Читаем без скачивания Мой азиатский принц 2 - Ива Лебедева

— За-зачем? — ошарашенно переспросила Мяо. Хи, какое у деточки подходящее к внешности имечко!

— Котлет лебедю нажарю.

— Какому лебедю? Разве птицам можно жареное мясо? Отравишь же! — не на шутку возмутилась девушка. Судьба гипотетической птички явно взволновала ее больше, чем наш возможный конфликт. Она даже выпрыгнула из-за надежной спины своего защитника.

— Этому, — ткнула я пальцем теперь уже в пресс Вейшенга, заставив того возмущенно зашипеть, — не только можно, но и нужно! Ты его давно знаешь? Заметила, как похудел? Надо откармливать.

— А… а почему лебедь? — вдруг заинтересовалась Мяо.

— Черный, красивый, худой и злющий. Шипит вон, сама же слышала.

— Да вы две… — отреагировал на наше дружное хихиканье Вейшенг. — Две бессовестные болтливые канарейки. — Он снова привычно потер переносицу, но кривиться от боли уже не стал. Прогресс.

— У меня сегодня русский десерт очень удачный, — сказала вдруг Мяо. — Без мяса, конечно, но для лебедей тоже ничего. Изредка. Наполеон особенно удался!

— С ванильным кремом? — Я прикрыла глаза, понимая несбыточность своей мечты: попробовать нормальное пирожное наполеон, как у тети на кухне или в самом крайнем случае в булочной на Невском. Увы, здесь, в новой жизни, даже пироженки оказались несладкими. И вообще странными на европейский вкус. Особенности местной кухни, что поделать. И для здоровья полезнее, конечно. Так что пришлось смириться.

— С ванильным. — Мяо посмотрела на меня с новым интересом. — А вы… любите русские десерты?

— Обожаю!

У Вейшенга стало такое лицо, будто он не знает, сбежать ему, выругаться или улыбнуться. Но когда Мяо потащила нас по узкой лесенке старого здания на высокий первый этаж, покорно пошел и даже поддержал меня под руку, когда я споткнулась на выщербленной ступеньке.

— Встреча фелинологического клуба уже закончилась, и сейчас мы закрыты для большинства посетителей, — немного стеснительно объясняла мне по пути девушка-котик. — Потому и крадемся через черный ход, а не заходим с парадного. А он у меня вон там. — Мяо показала куда-то влево, где большие прозрачные двери выходили на оживленную улицу, стоял красочный стенд с множеством мультяшных котят в виде разных десертов и толпился народ. А, точно! Это мы с лебедем ушли с туристического места в переулок, чтобы подобраться к рынку там, где на него заходят местные.

— Хорошее расположение, — похвалила я.

— Повезло, — согласилась Мяо, — что прабабушка оставила мне это помещение в наследство.

— Разве что с перепланировкой было слишком много проблем, — вскользь заметил Вейшенг. — И с регистрацией. Ну и с соблюдением санитарных норм…

— Без помощи гэ-гэ я бы не справилась. — Котенок Мяо, уже посадившая нас за столик и притащившая для начала кофе всем троим, улыбнулась так, что ее большие миндалевидные глаза превратились в веселые полумесяцы и засияли. Но тут же взглянула на меня, снова отчаянно покраснела и торопливо забормотала: — Только не подумайте ничего лишнего, мы друзья! Не более!

— Да я и не думаю. — Честное слово, больше всего этого ребенка хотелось ущипнуть за щечку и поняшить, как самого настоящего котика. — Ты такая славная, что я сама бы не устояла. Так что понимаю Вейшенга.

— М-да? — Поскольку Мяо с обреченным писком закрыла пылающее лицо руками, в разговор вступил сам лебедь. — Ты странно реагируешь, — выдохнул он, отпивая из симпатичной бирюзовой кружки в виде котика радикально-черный кофе. — Большинство девушек устроило бы сцену ревности.

— Не, ну если вам очень хочется, я могу поорать и потопать ногами, — предложила я и подмигнула едва отдышавшемуся котенку. — Но сначала наполеон. Забесплатно я отказываюсь устраивать представление.

— Как видишь, между нами ничего особо нет, — обратился Вейшенг уже к Мяо, — поэтому ревности тоже нет. Так что хватит переживать о своем поведении. Наоборот, я высоко оценил твою попытку меня поддержать.

— У нас деловое сотрудничество, — согласно кивнула я, но при этом сделала хитрый-прехитрый вид. — Я его кормлю, выгуливаю и довожу до бешенства. Он томно вздыхает и время от времени поводит черными крылышками с таким изяществом, что я начинаю восхищенно дышать. Все в плюсе.

— Кирэн… — как-то умудрился прошипеть он мое имя, хотя в нем нет ни одного шипящего звука.

— Вот! Видела? Скажи, он восхитителен!

Сяо Мяо моргнула и посмотрела сначала удивленно на меня, а потом как-то виновато на Вейшенга.

— Гэ-гэ восхитителен, — на всякий случай кивнула девушка, будто разговаривая с душевнобольным, которому нет смысла перечить. Впрочем, с самим утверждением она была явно согласна.

— Знаете что? — вдруг рассердился Вейшенг и, залпом допив кофе, резко встал из-за стола. — Поболтайте-ка сами между собой, расскажите друг другу, как я хорош, на каких животных похож и прочее. А я пойду пообщаюсь с более адекватными существами. Как минимум пока не принесут обещанный десерт!

И резво упорхнул куда-то за стеклянную дверь. Почти сразу там замяукали хором на разные голоса.

Глава 36

— Пошел поздороваться с друзьями, — по-доброму улыбнулась Мяо. — Его там любят и не дразнят.

— Его и здесь не дразнят, — хмыкнула я. — Он сам себя дразнит, лебедь чернокрылый. Но вернемся к нашим баранам, в смысле к наполеонам. Кофе у тебя, кстати, потрясающий. Какой сорт?

Удивительно, насколько Мяо, перестав смущаться и краснеть каждые полторы минуты, оказалась свойской девчонкой. Кофе с молоком, но без кофеина мы повторили. Наполеон, три песочные корзиночки с фисташковым кремом, «Павлова» и что-то похожее на помесь брауни с «Черным лесом» отлично зашли под душевный разговор.

А Вейшенг все это время пропадал где-то в кошках. Я поглядывала в ту сторону, но радостных пушистостей за стекляной перегородкой оказалось столько, что лебедь скрылся под ними почти полностью. То есть буквально: лег на специальную подстилку, и кошки облепили его со всех сторон, будто в детстве парня уронили в чан с кошачьей мятой.

— Посетителей пока нет, пушистикам скучно. Мы с Веем специально выбирали самых контактных и дружелюбных. Представляешь, некоторых сдавали в приют именно потому, что они слишком навязчивые и ласковые.

— Люди странные, — согласно вздохнула я. — Надеюсь, мой лебедь меня за это будет любить, а не в приюты сдавать.

— А ты… Он тебе правда нравится? — неловко спросила Мяо. — Хотя о чем я, Вей не может не нравится. Сейчас, конечно, он стал немного ворчливым, но все равно.

— Правда нравится. Очень. Даже в ворчливой версии. Я ему тоже нравлюсь. Просто кто-то не хочет признаваться даже самому себе именно в силу ворчливости и вредности.

— А… — Девочка странно на меня посмотрела, но не стала возражать. — Извини, но я слышала, что у вас договор между семьями и…

— Если бы Вейшенг не хотел меня видеть, его бы даже упавшая с неба