Читаем без скачивания Укрыться в облаках - Татьяна Гармаш-Роффе

– Ты... – он даже привстал, – ты что, решила...

– Я ничего не решила. Просто спрашиваю, – она снова отвернулась к черному, холодному стеклу.

– Спрашиваешь, не заложил ли я тебя, так, что ли?!

Андрей поднялся и вышел в коридор. Он был оскорблен, уничтожен. Грудь сдавило, не хватало воздуха, а уж слов и подавно. Нужно было срочно выйти на воздух, отдышаться, прогуляться.

– Я не хотела тебя обидеть, – донеслось до него с кухни. – Издержки моей профессии, наверное... – усмехнулась она.

По голосу Андрей понимал, что Рита все еще говорит, не оборачиваясь, глядя в окно. Он надел сапоги.

– В пору моего увлечения хакерством мы очень придирчиво проверяли каждого, кто пытался внедриться в наш круг... – продолжала она, – разве только через детектор лжи не пропускали, за отсутствием такового!

Рита рассмеялась, немного искусственно, неловко, смущенно.

Андрей захлопнул за собой дверь квартиры.

Услышав хлопок, девушка обернулась. Он прозвучал, как пощечина...

Бежать за ним, просить вернуться?

Может, и надо бы... Но это выше ее сил. Она так не умеет.

Что она наделала, мамочки, что она наделала...

Все, поздно. Ничего не исправить. Она Андрея оскорбила. Унизила человека, который... с которым...

Все так было хорошо! Так отлично, так здорово! Она в последние дни, несмотря на все неприятные события, даже дышать стала иначе: почувствовала себя на свободе, на просторе! Давно с ней этого не случалось: замкнутый мирок ее тесной комнаты да синеватый экран компьютера – вот чем жила она до сих пор. А тут волшебный город – просторный, быстрый, веселый, нарядный! И такой парень, Андрей, который не просто принял ее, чужую незнакомую девицу, но и ничем не потеснил, дал ей свободу, при этом свое участие, понимание...

А она... Она хакерские свои заморочки вдруг вспомнила! Проверить решила старыми методами надежность товарища... Уййй дура какая! Тем более что...

Тем более что слышала она – подслушивала, да, ну и что такого? – как Андрей об отце рассказывал, и как чувствовал себя предателем на допросах в милиции...

А Рита взяла и на те же раны кислотой прыснула!

Она опустилась на пол под окном, у батареи, уткнула голову в колени, которые обхватила руками, и с досадой почувствовала, как коленям стало мокро от слез.

...Мелкие снежинки, редкие, лениво-неспешные, пританцовывали в воздухе, обволакивая фонари легкой кисеей.

Андрей поднял воротник. Шапку он не надел впопыхах, но оказалось, что на улице не особенно холодно. Точно, к утру обещали оттепель, и ее дыхание уже ощущалось, тротуары начали раскисать...

Он чувствовал себя прескверно. Он вспоминал, как мучили его вопросами после задержания отца, как подлавливали на каждом неосторожно произнесенном слове...

«Вы ведь сами не зарабатываете, не так ли? Откуда же у вас эти часы?»

Сначала Андрей простодушно ответил, что папин подарок. Но быстро понял, он этим отца подставил.

Да, пусть папа сам подставил его. И маму... Но он, Андрей, не хотел быть предателем!

«...Зарплата декана не настолько велика, чтобы дарить сыну такие дорогие часы, вы не задумывались над этим?»

Не задумывался. Он никогда не задумывался над доходами отца. Ему казалось нормальным, что декан престижного института зарабатывает хорошо! К тому же Андрей уже жил отдельно, был погружен в свою работу над диссертацией – тогда ее только начал, – в отношения со своей девушкой, а позже переживал болезнь и смерть мамы...

«А машина, которую вы водите? Вы знаете, сколько она стоит? Это тоже подарок отца, а?»

Андрей не знал, сколько стоит его машина. Но признал, что подарок отца...

А что еще мог он сказать?!

Ничего.

Но мог промолчать! Мог потребовать адвоката! А он растерялся...

И вышло так, словно он заложил папу.

Он чувствовал себя тогда премерзко...

И теперь ему казалось, что история повторилась.

Он перебрал в уме весь диалог с Алексеем Кисановым – неужели он что-то и в этот раз сболтнул лишнее?! Предал Риту?!

Но нет... Нет! Он ни одного лишнего слова не произнес! Он теперь битый – он от всех вопросов отвертелся! Почему же она его заподозрила?

Или он предал Риту, подбив ее рассказать Алексею Кисанову правду? Ту правду, которую она не собиралась обнародовать!

А он взял да подтолкнул ее к откровениям...

Но она могла и устоять, возразить... Не маленькая ведь. Он высказал свое мнение, а Рита повела себя так, как сочла нужным!

