беспокоился? Приснилось, что проверяла почту, и ты мне прислал одно-единственное письмо, но мне не дали его даже прочитать и ответить на него, потому что я за интернет не заплатила, а больше было негде, и я стала плакать, проплакала полсна, даже когда в других событиях нужно было участвовать, и проснулась в слезах. Реальность всё же лучше. Эсэмэски твои получаю регулярно, очень приятно носить тебя с собой в сумке. Я так устала сегодня, что не способна к тебе словами. Вот если бы как-то по-другому. Не беспокойся, это обычная усталость после работы.
– Будут тебе фото из Италии и ещё несколько новых американских. Мы не просто ждём – мы живём навстречу друг другу. Даже пальцы по тебе соскучились. У тебя хоть подушка с моим запахом, а у меня только фото. Не предавайся слишком благоустройству – спина заболит, на меня сил не хватит. Устал все-таки. Мне бы после Италии немного полежать (с тобой и одному), утрясти впечатления, а у меня за одну неделю три страны было. За две недели некоторые эксперименты провел, опишу в полутора статьях, может, и хватит пока. Боюсь, что немного поскучнею для тебя… но до встречных рассказов все меньше и меньше.
– Мне недавно приснилось цунами. Я спасала свою кошку (и в снах она меня преследует, скоро совсем в символ моей материнской любви превратится), которая была совсем юной, крохотной, рыжеголовой, ничего не понимающей. И как будто всё это происходило в Одессе. Нас несло по течению, мы держались за игрушечные деревянные кораблики, а потом нас смыло в музыкальный магазин, где был большой выбор дисков. И я, проплывая по магазину мимо невозмутимых продавщиц в грязно-синих халатах, сказала себе: потом обязательно нужно будет сюда вернуться.
В первое утро в Питере у тебя подкосились ноги от сырого воздуха и полубессонной ночи, пришлось отпаивать тебя кофе в ближайшем подвальчике, и только потом пробираться к филологам. Всё оказалось лучше – твоя соседка из Йошкар-олы так и не появилась, чем мы и пользовались по вечерам, ночам и утрам, оставив в гордом одиночестве моего соседа-поляка.
– Вчера получила от твоего имени письмо с таким содержанием: Уважаемая Светлана Сергеевна! Поздравляю Вас с наступающим Новым годом! Желаю Вам в новом году совершить много увлекательных путешествий, встретить новых друзей и сделать как можно больше невероятных открытий вместе с журналом GEO, подписку на который я хочу подарить Вам в канун Нового года. С уважением, … Припоминаешь, как сей шедевр сочинял? ршллллллллллллллллллллллллогр (это опять кошка в разговор вмешалась).
– Вот так и появляются тома собраний сочинений. Понятно, я это ни в каком виде написать не мог, это GEO старается. Но ты хоть журнал получила? или только письмо? кошке привет.
– Самолет прилетает поздно вечером. Двадцать первого в пятницу мне в НЛО – наконец немного отвлёкся от китайцев и написал для НЛО о книге Клеймана про Эйзенштейна и вообще кино. После чего захотелось пересмотреть «Броненосец «Потемкин»». Хотя, боюсь, его уже разобрали на косточки. Так у меня было при первом соприкосновении с Библией – казалось, что я это всё уже когда-то читал, то есть все хорошие места оттуда давно выбраны и по сто раз процитированы.
– Был там, куда ты меня не пускала.
– По льду ходил? Для кошки вербы нарвал, чтоб её развлекать, да? Хотя я тоже это люблю, потому что тоже кошка всё же… Я почти дома. Ты хочешь, можешь или уже поздно?
– Март в этом году какой-то необыкновенно ясный и солнечный, впору носить солнцезащитные очки. Прямо аризонская весна, не иначе. Сегодня снилось, что ты совсем близко, и уже что-то такое мы собираемся друг с другом совершить, как вдруг в соседней комнате загорается свет, появляются какие-то знакомые и незнакомые люди, разговаривают, заходят к нам как ни в чём ни бывало. А потом смотрю – тебя рядом и нет вовсе.
– Это я постарался тебя не компрометировать.
– Конечно, дипломники прежде всего. Стало быть, утреннее пробуждение будет, как всегда, смазано спешным вставанием. Тогда, чтобы было по-честному, процесс засыпания должен быть исключительно приятен и хорошо организован в плане всяческих результатов! Я настаиваю на этот раз!
– Но я в этом году меньше ездить буду.
– Ты так и про конец прошлого года говорил, а сам и в Америку, и в Италию, и в Китай успел. Лучше уж говори всё, как есть, и не обольщай меня лишний раз. А здорово жить в предвкушении и ожидании. Спасибо тебе.
– Зацвела наша одомашненная верба наконец-то – четыре бутончика топорщатся! Кошка их с изумлением разглядывает. А пока я намерена пригласить в гости на пару недель свою философскую девушку. Правда, она совершенно против того, чтобы я сливала на неё своё нерастраченное либидо. И что мне теперь делать? Я с тобой ехидничаю больше, чем следовало бы, наверное, но если буду вспоминать о том, что между нами, то просто умру. Как лев без собачки.
– А мне воспоминания помогают. Потому что в большинстве мест и случаев чувствую себя чужим, а хочется и своё почувствовать (не в смысле мне принадлежащее, а в смысле близкое). Сегодня ходил по супермаркету и думал, какие тебе фрукты привезти. Сухих персиков почему-то нет, зато огромный выбор фиг. И батата – сладкого картофеля.
– Очень острое чувство твоего отсутствия – именно режущее – ем сушеный абрикос, и вспоминаю тарелку с ними у тебя на столе – и миндаль – и это всё начинает разворачиваться – невозможность прикоснуться, показать, поехать…
– Не могу уснуть – всё время хочется чувствовать твоё тепло за спиной. Напомни мне сказать это вслух, а то всё время забываю… Я уже отправляла тебе это письмо или ещё нет? Или ты отвечаешь на мои вопросы до того, как я успеваю их задать?
– Я тебя не идеализирую, я тебя всячески в спину толкаю, и ехидничаю, и жду.
– Вот это другое дело. Ощущается полнота восприятия. А между ехидничаю и жду – знак приблизительного равенства?
– Знак И, конъюнкция.
Одеяло лежит так, что кажется – тебя под ним нет. Только рыжие волосы на подушке. Потом ты подняла руки – вставать надо, но не хочется – руки подняты – пусть хоть что-то будет в вертикальном положении.
– Нашла в шкафу фруктовое глицериновое мыло, а оно тобой пахнет, потому что ты у меня таким мылом пользовался. Как жить? И от ванильно-миндального геля для душа
