Читаем без скачивания ИСХОД (СИ) - Лопатин Георгий

Пруссы кстати тоже не относились к числу легковерных и дозоры сообщали о чужих разведчиках, что мелькали тут и там. В общем их тоже сопровождали к точке рандеву, дабы не проморгать удар в тыл по оставшимся без защитников селениям.

Вот и озеро…

Глава 15

37

Как предполагалось изначально и подтверждалось разведчиками восточные пруссы привели ледяное поле боя практически все боеспособное мужское население своих племен, от шестнадцатилетних отроков до седых стариков, что были способны держать в руках оружие, общим количеством около тридцати тысяч человек.

Из них десять тысяч, то есть откровенный «неликвид» из этих самых юнцов и стариков, плюс пять тысяч бедняков-ополченцев, представляли собой пехоту. Пятнадцать тысяч составляла кавалерия на вполне приличных конях.

Что до доспехов, то Рус от пруссов ожидал чего-то большего, но… может по местным меркам они действительно выглядели грозно, но не для нынешних славян, прошедших через Крым пусть и без Рыма. Хотя в общем-то да… пруссы были оснащены на уровне славян до того, как они наведались на полуостров и обзавелись там железной обновкой.

Выстроились пруссы по классической для этого времени схеме, то есть выставив всю пехоту в центре, а кавалерию, разделив на примерно два равных отряда поставили на флангах.

Что до построения союзных войск славян и голиндов, то на военном совете Рус предложил выставить армию иначе, то есть всю конницу поставить в центр, а пехоту, разделив на две части по две с половиной тысячи человек, расположить на флангах, мотивировав это следующими доводами:

— Пусть прикроют нас с боков, выставив перед собой ежей и ощетинившись копьями, и если пруссы, понадеявшись на свое численное превосходство решат атаковать, и ударят с фланга, то не пробьются через препятствие и тут уж мы их стрелами щедро осыплем из центра.

Идея всем понравилась, так что возражать никто не стал. Да и что тут можно придумать по большому счету? Засадные полки нигде не спрячешь, да и нет сил на такие изыски. Так что обе армии выставили все свои наличные силы для всеобщего обозрения, что подтверждали разведчики прошвырнувшиеся по тылам. Пруссы наверное еще хотели психологически подавить своей численностью противника.

Но зная, что врагов больше, Рус вел психологическую накачку своих воинов, говоря:

— Они привели не только безусых юнцов и седых стариков, но еще и баб притащили для массовки!

Были там бабы на самом деле или нет, но хохма пошла в народ и ее активно обсуждали.

Тем не менее Лукув тревожно взглянул на Руса и его братьев. Ну да, двукратное превосходство в числе — это двукратное превосходство, могут тупо задавить массой. Но братья выглядели уверенно, разве что Чех выражал недовольство. Но он всегда выглядел недовольно, особенно когда приходилось воевать.

— Не беспокойся вождь, в данном случае их численное превосходство им практически ничем не поможет, просто нам будет больше возни.

— Так уверен в победе?

— Да.

— Почему же?

— На это есть несколько причин.

— Какие же?

— Во-первых, их кони вряд ли подкованы шипастыми подковами, а значит уверенно двигаться на льду они не смогут, то есть маневрировать точно не в состоянии…

— Тут же все повалятся как пьяные! — засмеялся Славян.

— Верно. Во-вторых, хоть у них и многочисленная кавалерия, но скажи, как часто им приходилось сражаться против другой кавалерии?

— Хм-м…

Задумчивость Лукува была понятна, кавалерия в данном регионе была не особо развита, даже та, что имелась у пруссов выглядела, скажем так, неуместно. Скорее какой-то данью традиции, что дескать настоящие воины должны быть конными. И пошло это все от гуннов. Часть племен из этих краев участвовала в походах гуннов и после того, как те пали, воины вернулись в родные края принеся с собой именно степной менталитет ведения войны. Сохранению коней способствовали равнинные просторы непосредственно в прибрежных землях.