В чем же она его упрекнула?!

В этот момент и представить не мог, что Рита плакала возле батареи, упрекая саму себя за свои неосторожные, глупые, обидные слова...

Им овладела столь яростная паника, что он уже ничего не соображал. Крупными, быстрыми шагами он мерил улицы, безо всякой цели, подставляя разгоряченное лицо легкому, почти ласковому ветру.

Нет! Не в чем ей Андрея упрекать! Она не имела права!

Надо возвращаться к себе в Черёмушки. Детектив сказал, что уже можно. Подруга Игоря готова, в случае чего, исполнить роль девушки, чьи вещи уперли бандиты. Она уже обсудила список с Ритой и сумеет их описать, ежели вопросы к ней возникнут...

Он бы прямо сейчас уехал, сию секунду! Да только ключи от его квартиры, возвращенные детективом, остались на столе кухни. А он не хотел туда идти, видеть Риту, разговаривать с ней...

Она слишком больно ему сделала. Запрещенным приемом.

Она не хотела, – так она сказала ему вдогонку, и так оно и было, наверное. У нее выработались какие-то привычки, связанные с суперзасекреченным хакерским миром... Понять ее можно. Она не хотела. Она нечаянно.

Но если тебе ногу нечаянно перешибли, – ты можешь это понять и не сердиться... да только нога все равно болит!

...Как досадно, что он не может прямо сейчас отправиться к себе!

А что, если к Саньке?.. Переночевать у него эту ночь, остыть...

Нет, Саша ведь должен был после больницы умотать в Питер. И опять не позвонил, чертенок!

А вдруг не уехал? С него станется... Детектив, может, знает...

Но звонить Алексею Кисанову сейчас не хотелось. Тот пристанет, почему да отчего Андрей интересуется... И не отклеится, пока душу не вытрясет!

Пожалуй, надо наведаться к мальчишке, решил Андрей. Хоть появится у его бессмысленной прогулки какая-то цель: проверить, уехал ли пацан в Питер, как обещал! А если вдруг не уехал, то и заночевать у него.

Он набрал номер Сашиного мобильного – без результата. Домашний телефон тоже не ответил.

Ну, это мы уже проходили. Это ничего не значит!

И Андрей развернулся в сторону метро.

Он уже подходил к дому Саши на Лесной улице, когда затренькал его сотовый. На экране высветилось: А. Кисанов.

– Саша обещал мне позвонить из больницы, но до сих пор не прорезался. Я навел справки: он из больницы ушел два часа спустя после доставки! Его телефоны не отвечают... Он вам не звонил?

– Нет.

– Ладно, не страшно. Я наведаюсь к нему домой, на всякий случай. А вы, Андрей, обязательно сообщите мне, если Саша объявится!

– Я уже.

– Что?!

– Стою у подъезда Сашки.

В ответ из трубки донеслось неразборчивое бормотание, похожее то ли на стон, то ли на ругательства.

– Почему, ну почему вы туда поехали? – произнес наконец детектив. – Вы забыли, что за Сашиной квартирой могут вести наблюдение бандиты? Или у вас опять интуиция?!

– Нет. Просто решил проветриться...

Детектив снова издал странный звук, похожий на стон и ругательства одновременно.

– Значит, так, – с едва сдерживаемой яростью проговорил он. – Вы сейчас отойдете от подъезда, отыщете укромное местечко во дворе и будете ждать нас. Мы с Игорем немедленно выезжаем!

В трубке запиликали звонки отбоя.

В этот самый момент дверь подъезда отворилась, и Андрей машинально шагнул с холода в теплый коридор.

«Бандиты, даже самые тупые, должны все-таки обладать простейшей логикой! – думал он, направляясь к лифту. – Допустим, в квартире засада: но ждут они Сашу! Кого же еще? Ну, на крайний случай, Риту. Надеются, что девушка вернется... Что Сашка соврал и не такая уж она случайная гостья... А если явится Андрей, то бандитам никакого интересу: Саша им ведь не сказал, что девушка к Андрею поехала. Так, приятель просто зашел, волновался, вот и все. Ничего знать не знает насчет Сашкиных дел!»

Дверь на этаже оказалась не заперта, повезло. Андрей вдавил палец в кнопку звонка и слушал некоторое время трель, разносившуюся в квартире.

Никто ему не открыл, и никакого движения он не уловил чутким слухом.

Значит, Сашка уехал. И не позвонил... Ладно, бог ему в помощь, засранцу.

Где-то тявкала собачка, где-то орал телевизор, где-то играла музыка. Обычная вечерняя жизнь вернувшихся с работы людей. У Сашки, правда, «работа» только в это время и начиналась...

Андрей направился обратно к лифту. Тот все еще стоял на этаже и сразу распахнул гостеприимно двери. Андрей ступил в него...