этой должности? — хмыкнул полноватый жандарм с чашкой кофе в руке.
— Пока легко, — кивнул молодой парень в форме на размер больше него.
Оба сидели в машине на обочине трассы. Между ними стояла коробка с пончиками, а в руках у каждого было по горячему кофе.
— Да, так и будет, — кивнул старший напарник. — Работенка не пыльная, а платят так же, как и в отделе. По большому счету, мы должны докладывать, если увидим Кузнецова, но сам понимаешь… — он хмыкнул. — Какой тут может быть Кузнецов?
— Ну все же, его видели? Говорят, некоторым потом понадобилась помощь. Даже психиатры…
— Никто не сходил еще с ума, — улыбнулся мужчина и сделал глоток.
Молодой парень кивнул и, неаккуратно задев стакан, опрокинул на себя, испачкав салон.
— Да ты блин издеваешься? — рявкнул старший. — Быстро вытери! В багажнике есть тряпки! Давай!
— Простите… — промямлил молодой и выскочил из салона.
Мужчина посмотрел в стекло заднего вида, потом на свое пузо.
Эх, были времена, когда вместо одного шарика было несколько кубиков… Ну ничего… Вот переведут, и он пойдет в качалку…
Старший уже допил кофе, как вернулся его напарник со слегка озадаченным видом.
— Ты чего?
— Я что-то видел… — пробормотал молодой. — Но, мне кажется, я спятил.
— Что ты видел?
— Ну… Огромный рой пчел, которые несли несколько пакетов с книгами…
Пару секунд старший напарник смотрел на товарища, размышляя, шутка это или нет.
— Так… — он выкинул недопитый кофе в окно. — Кажется, и тебя надо записать к штатному психиатру.
* * *
Болванчик не сильно торопился, судя по тому, что я наблюдал. В поместье Бердышевых он успел поиграть с местными собаками в догонялки и зачем-то сделал несколько огромных снеговиков. Ну да ладно, видимо, еще детство в одном месте.
Пришлось его поторопить. Как раз к этому времени к нам присоединился и Петр Петрович с Толстым. Только к полудню он появился у дверей администрации, где я благополучно его и встретил.
Мы сдвинули столы в кабинете у губернатора и разложили все книги, которые принес Болванчик.
— Н-да… — взяв двумя пальцами одну из ветхих книжонок, Валера аккуратно стер пыль. — Думаешь, тут вообще что-то можно прочитать?
— А почему и нет? — хмыкнул Толстой.
Каждый взял себе по книге. Они были покрыты небольшими печатями.
— О, — прищурился Петр, — так тут старые наработки…
— Да, — ухмыльнулся Толстой. — Раньше эти защитные печати казались неприступными, когда их только разрабатывали. Но время идет… Прогресс в магии тоже.
Он положил огромную руку на книгу. Ладонь начала излучать тусклый свет, а защитные рисунки сами собой начали расползаться. То же самое они проделали и с остальными книгами.
В первую очередь нас интересовали три экземпляра. На корешках у каждой было написано «тьма», «порядок», «война». Я не особо верю в совпадения, так что вряд ли внутри будут просто мемуары о чьих-то похождениях.
— Дайте мне минуту, — и пододвинул к себе все три книги.
Пролистав первую, вторую и третью, вернул их в общее пользование.
— Удивительно, как ты все запоминаешь… — с небольшой ноткой зависти вздохнул Толстой. — Эх, молодежь.
Но я уже не особо вдавался в их беседы и погрузился с Лорой в анализ.
Мы выделили общие моменты, и все сводилось к тому, что был год, когда на землю повально залетали различные божества. Те, о ком было написано в книгах, задержались чуточку дольше и практически всех их изгнали. Но остались частицы. Все же маленькую надежду на то, что Нечто провалится, никто не отменял, так что Божества не до конца закрыли дверь в этот мир.
И вот что удивительно. Частица порядка обосновалась в роду Есениных, как не удивительно. Но тут и так все было ясно. Саша был ярким представителем этого божества.
А вот тьма… Это уже было интересно.
Как таковую ее невозможно было изгнать, потому что это сама сущность мироздания. Сильное божество, которое может даже сильнее хаоса. Но это не точно. Все же оно живет в тенях. Но меня заинтересовала одна фамилия.
— Петр Петрович, Лев Николаевич, а кто такой Александр Прокшин? Эта фамилия часто мелькает в этой книге, — и ткнул пальцем в «тьму».
Они странно переглянулись.
— Саша? — удивился Петр. — А что про него сказано?
— Что он стал носителем тьмы. Кто это?
— Он был одним из членов отряда Кузнецова, — ответил Романов. — Хороший был мужик. Погиб выстрелом из пушки. Его казнил мой отец.
— Прадед Кутузова, — произнес Толстой.
— Так вот что у него за предрасположенность такая, и чего он слетел с катушек в Валахии… — воскликнула Лора. — Теперь сходится. Кажется, представители божеств не терпят стычек друг с другом.
Я посмотрел на остальные книги. В основном тут просто архивные ведомости, вырезки из старых газет, документы и парочка писем непонятно кому. Но были и еще три книги — «вода», «сновидения» и «забвение».
Их я тоже пролистал и проанализировал. Там не было никакой связи с Петром Первым, так что дальнейшее изучение я оставил на потом. А вот про «войну» меня очень заинтересовал тот факт, что если у предыдущих были носители, то в этой книге не говорилось ни о каком носителе. Хотя четко было сказано следующее:
«Я встретил этого человека и битва с ним была одной из самых сложных. То безумие, с каким он сражался, было не похоже на человеческое. Мне удалось его победить, но предполагаю только потому, что большую часть он сумел передать своему потомку… Если это так, то придется вырезать еще один род.»
Вот это новость. То, что это писал Владимир, было очевидно, но что он вырезал целые рода, чтобы уничтожить одного носителя божества, это казалось немного аморально. Но за неимением других вариантов, возможно то было единственным решением.
Все три божества встречались с Петром Первым в одном и том же городе. В Петербурге. Именно оттуда вел след.
— Так, мне надо отъехать.
— Что ты нашел? — тут же спросил Петр.
— Надо спросить у того паренька в голубой футболке. У нас есть три зацепки. Есть начальная точка. Петр встречался с ними в Петербурге. Теперь надо узнать, как с этим работать.
До нового города я доехал быстро. Там самостоятельно нашел в тот переулок и нашел жилище
