Читаем без скачивания Афганский осведомитель - Иван Стрельцов

— Все сделаем, как вы сказали, уважаемый сабиб, — ответили моджахеды и, поклонившись, поспешили в сторону небольшой группы боевиков.

Когда басмачи ушли, к Ранжи подошел Джон Смит и, разминая челюсти жевательной резинкой, спросил:

— Почему этот отряд взял с собой так мало взрывчатки?

— У них свои задания на равнине, — с пафосом ответил полевой командир. — И шума устроят не меньше, чем все остальные группы.

— Будем надеяться, что все так и будет, — неуверенно пробормотал американец и направился к тому месту, где на ночлег расположились «зеленые береты»…

«Чапаевка» оказалась коварным напитком. Еще не успело солнце закатиться за горы, когда собравшиеся за круглым столом выпали в осадок, проще говоря, уснули там, где сидели.

Проснулся Кирилл от грохота опрокинувшихся стульев, когда каскадовцы неожиданно вскочили, лихорадочно застегивая замки своих разгрузочных жилетов. Это походило на массовый психоз. Подхватив автоматы, спецназовцы замерли, как по команде, и в следующую секунду в окно постучали.

— Товарищ майор, там вас вызывают, прибыла вертушка, — донесся со двора голос посыльного из штаба.

— Все, мужики, уходим, — зычным голосом приказал Горыныч, забрасывая на плечо свой автомат.

Топая ногами в ботинках, спецназовцы заторопились к выходу. Очнувшийся Евтушенко ринулся следом, на ходу бросив Кириллу:

— Я в штаб, а ты отсыпайся. Василий Иванович хлебосольный хозяин.

Когда за чекистами захлопнулась дверь, Чапаев удивленно пробормотал:

— Черт знает что, они посыльного услышали издалека, как волки? Учат их, что ли, этому? Ну да ладно, бог с ними. — Повернувшись к Маркову, Василий Иванович с родительской интонацией проговорил: — Ты, Кирюха, вон на ту кушетку ложись. Как говорится, утро вечера мудренее.

— Где-то я это уже слышал, — буркнул Кирилл, укладываясь на твердое ложе. И через секунду провалился в нирвану забытья…

Проснулся оперативник, когда солнце уже высоко висело в голубом безоблачном небе.

— Ого, это я придавил, — удивленно пробормотал Кирилл, всмотревшись в циферблат наручных часов, и присвистнул: — Девять часов, вот я дал по сну.

— Чай пить будешь? — Инженер уже собрал со стола остатки вчерашнего пиршества и расставлял чайные приборы. — У меня и лимон есть к этому делу.

— Да нет, спасибо, Василий Иванович, пойду. Надо хоть ненадолго на службе появиться, — отказался от угощения Кирилл, неожиданно для себя сообразив, что совершенно не ощущает последствий похмелья.

— Ладно, Кирюша, бывай, — не стал уговаривать оперативника инженер, крепко пожимая на прощание руку. — Если что — заходи, дорогу знаешь.

— Зайду, спасибо, — ответил Кирилл, снимая разгрузочный жилет и автомат.

Евтушенко в штабе он не застал, в коридоре Прохоров о чем-то оживленно беседовал со старшиной роты охраны. Увидев Маркова, прапорщик поинтересовался:

— Что, будем выезжать?

— Может, во второй половине дня, — неопределенно ответил сыщик. — Пока отдыхай.

Оставив автомат и амуницию в оружейке, он поспешил в общежитие, надеясь ополоснуться под душем.

— Привет, Кирюша, — на шее Маркова повисла Лидия, громко чмокнула в щеку и тут же сконфуженно отпрянула: — Ты что, пил, милый?

— Да так, немного с мужиками.

— Что, с утра пораньше? — в больших серых глазах женщины вспыхнуло искреннее удивление.

— Нет, еще с вечера.

Такой ответ вполне удовлетворил Лидию, и, полностью переключившись на себя и своих подруг, она затараторила:

— А мы с девчатами получили зарплату и решили съездить в город отовариться в духане. Аленка прислала письмо, просит, чтобы купила ей джинсовый костюм и кассетный «Панасоник». Да и родителям нужно купить каких-то заморских гостинцев. Хочешь, и тебе подарок куплю.

— Нет, не хочу, — с улыбкой покачал головой Кирилл.

— Это почему? — женщина наигранно-обиженно поджала губки.

— Потому что лучший мой подарок — это ты, — хохотнул оперативник, его рука соскользнула со спины женщины и опустилась на пышный зад.

Лида поспешно сбросила его руку и ухватила сыщика за ухо.

— Ты что, кругом же люди. — И тут же перескочила на другую тему: — А нам, между прочим, начальник базы для сопровождения выделил машину с водителем и четырех солдат с лейтенантом.

