местных петроглифов, графити и откровенной похабщины, Михаил сел за отчеты.
Первым открыл результаты вскрытия крыс. Поражение нервной системы, параллельные связи, дублирующие основные, километровые нити нейронных связей, частичное поражение головного мозга. Ничего нового и удивительного. Кроме способа заражения. Согласно отчета Ауры, паразит попал в организм подземщиков вместе с пищей. А зная рацион каннибалов, можно с уверенностью определить, что вся группа так или иначе подверглась заражению. Сделав пометку, сохранил отчет. Сухой отчет поставил обитателей дна в разряд биологической опасности заражения. Вся группа крыс и червей признана носителями, а значит подлежали утилизации.
Восемь досье. Четыре девушки и четыре парня. Чёрные рыцари с узнаваемым ритуальными шрамами Чистых. Частичное усекновение крайней плоти парней, как и купирование малых половых губ и клитора у девушек. Щеки помечены крестом, а на плече тавро Культа. Без имплантов, модулей усиления, протезов. Средний возраст около четырнадцати лет, относительно здоровы. Крайне утомлены и обезвожены.
Идеально чистые и невинные.
До встречи с заразой.
Судя по отчёту Ауры, состояние репродукционной системы у девушек находились в гипертонусе. Лактация, расширенный таз и состояние организма указывали на недавнюю беременность всех четырех девушек. Шарко взялась за дело с полной отдачей, ставила опыты, проводила замеры и проверки, отринув былую неуместную человечность. По итогу и вовсе сделала шокирующее предположение, что оотека есть плод подростков. И судя по циклу, спустя неделю девушки были готовы зачать новое потомство, несмотря на недавние роды. Достаточно лишь активной яйцеклетки при овуляции и семени зараженного партнера.
«Аура, это не дети. Фабрика, выпускающая симбитов. Прошу больше не ставить под сомнение мои приказы. Вы получили воинское звание, а значит попадаете под военный суд, наравне с остальными. »
« Мы вас услышали, Паладин Мот. Больше никаких сомнений. Нам достаточно доказательств!»
Любая дорога рано или поздно заканчивается. В этот раз минибусик остановился на развилке. Налево вела прямая до станции метро Беломорская, направо можно было вырваться в районе МКАД. Оба пути связаны с рисками. Станция могла огорчить наличием крыс, оставшимися после прорыва на поверхность. Обводная граничила с территорией Чистых, а как обстояли дела за восемь часов, проведенных под землей, Замотаев не знал. Синт уж собрался бросить дайсы, пока не увидел следы босых ног, уходящих направо. Жители дна, какими бы бедными они не были, все же носили некое подобие обуви. Рыцари, не считая плотного костюма из симбов, обходились без сапог и кроссовок.
— Направо, — уверено скомандовал Синт, пометив маркером следы. Теперь и остальные стали более внимательны, следуя за рванным пунктиром босых ног. Длительный забег без поддержки симбиотической сети не прошли даром. Девушка ослабла. Расстояния между отпечатками ног становились все короче, в некоторых местах следы падения, но через пару метров зараженная поднималась и продолжала свой забег. До МКАДа оставалось не более пятиста метров, когда отпечатки голых ног вильнули вправо, пропав в техническом помещении вспомогательных служб метрополитена.
— Берс, О-ни за мной. Аура, продолжай работу. Агнис, готовь взрывчатку. Код, бусик не глуши, будь готов вырваться вместе с «грузом». Останавливаться только перед блокпостами Лиги или Синдиката, остальных игнорировать. В пяти километрах южнее есть наша цитадель, там запроси помощи. Это в том случае, если наши сигналы пропадут. Исполнять!
Два дроида защищали группу по флангам, первым шел Вильсонн, за ним Паладин с ружьем, замыкала группу островитянка.
Дверь в техническое помещение оказалась забаррикадирована. Ровно на четыре удара с разбега. Триста двадцать килограмм брутто с щитом и желанием пошуметь. Детская радость на лице Гашека от разрушения преград, а через мгновения лицо Берса и О-Ни исковеркала гримаса брезгливости и отвращения. Запустив анализ воздуха, синт получил ответ. Миазмы разложения и гниения. Через тридцать шагов появилась и причина тошнотворного запаха. Сотня сваленных в кучу тел крыс и червей со следами пулевых ранений. Передав попутчикам запасные кислородные патроны, Михаил двинулся первым. Чуть позже, когда на лицах появились респираторы, его догнали киборг и погонщица. Позади топтались два дроида с сетями и молниеводами.
Лишь только Михаил пересек невидимую линию, захрипел динамик гражданской обороны, и хриплый, поставленный голос механического проповедника начал свою речь, что эхом отражалась от высокого потолка.
— Бог умер! Бог не воскреснет! И мы его убили! Как утешимся мы, убийцы из убийц! Самое святое и могущественное Существо, какое только было в мире, истекло кровью под нашими ножами — кто смоет с нас эту кровь?
Слова гремели над высоким куполом, многократно отражаясь и усиливаясь, нагоняя уныние и безнадежность. Старое изречение Фридриха Ницше, шизофреника, философа, немца.
За простой дверью технического помещения скрывался алтарь Чистых. Окровавленный лик святого, усеянный ножами мешок с пшеницей, символизирующее тело Культа. Сотня огарков свечей, как символ скоротечности жизни и три десятка адептов, лишенных головы и уложенных по кругу. Михаил видел такой перфоманс четыре года назад, когда Культисты ушли в крестовый поход. Всей пастве нужна жертвенная кровь, посыл, идея.
— Да что бл…— подавился в очередной раз Берс. —… происходит с этим миром? Почему? Зачем? Кому это нужно? Дети вынашивают заразу, священники режут паству, как траву. Все ненавидят всех так искренне, так самоотверженно, что можно спутать с любовью. Нах… нужна такая жизнь?
— О-ни, свет на алтарь, — прервал эмоциональное выступление Михаил. Там, за символичным трупом идола культистов, дрожала от холода абсолютно голая девушка, без волос и брони симбиотов. Десятая из десятка. Но больше всего синта интересовала ее ноша. Подбежав к телу, быстро обыскал, позже расшвырял тряпки и корзины с подношением, но желаемого так и не увидел. Схватив девушку за шею, рывком поднял на уровень своего лица.
— Где яйцо? Куда ты его спрятала, маленькая дрянь?
— Ich habe der Königin alles gegeben* (я отдала все королеве пер. с нем.) — после ее слов, Михаил злобно швырнул тело в сторону. Обыскав, вернее перевернув все верх дном, Замотаев выместил всю агрессию на алтаре, разбив лик и тело. Чуть успокоившись, выстрелил из ружья в алтарь. Когда пыль осела, синт приблизился к разбитому камню. В самой середине колоны зияла дыра. Подсветив фонарем, так и не увидел дна. Яйцо для королевы роя упало на третий уровень. Ниже дна.
Сорвав с ближайшего адепта мантию, накинул на плечи девушки, а затем рывком поднял ее на руки. Она больше не носитель скверны, а поле битвы добра со злом. На руках, как хрупкую вазу, Михаил нес дрожащего подростка к минибусику. Уже на выходе опять попал в поле зрения датчика присутствия. В спину раздался каркающий голос проповедника.
— Бог мёртв:
