— Понятно, — говорит она. — Какие-то проблемы с вашим билетом?
Ленточка вокруг его шеи увешана значками с предыдущих фестивалей, так что, как я понимаю, он ожидает к себе особого отношения за то, что он настоящий фанат, словно член NFL. — Нет, но…
— Это служба проверки билетов, — говорит Ви, указывая вверх на знак, на котором, как я предполагаю, именно это и написано. — Итак, у вас есть вопрос, связанный с билетами?
— Слушай, я знаю, как здесь все устроено, ясно? И если та группа имеет приоритет в очереди…
— Похоже, это вопрос для службы поддержки очередей, — холодно отвечает Ви. — Но твое недовольство учтено.
Парень (эльф) смотрит на нее с вызовом.
— Сука, — бросает он, отворачиваясь. Часть меня чувствует, что я должен что-то сказать, но его слова просто отскакивают от Ви, или так только кажется.
— Что? — спрашивает она, поймав мой взгляд. — Собираешься сказать, что мне нужно быть добрее?
Я знаю, что лучше бы промолчать, но…
— Возможно, это бы помогло.
— Ха, — звук кажется пустым. — Да. Наверняка.
Поразмыслив, я думаю, что, возможно, мне стоило просто заткнуться. Кажется, тот парень считал, что имеет право называть Ви сукой, вне зависимости от ее тона. — Но твой подход выглядит гораздо более действенным, — признаю я.
Она смотрит на меня с удивлением. Ее глаза становятся большими, как у диснеевской принцессы, и она выглядит более юной. И благодарной.
— Ну, так бывает не всегда, — бормочет она. — Большинство людей дружелюбные. Просто… иногда встречаются истерики.
И, судя по тому, что вокруг нас происходят гораздо более спокойные диалоги, люди явно не прочь переложить свои проблемы на ее плечи.
— И это хорошая работа?
— Она в центре, — напоминает она, жестом указывая на вид на конференц-зал. — К тому же, нас скоро сменят, — она смотрит на меня. — Тебе будет сложно справляться с тем, что тебя ненавидят?
Есть целый тип людей, которые ненавидят меня с первого взгляда. Но я понимаю, что она имеет ввиду.
— Сложно? Неа, — отвечаю я, кивая в сторону какого-то типа в плаще варвара, который, скорее всего, собирается на меня наорать. — Да ладно, Виола, ты же знаешь, это не в моем стиле.
Ви
Фестивали во многих отношениях похожи на Диснейленд: самое счастливое место на земле. По большому счету, все дружелюбны, приветливы и улыбчивы, включая меня. Но чтобы вы не забывали, что те самые хейтеры с Reddit тоже могут здесь появиться, существует линия поддержки. Очередное напоминание: хотя интернет позволяет нам удобно прикрываться анонимностью, это не меняет того факта, что некоторые люди просто такие, какие они есть.
Когда речь заходит об этих занудах мы с Антонией становимся отличной командой. Я играю роль «плохого копа», напоминая грубияну, что он не король мира, а Антония завершает дело таким искренним извинением, что человек теряется, не зная, то ли сердиться на меня, то ли быть в замешательстве от нее.
У Джека Орсино несколько иной подход.
— Не понимаю, почему нельзя сделать это быстрее, — произносит некто в футболке ConQuest с надписью «Выбери свое оружие» и изображением разных игральных костей. Меня бесит, что я хочу такую же. — Проблема заключается как раз-таки в вас, — добавляет он, тихо, но так, чтобы я услышала. Забавно, поскольку я как раз подумала, что он как раз из тех, кто считает, что мы с Джеком пришли украсть то, что принадлежит ему по праву
Неважно, что в фэндоме я уже, ох, всю жизнь или что-то в этом роде. И даже если Джек новичок, это не значит, что его стоит списывать со счетов.
— Постой, очередь движется медленно? — спрашивает Джек с таким наивным видом, что я едва сдерживаю смех.
Не поймите меня неправильно — я обычно с радостью помогаю людям, но некоторые…
— Да, — краснея, отвечает парнишка с кубиками. — Мы стоим уже целый час!
— О боже, час? — повторяет Джек, снова с ощутимым беспокойством.
— Слушай, — раздраженно начинает парень, — это не смешно…
— Согласен, — резко перебивает Джек, оборачиваясь ко мне. — А ты считаешь это смешным, Ви?