— Ого, ну тогда я за вас спокоен. Если вас сопровождает отряд под командой лейтенанта, все будет в полном порядке, — засмеялся Кирилл, пытаясь погладить Лидию по бедру. Но та проворно ускользнула и, отскочив на добрых два метра, показала кончик розового язычка.

— В кино вечером идем?

— Идем, и не только в кино, — угрожающе округлил глаза Кирилл, в мозгу вспыхнули похотливые мысли о широкой кровати на вилле и о том, чем можно на ней заняться.

Лидия снова проявила чудеса прыткости, подскочила к оперативнику и еще раз чмокнула в щеку, в следующее мгновение устремившись в направлении «ГАЗ-66», в кузов которого уже грузились женщины из медперсонала.

Мысли о постельных утехах неожиданно вернули Маркова не только в грешную действительность, но и на виллу старшего военного советника, где был его рабочий кабинет, сейф, в котором должны были находиться подтверждения его активной работы.

«Работа проводилась, результат есть, а вот документов подтверждающих нет», — подумал капитан, вспоминая свои милицейские будни. На собственном опыте он хорошо знал: проверка нагрянет, когда ее совсем не ждешь. И не очень добрые дяди с большими звездами на погонах любят третировать нерадивых подчиненных. «С учетом рапорта Артюхова, если попадусь, то такой арбуз в жопу вставят, до пенсии не разогнусь».

Желание идти в общежитие сразу пропало, и сыщик, тяжело вздохнув, направил свои стопы в сторону куполов виллы…

Рабочий кабинет Маркова был размером с чулан, впрочем, он и походил на чулан без окон и дверей. Допотопный письменный стол, такой же стул, настольная лампа времен первых пятилеток и массивный сейф, вмонтированный в стену.

Запершись в кабинете, Кирилл открыл тяжелую дверцу сейфа и извлек наружу портативную пишущую машинку гэдээровского производства, пачку бумаг и блокнот со своими рабочими записями.

Составление отчетов заняло намного больше времени, чем рассчитывал оперативник. Загвоздка была в машинописи, составлять отчет, стуча двумя пальцами по клавишам, крайне длительный процесс. Но всему, даже неприятному, рано или поздно приходит конец, свою документацию он закончил, пронумеровал и сложил в папку.

— Неплохо вышло, — сам себя похвалил Кирилл, возвращая пишущую машинку обратно в сейф. — Того гляди, на старости еще и мемуары наловчусь кропать. Лет через двадцать, может, и освою нормальное клацанье по клавишам этого «баяна».

Настроение было превосходным, Марков покинул виллу и поспешил в городок обслуживающего персонала базы.

Чем ближе он подходил, тем меньше нравилась царящая вокруг суета. Неясные крики, доносившиеся из общежития медперсонала, мельтешащие фигуры военных, гражданских, и, главное, возле общежития стоял комендантский «УАЗ». Краснопогонники, контролирующие город, были редкими гостями здесь, в «русской зоне», как правило, их приезд вызывался экстренной ситуацией.

Увидев возле «УАЗа» заместителя коменданта, Марков прямиком направился к нему.

— Здоров, Богдан.

— Здорово, — вяло ответил помощник коменданта, пожимая протянутую руку.

— Что случилось?

— Да тут такая халепа трапилась, — Богдан, когда нервничал, путал русские слова с украинскими. — В общем, подорвался ваш «газон» на фугасе возле центрального рынка. Арба с ишаком взорвалась. Килограммов двадцать тротила так жахнуло, что от грузовика один остов перекрученный лишився.

— А люди, там же было человек пятнадцать! — тихо произнес Кирилл, еле шевеля пересохшими губами. Нервным движением он рванул ворот гимнастерки.

— Какие люди, — с досадой махнул рукой Богдан. — Одни обгорелые фрагменты. Там их сейчас собирают и наши комендатурские, и ваши вместе с царандоем. Я сюда рванул, не могу смотреть на это похабство. Если бы боевая операция, ну, все понятно. А тут гражданские. Паскуды чертовы.

— Евтушенко тоже там? — просипел Марков.

— Та ни, у себэ, у штаби. Мабуть теж непрыемности трапылысь, — совсем перешел на «мову» помощник коменданта.

Оперативник не стал дальше его слушать и, не разбирая дороги, направился прямиком в штаб базы.

Начальник особого отдела находился в своем кабинете. Сидя за столом, он изучал какие-то бумаги и нещадно дымил папиросой.

Кирилл вошел без стука и с порога выпалил:

— Вы уже в курсе, Роман Иванович, что в городе случилось, и как это могло произойти?

— Я в курсе, капитан, что произошло возле рынка, — с силой вмяв окурок в дно пепельницы, особист поднял на Кирилла глаза: — Но это еще не все. Сегодня ночью в пригородном кишлаке была вырезана семья дехкан. Их сперва задушили, а потом вспороли животы и набили внутренности афгани, которые нашли в тайнике. Главу семейства звали Анвар по прозвищу Водонос. Мне кажется, это был один из твоих информаторов.