- Это опасно.

- Оно того стоит.

Он отложил вилку и в упор посмотрел на меня:

- Это действительно очень опасно.

Я вспылила:

- Опасно оставлять таких людей на свободе! Каждая минута промедления может стоить кому-то свободы или жизни, а эти скоты будут жить припеваючи и кататься на белых яхтах, - голос упал до ядовитого шёпота, я подалась вперёд и твёрдо заявила, - как бы это не было опасно, я всё для этого сделаю. Мне восемнадцать лет, я сама полностью отвечаю за свои действия, и если будет худо — смогу винить в этом только себя. Я заранее согласна на всё, что вы придумаете, лишь бы это дало мне возможность увидеть головы главных работорговцев отдельно от тел!

Он смотрел на меня не отрываясь, изучал выражение лица, заглядывал в глубину глаз. Наконец медленно кивнул и проговорил:

- Я тебя понял. Мы ещё поговорим на эту тему.

Я с трудом отвела взгляд от его непроницаемых чёрных глаз, отхлебнула кофе. Плечи прочертила запоздалая дрожь от только что сказанного — слишком пафосно получилось, надо было как-то посдержаннее... но уже поздно что-то уточнять, будь что будет.

Я немного поколебалась, но потом решительно достала ручку и стала писать на салфетке всё, что я точно знаю про дядю Витю, включая названия его предприятий и имена любовниц.

- Я хочу кое-что добавить, - я многозначительно приподняла брови, - не для протокола, а лично для вас, так сказать, по дружбе, - мужчина заинтересованно отложил вилку и взял исписанную салфетку. Я продолжила, - это наш "друг семьи", мои родители общаются с ним по делам и иногда по праздникам. В последний раз я видела его на базе отдыха «Чайка» на черноморском побережье, где он играл в карты с другими серьёзными дядями. На этой базе, кроме серьёзных дядь, ещё было полно мальчиков с автоматами, а в двух шагах находилась небольшая пристань, с которой отошёл наш первый лайнер, - Энвер сложил салфетку и сунул в карман, внимательно посмотрел на меня. Я смутилась, пожала плечами, - возможно, это не имеет никакого отношения к нашему делу, но на всякий случай... я бы проверила его друзей и деловых партнёров по эту сторону моря, места где он отдыхает и недвижимость, которой владеет на вашей территории он и его друзья.