казалось, в ушах до сих пор мерно шумел морской прибой.
— Как интересно влияет на людей звук видошара при вызове от эльфа, правда?
— Вызове от эльфа? — Олины волосы встали дыбом. Её вынесло из кровати не хуже, чем от воплей видошара при звонке Лл-аара.
Весь вчерашний день она собиралась сообщить наставнику о своём намерении прогулять занятия, но всё откладывала, раздумывая, какую из причин он мог бы посчитать уважительной. А в итоге события начали развиваться так стремительно, что до разговора с эльфом так и не дошло.
«Сколько же времени меня вчера впустую прождал главный маг королевства и по совместительству тысячелетний эльф. Да я, похоже, и сегодня проспала. Прекрасно», — обречённо думала Ольга, перебирая варианты кары, которая обрушится на её бедную голову.
Осторожно, как к ядовитому кактусу, она подошла к видошару и с видом мученицы возложила на него руку, чтобы ответить на вызов.
— Я должен извиниться, Ольга, — участливо начал появившийся в шаре эльф, вводя подопечную в ступор. — Я совершенно упустил из виду хрупкость человеческой природы, беспощадно загружая вас занятиями. Разумеется, у вас от перегрузок… — учитель замялся, явно подбирая мягкий аналог выражению «поехала крыша», — произошёл срыв. И как любая женщина вы сначала ударились в посещение одёжных магазинов, а потом, чисто по-человечески, решили снять стресс в месте, где гремит музыка и потребляют всякий дурман.
Оля покрылась лёгким румянцем.
— Я не осуждаю вас за это, дитя! — поспешил успокоил её эльф. — Этот срыв — исключительно и полностью моя вина. Как педагог и воспитатель новоявленного этихейца… этихейки я был обязан позаботиться о соблюдении режима труда и отдыха, оптимального для вашего организма. Но я твёрдо намерен исправить свою ошибку. На сегодня вы освобождены от занятий, прошу вас посвятить этот день исключительно томной неге и безделью. Увидимся завтра.
Видошар погас, вызывая в Оле непреодолимое желание броситься в пляс. Облегчённо выдохнув, она с восторженным криком «Йе-ху» проскакала по гостиной до лестницы в чудном, только что лично изобретённом танце. В первый раз здесь, в этом мире, в Олином распоряжении был целый свободный день, когда нет никакого расписания, обязанностей и никто не будет указывать ей, что делать.
Облачившись в найденное в гардеробе свободное нежно-сиреневое платье из серии «в пир, и в мир», Оля перехватила на бегу скромный бутерброд, расцеловала приятно удивлённого Тихона и выскочила на улицу, где как раз очень удачно проезжало конное такси.
— Салон одежды не для всех «Волшебное зеркало», пожалуйста, за счёт дворца. Почётная гостья короля Ольга Ястребова, — представилась она кучеру, стараясь выглядеть уверенно и от души надеясь, что точного адреса называть не потребуется. Она и своего-то, кстати, не знала. «Как, интересно знать, мы с таксистом поймём друг друга, когда я решу вернуться домой, — с опозданием задумалась Ольга, немного злясь на своё легкомыслие. — Вот же бестолочь, надо было выяснить адрес у Тихона. Что ж, в одном я себе не изменяю — сначала делаю, потом думаю».
Вопреки опасениям, кучер кивнул и без задержек доставил Олю к знакомому глазастому зданию. Холл в «Волшебном зеркале» после вчерашнего разгрома уже блистал изначальной белизной и чистотой. На скамейках вдоль стен томилось несколько скучающих клиентов.
— Могу я увидеть госпожу Крайсаву? — спросила Оля появившуюся в холле одну из помощниц. — Ольга Ястребова. Я была у вас вчера.
С сомнением посмотрев на гостью, девушка исчезла в полумраке коридора.
Ждать пришлось довольно долго. Оля успела пересидеть на всех свободных скамейках, поближе рассмотреть оригинальные мозаичные витражи в окнах, а также обойти холл прогулочным шагом примерно десять раз. Терпение было уже на исходе, когда появилась хозяйка салона:
— Ольга Ястребова? Это вы спрашивали меня?
— Да, это я, добрый день, у меня к вам один крайне важный и очень неожиданный вопрос.
— По поводу вашего платья?
— Как ни странно, по поводу вчерашнего происшествия.
Сдвинув густые чёрные брови, после некоторого колебания Крайсава предложила:
— Пойдёмте в мою мастерскую.
По пути она пояснила:
— Жуткий ажиотаж перед балом, клиенты просто напирают и все как один почётные гости, каждый требует особого подхода. А некоторые ещё и без записи вклиниваются. Вон Ланвеста Сиятельная прислала сообщение, что уже направляется к нам. Как ей отказать. Сестра первого советника. Вчера же ничего не успели, — Крайсава картинно прижала пальцы к вискам, — как этот шум начался, я с ней в зале пряталась, боялась нос наружу показать. А потом вообще не до примерок стало.
«Это что получается, у Ланвесты алиби? Если она из холла в сопровождении Крайсавиной помощницы ушла, потом с самой Крайсавой в зале всё время находилась», — размышляла Оля, а вслух сказала:
— Я, наверное, попозже приду, раз такая ситуация напряжённая, не буду усугублять дефицит вашего времени.
— Да? — откровенно обрадовалась Крайсава. — Ну после бала приходите в любое время.
На самом деле всё, что хотела, Оля узнала, — когда планирует посещение салона Ланвеста. Ей не давала покоя мысль о Ланином кучере. Поразмыслив, где можно было бы с ним пообщаться, Оля решила, что самым надёжным будет выбрать время, когда Сиятельная будет подбирать наряд в «Волшебном зеркале». Было очевидно, что вчерашняя примерка успехом не увенчалась, но и без нового платья на бал Лана не явится, а значит, снова посетит салон в самое ближайшее время.
Никакого плана насчёт того, что именно и как она хочет узнать у кучера, Оля, разумеется, не имела. Как и в случае с демоном, приходилось полагаться на удачу и импровизацию.
Карета с павлиньим хвостом не заставила себя ждать. Очень скоро Ольга из-за угла наблюдала, как зеленокожий кучер соскочил с облучка, чтобы помочь Ланвесте выйти из кареты, сопроводил её до салона, галантно распахнув перед ней двери. Когда Сиятельная скрылась за дверями салона, юноша заметно расслабился, потянулся, даже расстегнул сюртук. Подставляя на ходу лицо тёплым солнечным лучам, он неспешной походкой вернулся к лошадям, рассеянно потрепав их по шерстяным мордам. Серые лошадки радостно зажмурились и зазолотились. Оля невольно улыбнулась: «Зря я его подозреваю. Видно, хороший человек… орк. Вон как лошади его любят».
Но тут, нарушая идиллическую картинку, на противоположной стороне каретной площадки задвигались и затрещали кусты. Приглядевшись, Оля с ужасом поняла, что из кустов торчит орочья морда, по-видимому, из тех, кто вчера разбежался из салона Крайсавы. Орк стоял, явно сильно пригнувшись, потому что его голова находилась буквально в метре от земли.
При виде одного из нападавших в памяти живо возник весь кошмар вчерашней битвы, и от накрывшего её страха Оля непроизвольно вжалась в свою стену, пытаясь слиться с ней в единое целое.
Существо, однако,
