благодарностью ответил Лавр. – Отец говорит, время сгладит острые углы. Времени-то у нас в избытке. А самих иномирцев всего ничего осталось.
Никола поднял голову. Как раз в эту секунду Ой удивительно резво поднялся на постамент и, осмотрев собравшихся, уставился на Николу таким взглядом, что стало очевидно: надо вставать и идти.
– Удачи, – напутствовал Лавр.
Никола кивнул и поплелся вперед, стараясь держать спину прямо. Поднявшись, он выдавил из себя улыбку и вопросительно повернулся к неподвижному Ою.
– Ну? – спросил он.
– Что «ну»? – Ой явно был раздражен. – Лети!
Опешив, Никола отступил и чуть не свалился с постамента на радость остальным.
– Но я… не умею.
– Раз змей тебя выбрал – должен уметь. Больше мне сказать нечего.
Послышались смешки. Никола чувствовал, как жарко стало щекам. Он хотел найти взглядом в толпе Вяза или Лавра, но перед глазами все плыло.
– Вы не будете меня учить? – наперед зная ответ, спросил Никола.
– А ты у меня крылья видишь?
Никола покачал головой. По-прежнему чувствуя на себе всеобщее внимание, он прикрыл веки и постарался забыть обо всем, кроме вчерашнего ощущения полета.
Когда стало казаться, что все бесполезно, и Никола совсем был готов сдаться, принять неизбежный позор и до старости запереться у себя в комнате, наскучившая темнота перед глазами вдруг сделалась чуть иной. Лицо замерзло. Вдоль позвоночника побежали мурашки.
…Судно уже начало меняться, оставаясь при этом прежним. Поверх металлического контура проглядывал иной, пока еще немного зыбкий, но все же, наверное, вполне осязаемый – тонкие, полупрозрачные линии незнакомой Николе материи. Невозможно красивые и изящные очертания: их Корабль действительно теперь был по-настоящему летающим – у него появились крылья.
– Эй! – тихо позвал Никола.
Он понял: его заметили. Змей признал своего избранника.
Никола радостно устремился вперед. Вот, теперь должно получиться. За спиной – целый небосвод. Все на свете по плечу!
Внезапная волна невозможного презрения окатила его с такой силой, что слезы сами брызнули из глаз. Крылья покачнулись и попытались сбросить Николу, будто он – что-то очень досадное и приставучее. Змей напряг прекрасную полупрозрачную спину, выгнулся весь – и Никола, опрокинувшись, полетел вниз.
Он обнаружил себя лежащим на полу, локти и затылок ужасно болели. Ой с безучастным видом возвышался над ним. Отовсюду слышался смех – иномирцы прекрасно умели видеть и чувствовать, что происходит с их драгоценным прародителем.
Никола попытался сесть. Перед глазами все кружилось.
К нему уже спешил взволнованный Вяз. Он помог встать.
– Пойдем поскорее. Попробуешь в другой раз.
Не поднимая головы, все еще на нетвердых ногах, Никола поспешил за ним, как маленький, крепко держась за руку.
– Видимо, змею лучше совсем без души, чем с такой, раз он отбросил тебя, – зло прошипел кто-то им в спину.
* * *
– Так правда бывает? – Никола вновь сидел в кабинете Вяза. Чувствовал он себя при этом много хуже, чем час назад. – Чтобы змей не признавал душу, которую выбрал?
Вяз отвел взгляд.
– Если подобное и случается, мне об этом ничего не известно.
– Ясно, – жгучая обида не давала Николе усидеть на месте. Он не просил для себя всего этого, а теперь вынужден терпеть. – Может, просто тогда оставить все как есть, да? Сдались мне эти полеты. Не хочет признавать меня – и не надо, я к этому никогда и не стремился.
Вяз нахмурился. Никола остро ощутил, что разочаровывает его.
– Просто пообещай, что завтра попробуешь еще раз, ладно? А теперь иди, передохни. Лавр наверняка уже обыскался тебя.
Преграды
Сегодня, разнообразия ради, все осуждающие взгляды были устремлены не на Николу.
Он настолько привык к ним за последнюю неделю, что сам уже готов был взойти на постамент, чтобы не нарушать привычный порядок вещей.
После той провальной попытки он так и не смог больше ощутить полет. Бесконечные бесполезные наставления Оя – «Лети! Пытайся! Услышь!» – прекрасно действовали на нервы, но больше толку от них не было никакого. В книгах на этот счет путного тоже ничего не нашлось. Всякий раз, поднимаясь на постамент – и ненавидя всех, даже Вяза, за то, что они никак не отстанут от него, – Никола по-настоящему умирал от страха, ощущения предстоящего стыда, воспоминаний о жгучем презрении и не менее жгучей боли в затылке. Змей будто чувствовал это и просто не желал замечать Николу. Как будто все, что ему нужно было от человека, – помощь в пробуждении, а дальше уж каждый сам по себе. Темнота перед глазами так и оставалась темнотой зажмуренных век.
И Николу, по правде говоря, все это полностью устраивало бы. Ну какой из него змей, если он даже ужей в детстве боялся до немоты?
Накануне вечером, спустя неделю бесплодных попыток, он все же решился подойти с этими вопросами к Вязу.
– Я больше не хочу, – без обиняков признался он. – Пусть относятся ко мне еще хуже – честно, мне плевать. Змея своего они получили, так? Он меня видеть не желает, а я его. Даже пробовать надоело. Я боюсь. И устал.
Сидевший напротив Вяз в эту секунду, зажмурившись, потер переносицу, и сразу стало ясно, кто из них двоих по-настоящему устал.
– Ладно, давно пора было признаться.
– Боги, снова секреты? Что на этот раз? На самом деле мы под землей, а не в космосе? Обе большие беды – дело моих рук? Я уже ничему не удивлюсь.
Вяз улыбнулся одними уголками губ.
– Если бы все было так просто.
Никола слушал историю о сфере, сковавшей их корабль, и думал, что лучше б они и правда оказались под землей. Так хоть можно было бы просто копать выход наверх, да и все, а сейчас – что им делать?
Он понял, что боится совсем не за себя, – какая разница, несутся они вперед или стоят на месте, раз уж ему все равно никогда не сойти с этого Корабля. Но Вяз, Лючия, Лавр и маленькая Элоиза – они что, правда никогда не достигнут Онатары?
– Поэтому вы не позволяете мне сдаться, да? – Никола не мигая смотрел на Вяза. – Потому что считаете, что там, где не справился Корабль, сможет пробиться змей?
Вяз кивнул.
– Я не вправе решать за тебя, Никола, как бы сильно мне этого ни хотелось. Но и скрывать это от остальных я тоже больше не желаю. Завтра расскажу всем. Подумаем, что можно сделать.
– Я помогу, Вяз. Как только сумею.
И теперь Вяз поведал всем, что Корабль застрял в сфере. Правитель стоял, высоко подняв голову и смело глядя на остальных иномирцев. В прошлый раз, когда он признался, что пронес на Корабль сердце змея-отступника, Николы не было в Куполе – он как раз отсыпался в кабинете у Вяза. Но, подумалось Николе, ситуация, похоже, повторялась.
– И ты молчал? – взревел Ветивер.
– Скажи я тебе об этом месяцем или годом раньше – что бы изменилось? – Вяз был невозмутим.
Никола заметил, что Ветивер держал руку
