Он подвел лошадь к Ренате, высмотрев девушку в черной тени. Она не шевелилась, только подтянула колени к груди. Он предложил ей руку, и она молча взяла ее. Ни единым словом не возражая, она помогла ему поднять себя. Он усадил ее на спину жеребца.
– Я не умею ездить верхом, – тихо сказала она.
– Я буду поддерживать тебя. Не беспокойся. Джейк вспрыгнул на коня и, усевшись позади нее, одной рукой взял поводья, а другой обвил талию Ренаты. Он повернул лошадь прочь от неистового жара и неровных языков пламени, направив ее в сторону гор.
Даже в темноте жеребец знал дорогу. Джейк расслабился и мог теперь поддерживать Ренату. Он оберегал ее, как самое дорогое существо в жизни, а она прильнула к его груди и закрыла глаза. Он чувствовал, как девушка дрожит в тонкой ночной рубашке, и обернул ее плечи одеялом. Его обожженному телу была приятна ночная прохлада.
Джейк молчал, а они ехали все дальше и дальше вперед – прочь от горевшего дома и цивилизации.
ГЛАВА 17
Они упорно молча взбирались выше и выше, минуя и совсем темные участки, и полянки, слабо освещенные луной, и ни разу не оступились.
Наконец Джейк остановил жеребца возле просвета между скалами, через который лился лунный свет. Он соскочил с коня и поднял руки к Ренате. Она, не давая ему возможности взять ее за талию, доверчиво соскочила с седла прямо ему в руки.
Джейк чувствовал, что она безгранично верит ему – об этом говорило ее расслабленное тело, даже само дыхание. Он почти захотел уронить ее, чтобы дать ей понять, что он не стоит такого доверия, но не сделал этого. И он знал, что никогда бы не смог этого сделать.
Неподалеку протекал узенький ручеек. Рената, не колеблясь, оторвала длинную оборку своей ночной рубашки и намочила ее в холодной воде. Джейк сидел на корточках возле нее, когда она выжимала ткань, но отстранился, когда она протянула руку, чтобы промыть ему лицо.
– Неужели ты боишься воды? Я совсем чуть-чуть… – Рената склонилась к нему с прохладной тканью в руках.
– Я сам.
Рената проигнорировала его слова и, нагнувшись вперед, вытерла испачканное засохшей кровью лицо самодельным полотенцем.
– Не глупи, Джейк. Вообще-то я уже начинаю привыкать ухаживать за тобой. – По ее голосу он понял, что она шутит. – Не знаю, что бы ты делал без меня.
Джейк молчал. Как он обходился в жизни без Ренаты? Вполне хорошо, пытался он убедить себя. А она тем временем водила прохладной тряпкой по его лицу.
– Ну вот, – удовлетворенно сказала она. – А как твои руки? – Она взяла запястье каждой руки и попыталась рассмотреть при лунном свете ожоги. Но было слишком темно, чтобы что-нибудь увидеть.
– Не так уж плохо, – мрачно сказал Джейк. – Я завтра займусь этим.
Рената вздохнула, соглашаясь.
Ночь была темная, и лишь небольшая полоска месяца освещала им дорогу. Джейк вел Ренату в скрытое местечко под скалой, защищенное от ветра. Он снял с ее плеч одеяло и положил его на землю.
– Поспи немного, – тихо распорядился он. – Мы не пойдем дальше до утра.
Рената села на жесткую землю, которая стала ненамного мягче от толстого одеяла, и посмотрела на Джейка.
– Иди же, – она хлопнула по одеялу. – Тебе намного больше нужно отдохнуть, чем мне.
Джейк стоял рядом, он уже соскучился по ее прикосновениям, ее теплу, гревшему его замерзшее тело.
– Нет, я буду сторожить.
– За нами никто не гнался, Джейк. Ты бы услышал погоню. – Судя по голосу, она глубоко доверяла ему. – Я не смогу заснуть, если буду переживать за тебя. Если ты не будешь отдыхать, я тоже не стану.
Джейк то ли смотрел на нее, то ли старался посмотреть. Под скалой было так темно. Он сдался, заполз на одеяло, улегся на дальнем краю импровизированной постели и повернулся к Ренате спиной. Он услышал, как она облегченно вздохнула, уловил шелест ее ночной сорочки: она легла за ним. Прошло несколько мгновений, прежде чем он услышал ее ровное дыхание: она была измучена больше, чем сама осознавала это.
Джейк знал, что не сможет уснуть после всего, что было. Из-за боли в голове, руках и плечах. Из-за Ренаты, сладко дремавшей в нескольких дюймах от него…
Рената подкатилась к обнаженной спине Джейка, прильнула к нему в поисках тепла и уюта, спасаясь от ночного холода. Джейк, громко посапывая, повернулся к ней лицом, обнял ее и прижал к груди. Рената глубоко вздохнула, стараясь опять погрузиться в сон. Ей снилось что-то хорошее, но она не могла припомнить, что именно. Рука ее обвивала талию Джейка, а нога пыталась согреться между его икрами.
На рассвете Рената изогнулась, прижалась к Джейку от колен до щек и потерлась лицом о его голую грудь. Рука Джейка машинально прошлась по ее спине, по бедру и ноге, обнажившейся из-за того, что ночная рубашка задралась во время сна. Сквозь сон девушка ощущала его сильную руку на своем бедре, пальцы, ласкающие ее кожу.
Джейк поднял Ренату и прижал к себе ее лицо в счастливом изумлении. Губы ее оставили горящий след на его шее и груди и встретились с его губами в головокружительном поединке.
Руки Ренаты сами по себе странствовали по Джейку. Они танцевали на его широкой груди и спускались вниз, восхищаясь каждым мускулом, каждым дюймом его шелковистой кожи. Пальцы ее ласкали его шею и лицо, а потом сжали затылок, погрузившись в длинные волосы. Она приоткрыла рот, чтобы принять его язык. Эти ощущения возбудили в ней болезненное желание: она хотела его, его всего. Она прижалась к нему, издала глухой протяжный стон.
Джейк крепко обнимал ее, гладя ее волосы и выгнутую спину. Рената вздохнула и удобно устроилась у него в объятиях. Джейк положил ее на спину и возвысился над ней, не отнимая своих губ. Он нащупал ее грудь и через тоненькую ткань рубашки принялся массировать твердый сосок. Рената разъединила губы, и у нее вырвался еще один несдержанный стон.
Джейк водил губами по ее горлу. Потом медленно стянул рубашку до талии, нашел тесемки и развязал ее тонкие батистовые панталончики.
– Ренни, – тихо прошептал он. – Это сон? Рената провела пальцами по его волосам. Дыхание ее участилось, так же, как и его, она почти не дышала, отвечая ему:
– Не думаю, Джейк.
Тогда Джейк перестал двигаться. Он замер, и лишь его теплое дыхание возле ее шеи напоминало о владевшей им страсти. Продолжая сжимать ладонями ее голову, он поднялся, отдалившись от нее, и посмотрел на девушку.
Рената больше не спала и мечтательно улыбалась Джейку.
– Не останавливайся, – прошептала она.
– Я должен… – ответил Джейк, не шевелясь. – Позже… ты очень об этом пожалеешь.
– Не пожалею. – Рената сомкнула руки на шее Джейка и прильнула к нему губами. Ей нравилось пробовать его на вкус, а сейчас никто за ними не наблюдал, никто не разлучал их. Не было никого – только они двое, и она не даст ему убежать. На этот раз нет.
