Вин потянулась к туманам, и Кельсер почувствовал, как внутри него нетерпеливо зашевелилась сила. Вот для чего они были нужны, вот что было их целью. Он ощутил желание Вин и ее вопрос. Где она до этого чувствовала подобную силу?
Он впечатал себя в Разрушителя, силы схлестнулись, обнажая темную, искалеченную душу Кельсера.
− У Источника Вознесения, разумеется, − сказал Кельсер Вин. − Это ведь, в конце концов, та же самая сила. В твердом виде − то, что ты дала Эленду. В жидком − то, что было в бассейне. И в виде пара − в воздухе, в ночи. Она прятала тебя. Она защищала тебя…
Кельсер глубоко вдохнул. Он чувствовал, как из него рвется энергия Сохранения. Он чувствовал, как, раздирая, жадно желая уничтожить, бьет в него ярость Разрушителя. На один последний миг он почувствовал мир. Пеплопад на краю света, народ далеко на юге, завихряющиеся ветра и жизнь, напряженно борющуюся за то, чтобы продолжаться на этой планете.
Затем Кельсер совершил самый трудный поступок в своей жизни.
− Отдаю тебе силу! − прокричал он Вин, отпуская сущность Сохранения, чтобы она могла ее взять.
Вин втянула туман.
И вся ярость Разрушителя обрушилась на Кельсера, прихлопнув его, разнеся в клочья его душу. Разорвав его на части.
8
Кельсера раздирала на куски всепроникающая боль, как будто кости выламывало из суставов. Он катался по земле и не мог ни открыть глаза, ни думать, только кричать.
Он очутился где-то среди тумана, не видя ничего за колышущейся пеленой. На этот раз настоящая смерть? Нет… но очень похоже. Кельсер ощутил, как его снова начинает тянуть, увлекая к той далекой точке, куда уходили все остальные.
Он хотел уйти. Он так сильно страдал. Он хотел, чтобы все это закончилось. Вообще все. Просто хотел, чтобы это прекратилось.
Когда-то он уже чувствовал такое отчаяние. В Ямах Хатсина. Теперь его не вел голос Охранителя, как было тогда, но, всхлипывая и дрожа, он погрузил руки в туманное пространство и сжал пальцы. Цепляясь, отказываясь уходить. Отказывая той силе, что звала его, обещая конец и покой.
Через некоторое время она угомонилась, и ощущение затягивания исчезло. Он смог удержать частицу божественности. Окончательная смерть не заберет его, пока он сам не захочет.
Или пока не будет полностью уничтожен. Он вздрогнул, благодарный туману за его мягкие объятья, но все еще не уверенный, где находится, и не понимающий, почему Разрушитель не довел дело до конца. Он ведь планировал, Кельсер это ощутил. К счастью, уничтожение Кельсера перед лицом новой угрозы отошло на второй план.
Вин. У нее получилось! Она Вознеслась!
Кельсер с рычанием дернулся вверх, обнаружив, что атакой Разрушителя его ударило так сильно, что глубоко вдавило в упругую туманную почву когнитивной реальности. С большим трудом ему удалось вылезти, и он упал на поверхность. Его душа была изломана и искромсана, как сокрушенное обломком скалы тело. Из сотен разрывов сочился черный дым.
Пока он там лежал, душа постепенно восстановилась, а боль наконец-то исчезла. Прошло время. Он не знал, сколько именно, но явно много часов. Он был не в Лютадели. Развознесение и столкновение с мощью Разрушителя вышвырнули его душу далеко за черту города.
Он заморгал фантомными глазами. В небе над ним бесновались белые и черные завитки, как будто облака атаковали друг друга. Вдалеке слышалось нечто такое, от чего сотрясалась когнитивная реальность. Наконец он заставил себя встать и начал подниматься на холм, у подножия которого увидел сошедшиеся в битве светящиеся фигуры. Война. Люди против колоссов.
План Охранителя. В тот последний момент Кельсер все понял. Телом Разрушителя был атиум. План заключался в том, чтобы создать нечто новое и особенное − людей, которые могут жечь тело Разрушителя, уничтожая его.
Внизу люди сражались за свои жизни, и Кельсер видел, как они выходили за пределы физической реальности из-за того, что жгли тело бога. Вверху схлестнулись Разрушение и Сохранение. Вин справлялась гораздо лучше Кельсера. У нее была полная мощь тумана, и она владела ею абсолютно естественно.
Кельсер отряхнулся и поправил одежду. Все те же рубашка и брюки, которые были на нем еще во время битвы с инквизитором. А куда делись его мешок и нож, который дал Наж? Они потерялись где-то на бескрайних пепельных полях между этим местом и Фадрексом.
Он пересек поле битвы, уклоняясь с пути беснующихся колоссов и людей, вышедших за пределы своей реальности, способных видеть в духовной, пусть и очень ограниченно.
Кельсер добрался до вершины холма и остановился. За другим холмом, в отдалении, но достаточно близко, чтобы разглядеть, среди кучи трупов Эленд Венчер бился с Маршем. Над ними парила Вин − большая и невероятная фигура сияющего света и потрясающей мощи, воплощение солнца и облаков.
Эленд Венчер поднял руку и взорвался светом. Белые линии распространились из него во всех направлениях, пронзив все вокруг и соединив его с Кельсером, с будущим и прошлым. «Он видит его полностью, − подумал Кельсер. − То пространство межвременья».
Эленд вонзил меч в шею Марша и сквозь три реальности посмотрел прямо на Кельсера.
Марш вогнал топор в грудь Эленда.
− Нет! − вскричал Кельсер. − Нет!
Он помчался вниз с холма к Венчеру, перепрыгивая через тела, на этой стороне видимые как тени, спеша к месту, где умер Эленд.
Он еще не добрался туда, когда Марш снес Эленду голову.
«О, Вин. Мне жаль».
Внимание Вин полностью сосредоточилось на погибшем. Кельсер в оцепенении остановился. Она могла разъяриться, потерять контроль. Могла…
Восстать во славе?
Он с благоговением наблюдал, как сгущается сила Вин. В исходящем из нее умиротворяющем ритме не было ненависти. Вверху захохотал Разрушитель, самонадеянно полагающий, что он знает все. Смех оборвался, когда Вин спокойно, с любовью и сочувствием, но все же с непреклонностью подняла против него прекрасное, сияющее копье мощи.
Тогда Кельсер понял, почему было необходимо, чтобы это сделала она, а не он.
Кельсер шагал к вершине холма и, глядя на бой, ощущал родство с той мощью, которую Вин обрушила на Разрушителя, оттесняя его. Родство, греющее душу, пока Вин демонстрировала чудеса героизма.
Она уничтожала уничтожение.
Все окончилось вспышкой света. Клочья тумана − и темные, и белые − схлынули с неба. Кельсер улыбнулся, зная, что на этот раз действительно все завершилось. Туман резко скрутился в две невообразимо высокие колонны. Силы высвободились и неуверенно дрожали, будто грозовые тучи.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