— Он сказал, что ждет уже сорок пять минут, Джек? — спрашиваю я.
— Нет, Ви. Целый час, — торжественно сообщает мне Джек.
— Час?
— Час, — повторяет он.
— Целый час? — говорю я, изображая ужас.
— Серьезно, как же мне это надоело, — прерывает нас парень с кубиками, сердито фыркая.
— Согласна, — отвечаю я. Даже не знаю, как называется наш подход — это не «хороший/плохой полицейский», а скорее «давайте посмотрим, кто будет более раздражающим». Но это определенно заставляет время бежать быстрее.
— Я хочу поговорить с вашим менеджером, — заявляет парень.
— Я тоже, — отвечает Джек со своей фирменной ухмылкой звездного спортсмена. — Я хочу пить.
— Когда будете говорить с нашим менеджером, пожалуйста, сообщите ему, что Джек хотел бы выпить «Пеллегрино», — обращаюсь я к парню-с-кубиками, отчего щеки последнего снова вспыхивают.
— Слушай, ты, мелкая…
— Я не привередливая, — уверяю я его. — Меня устроит и обычная вода из-под крана.
— Показушник, — фыркает Джек, провожая парня раздраженным взглядом. Но вселенная тут же награждает нас самой милой семидесятидвухлетней фанаткой «Затерянных Империй». (Штрих-код на ее билете был подпорчен ее новорожденным внуком, которого назвали в честь героя франшизы). Я клятвенно обещаю свою жизнь моему новому кумиру — Море, этой женщине, начавшей выпускать фэнзин80 еще в школе, до того как Марка Цукерберга вообще посетила идея о соцсетях. Нам попадается всего пара сложных посетителей, а затем нас сменяют другие волонтеры, и мы c Джеком отправляемся исследовать фестиваль.
— Итак, что теперь? — спрашивает он, доставая свои костыли. По его лицу видно, как сильно он ненавидит ими пользоваться, и я не могу его винить. Я часто жду его, но стараюсь не подавать виду. Люди считают, что я хожу слишком быстро, но в свою защиту скажу, что мне приходится. Мама всегда говорила, что лучший способ не стать легкой мишенью для кого-то с плохими намерениями — это выглядеть так, будто тебе срочно нужно куда-то идти. (Очень забавно, что она научила этому меня, а не Баша.)
— Ну, я бы хотела заглянуть на игру ConQuest, — объявляю я. — И я говорила, что мы можем заглянуть на выставку игр.
— Точно, — отвечает Джек. Я вижу, как он умирает от желания увидеть стенд «Двенадцатого Рыцаря», что логично, потому что я тоже. Только я не могу ему об этом сказать.
— Если ты проголодался… — Но я обрываю себя на полуслове, замечая кого-то в толпе.
— Честно говоря, мне кажется, я съел около десяти мини-пачек «Доритос», — произносит Джек, после чего хмурится. — Что?
— Это Цезарио, — выпаливаю я, не подумав, и Джек тут же смотрит, но не в ту сторону.
— Настоящий Цезарио?
— Что? Нет, Джек… — Ох, серьезно. — Нет, конечно же, нет. Но это очень классный костюм, — добавляю я, направляя его взгляд в сторону как раз проходящего мимо косплеера Цезарио. Поразительно, насколько точной выглядит его копия зимнего наряда: с искусственным мехом, кожаными доспехами и всем остальным. Создание этого костюма, должно быть, заняло целую вечность, а это явно работа с нуля.
Я продолжаю пялиться, когда осознаю, что Джек что-то говорит.
— Мы можем сделать фотографию? Я имею в виду… это, типа, нормально? — Я замечаю, что его лицо дрогнуло. — Потому что, если ты хочешь, — поясняет Джек, — я могу сделать снимок для тебя…
О мой Бог. Это казалось бы милым, если бы он не пытался скрыть волнение. Но он — Джек Орсино, а значит, и вовсе не может быть милым.
— Пошли, — говорю я, бросаясь в проход, чтобы успеть перехватить Цезарио.
— Извините, — чуть запыхавшись, я останавливаю косплеера. Я знаю, что я фанатка, но да ладно. По опыту я знаю, что весь смысл приложить столько усилий состоит в том, чтобы другие люди это оценили. — Не могли бы вы сфотографироваться со мной и моим другом?