— Вот именно. Опыта битв у них с другими всадниками практически нет, а тренировочные бои между собой, да мелкие стычки с соседями, это все же несколько не то, они никогда не заменят реального боевого опыта, коего достаточно у нас, ибо что ни год, то нам приходилось сражаться со степняками именно в конных сражениях. Ну и последнее в списке, но не по значению…

Чех хмыкнул на эту любимую фразу Руса.

— Как думаешь, что?

— Доспехи?

Лукув с явной завистью взглянул на кирасы братьев. У самого была только кольчуга, причем латанная перелатанная, да и шлем прямо скажем больше напоминал миску.

— Нет. Третьем в списке идет вот этот элемент конской сбруи…

Рус показал на стремена.

— Именно вот этот невзрачный с виду элемент даст нам то категорическое преимущество, что определит ход битвы.

Лукув недоверчиво посмотрел сначала на стремя, а потом на Руса, пытаясь понять, говорят ли ему сейчас серьезно или же разыгрывают.

— Да-да, именно они, ну и доспехи конечно… Куда ж без них?

На это снова заржал Славян.

Когда войска наконец выстроились, на что ушло довольно много времени, Рус со своей свитой выехал навстречу пруссам, что так же внушительной толпой в кою входили вожди племен со жрецами, выехали навстречу. Как говорится «а поговорить?»

Ну не принято было начинать битвы без предварительных переговоров, какие-то требования, пусть и неосуществимые по определению, требовалось озвучить.

— Зачем вы пришли на нашу землю? — спросил старший из прусских вождей.

— Взять ее по праву сильного, а значит по воле богов, — ответил на это Рус.

— Нас больше! Сила за нами!

— Количество ничего не стоит, если боги сделали свой выбор и он сделан в нашу пользу ибо мы пришли биться за правду, дабы вернуть земли по реке Преголя истинным владельцам, племени голиндов.

— Если говорить о воле богов и праве сильного, то не значит ли это, что именно на нашей стороне боги, раз мы в свое время прогнали этих презренных голиндов и заняли эти земли? — спросил жрец.

— Воля богов переменчива, — пожал плечами Рус.

На эту тему можно было долго трепаться.

— Может раньше голинды их чем-то сильно прогневали и вы смогли их побить и прогнать, но теперь боги вернули этому племени свое расположение, наше здесь появление тому подтверждение и пришло время им вернуться на свои земли. Уйдите сами, добровольно выполните волю богов и между нами будет мир. Если же откажетесь и решите упорствовать с оружием в руках, то понесете суровое наказание, вожди будут казнены за противление божественной воле, а их рода обращены в рабство.

Пруссы что-то экспрессивно загалдели на своем языке, видимо осыпали проклятиями и не прощаясь, развернув коней поскакали к себе. Даже не предложили провести еще один ритуальный элемент перед битвой, а именно поединок лучших воинов. Впрочем, это больше действительно ритуальное действо при равенстве сил и когда одна из сторон готова сдаться, но надо сохранить лицо, дескать такова воля богов, для чего против сильного соперника выставлялся воин послабее.

— Ну вот и поговорили…

Еще в развороте, Рус дал сигнал к атаке, и вся десятитысячная конная масса славян пришла в движение. Рус дав пологую дугу оказался во главе атакующей лавы, Славян зашел в хвост, а Чех с Лукувом отправились командовать пехотой.

— Бей!

Туча стрел взметнулась в небо и обрушилась на правый фланг пруссов из семи с половиной тысяч всадников в центр ее массы. А потом поток стал практически непрерывным. Десятки и сотни прусских всадников стали падать на лед под копыта своих коней, хоть они и защитились щитами, подняв их над головой, но это не всегда спасало. Стрелы впивались в лошадей и те начинали дергаться из стороны в сторону, вставать на дыбы, из-за чего всадники, отчаянно пытавшиеся вернуть управление над конем, оказывались открыты для стрел из последующих залпов.

Потери все же были не сильно большими, тем более что удалось сделать всего четыре полных залпа, но сказался фактор хаоса, кони крутились практически неуправляемыми, многие кони поскользнувшись на льду падали, роняли соседей, что приводило к очередным падениям, всадники раскрылись и вот в эту мечущуюся массу, что все-таки потеряла в общей сложности до полутысячи человек убитыми и ранеными и влетели славяне копейным ударом.