— Нет, если сама решаю, выходить ли мне под него, — ответила она.
Он усмехнулся.
— Я приму к сведению.
— Не так уж я и глупа все же, а? — усмехнулась она в ответ.
Господи, неужели она поддразнивает его? Пожалуй, так она чувствовала себя лучше, чем когда кричала на него, но куда делся весь ее гнев? Она не простила его, ничуть. Возможно, все дело в атмосфере? Она заставляла Кэти чувствовать себя так, словно она оказалась в сказке… или в одной из своих фантазий… в которых Бойд Андерсон так часто появлялся.
— Я думал, вы собираетесь навестить родственников сегодня утром. Не ожидал, что вы все еще здесь.
— Как вы узнали о том, что я собираюсь к родственникам?
— Я спросил Рослин. Предпочитаю быть в курсе того, что меня интересует.
Она вновь покраснела, и вдруг почувствовала, как все ее тело наполнилось теплом. Ей вспомнилось, почему сначала она сказала ему, что была замужем. Он вызывал в ней неведомые ей доселе ощущения.
Бойд не скрывал своих чувств, или скорее, желаний, когда думал, что она была преступницей. И он не скрывал их теперь, когда знал правду, включая и то, что на самом деле она не была замужем. Сможет ли она устоять перед его чарами на сей раз?
— Проглотили язык, Кэти?
Она отогнала от себя эти мысли.
— Я не собираюсь ехать в гости во время дождя. Это может подождать до завтра.
Он ухмыльнулся и напомнил ей:
— Вы только что признались, что не возражаете против дождя. Смею ли я надеяться, что вы не пожелали покинуть Хаверстон, не повидавшись со мной?
Кэти закатила глаза.
— Ни в малейшей степени. Просто я никогда не видела семью моей матери, поэтому хотела, чтобы первая встреча прошла идеально.
— А, понимаю. Вы предупредили их, что визит откладывается?
— Они даже не знают, что я в Англии.
Он выгнул бровь.
— Вы не собираетесь сообщать им, что находитесь поблизости до тех пор, пока не появитесь у них на пороге?
— Чтобы они могли собраться и уехать?
Было очевидно, что она не шутит, и это заставило Бойда нахмуриться.
— Почему вы так говорите?
Она никогда не упоминала ему о Миллардсах. Они определенно не вписывались ни в один из тех разговоров, что они вели на борту его корабля.
Кэти не хотела объяснять сложившуюся ситуацию и теперь, однако сказала:
— Миллардсы — семья моей матери, но они отреклись от нее, когда та вышла замуж за моего отца и переехала в Америку. Возможно, они не захотят видеть меня. К тому же, я раньше не приезжала сюда.
Он потянулся к ее руке. Это было бы обычным жестом с его стороны — если бы они были друзьями, и между ними не стоял бы его грубый промах. Он положил руку обратно на свое колено, но она знала, что он едва не сделал, и те теплые, восхитительные ощущения вновь захлестнули ее… Какого дьявола?
— Вы принимаете во внимание, что их может даже не быть дома? — спросил он.
— Мы остановились в Хаверстауне по дороге сюда и навели справки в нескольких магазинах. Миллардсы здесь.
— Не желаете, чтобы вас сопровождали? Я бы с радостью составил вам компанию. Моральная поддержка, если вы в ней нуждаетесь.
Он только пытался загладить вину или действительно хотел предложить свою поддержку? Трудно догадаться, что на самом деле у него на уме — помимо вожделения, которое было легко распознать. Но сейчас оно не светилось в его глазах, и он был искренним и — милым.
Кэти мысленно застонала. О чем она думает? Неважно, как он вел себя теперь; она видела его с худшей стороны — высокомерного, упрямого, отказывающегося прислушиваться к доводам рассудка, и ей пришлось вынести все это, и еще намного больше, в чем она действительно винила его. Возможно, он и не посадил ее в тюрьму, но она бы не оказалась там, если бы он силой не увез ее из Нортгемптона в тот день.
Она резко встала со скамейки.
— Спасибо за предложение, но я должна сделать это одна. И мне кажется, я опаздываю на завтрак.
Он звал ее, но она поспешила уйти, не останавливаясь. Она не остановилась бы и в комнате для завтрака, если бы там никого не было, поскольку слышала, что Бойд шел следом за ней. Но там кое-кто был.
В меньшей по размеру, неофициальной столовой стена состояла из ряда окон, в которых отражалось утреннее солнце, когда не было так пасмурно и дождливо, как сегодня. Она была накрыта к завтраку. Джудит и ее мать уже сидели за столом, и Кэти заняла место между ними. Это избавляло ее от необходимости и дальше поддерживать разговор с Бойдом, и она намеревалась избегать его до конца своего пребывания в Хаверстоне.
Глава 23
Кэти пропустила обед, но поняла, как глупо было пытаться избегать Бойда. Он все равно преследовал ее, во всяком случае, все выглядело именно так, поскольку каждый раз, когда она оборачивалась, он был поблизости. Каким-то образом он добился ее согласия на игру в шахматы. Неужели Бойд сыграл на ее духе соперничества? Ей не удавалось сбить с него спесь при помощи слов, поэтому она собиралась разбить его в пух и прах при помощи игры в шахматы?
Это оказалось приятным занятием, продлившимся большую часть дня. Джудит стояла около нее и шепотом подсказывала ходы, которые можно было сделать. Бойд обвинил Кэти в жульничестве из-за этого!
— Кто играет против меня? — спросил он в какой-то момент. — Ты или Джуди?
— Нервничаешь? — ухмыльнулась Кэти, взяв его второго коня и оставляя без шанса на возмездие, если он не хотел потерять свою королеву. — Джудит только подтверждение тому, что мой метод работает. Кажется, мы с ней одинаково мыслим.
Переведя взгляд с Кэти на Джудит, он воскликнул:
— Бог мой, вы двое даже ухмыляетесь одинаково. Как насчет того, чтобы помочь мне, Джуди? Ведь это я здесь проигрываю.
Девочка хихикнула, но не сдвинулась с места. А Бойд доказал, что вовсе он и не проигрывал, когда взял королеву Кэти четырьмя ходами позже. И это почти решило исход партии. Когда королева уходит с поля боя, всякая надежда уходит вместе с ней.
Бойд играл так напористо! Кэти не привыкла к этому. Все предыдущие партии в шахматы у нее были с матерью, и они проходили спокойно, как приятный способ занять время. Но ей не следовало удивляться манере игры Бойда.
Она распознала его решительную натуру, как только они встретились, и стало ясно, что он намеревается преследовать ее. Тогда этот мужчина ошеломил ее настолько, что ей пришлось покончить с этим, выдумав себе мужа. Она полагала, что со временем ей удастся лучше справляться с подобными ощущениям, но очевидно, нет, по крайней мере, не в отношении Бойда.
Но в данный момент его решимость была сосредоточена на игре, и Кэти получала слишком большое удовольствие, чтобы завершить ее. Он выиграл первую партию, и они сразу же начали вторую. И он по-прежнему прилагал все усилия, чтобы отвлечь ее и помешать сосредоточиться, и делал это намеренно. Они много смеялись, но позже она поняла, что так не должно было быть. Шахматы были серьезной игрой, но он привнес в нее больше веселья, чем Кэти когда-либо испытывала, играя в нее.
