списка романа К. де Труа
Хучер постоянно отдает пред-почтение прозаическим текстам, в особенности тому, который содержится в Ms. С.
Нам кажется, что есть немало искажений и в этих текстах.
Не встречающееся в рифмованном тексте обращение Пилатова друга к императору с просьбой о посылке его в Иудею и с обещанием расследовать истину о смерти Иисуса несколько несообразно, и весьма возможно, что оно вставлено позже.
По прозаической версии, те из последовавших за Иосифом, которые согрешили, не сразу отделились от чистых, как только обнаружилась их греховность; по рифмованному же тексту, это отделение произошло как будто сейчас же или в самом непродолжительном времени, и такому представлению дела соответствуют в прозаической редакции слова оставшихся с Иосифом: «…li plus des genz qui ci vindrent avoc nos s’en sont alé par la grant mésaise de fain qu’il avoiént, dès lore en cà que nos commençâmes à avoir la grâce de ton vaissel…»
О словах Спасителя Иосифу в темнице Ms. С. говорит: «…се est li secrez que l’en tient an grant sacrement que l’an feit sor lou Graal c’est-Mire sor lou caalice…» В других списках вместо «sacrement» стоит «sacre» и нет пояснения к слову Грааль: «c’est– à-dire sor lou caalice». Путь искажения подлинника ясен. Если слова, сказанные Спасителем в темнице, составляли секрет, который заключался в «grant livre» и который нельзя было узнать без этой книги, то как согласовать с этим сообщение, что упомянутые слова произносились при таинстве чаши? Правильнее названы они в рифмованном тексте: «li grant secret qu’en numme le Graal». Сообразно с этим выражается в другом месте и прозаический текст[243]. Трудно допустить, чтобы автор мог написать то, что читается в приведенном месте Ms. С.
Подводя итог сказанному, позволяем себе выразить мнение, что, желая воссоздать содержание первоначального текста произведения де Борона, нельзя игнорировать, подобно Хучеру, рифмованный текст, и что к последнему приложимо не все то, что утверждает о нем Хучер, хотя невозможно отринуть в нем присутствие по местам искажений подлинника[244]. Нельзя доказывать, что стихотворный текст всегда ниже прозаических, которые лучше будто бы воспроизводят склад оригинала.
Определить вполне отношение рифмованного текста Грааля к прозаическим мы не беремся, так как для этого необходимо непосредственное знакомство с рукописями и чисто филологический разбор их для уяснения их диалектов, который отвлек бы нас слишком далеко; кроме того, с данным вопросом связан другой – об отношении таких же текстов романа о Мерлине, приписываемого тому же де Борону[245]. Заметим лишь, что естественно предположить появление такой простой и небольшой легенды, как переданная де Бороном, вначале в стихах, а не в прозе. Тогда перелагали большей частью стихи в прозу, а не наоборот. Сам Хучер готов допустить, что де Борон писал об Иосифе Аримафейском в стихах, но стихотворный подлинник не дошел до нас[246].
Во всяком случае, интересный факт существования одного и того же произведения в двух различных формах изложения с малыми различиями в содержании требует разъяснения. Так как и в том, и в другом изложении речь ведется от лица де Борона, то необходимо признать подделку в котором-нибудь из текстов, и является вопрос о цели подлога.
Установка генеалогии текстов весьма важна, а между тем, к сожалению, она неудовлетворительна у Хучера. Мы думаем, что он неправильно расклассифицировал и прозаические тексты, как несправедливо отнесся в рифмованному. Причина несостоятельности его классификации та, что он руководствовался только хронологической последовательностью списков и степенью сжатости в передаче ими поэмы де Борона.
Из манускриптов прозаического малого Грааля, в которых сохранилась, по мнению Хучера, «истинная первая редакция де Борона», этот ученый выдвигает на первое место Ms. Cangé (С.) и Ms. da Mans, – самый древний, но сохранивший только часть произведения де Борона. Близким к стихотворному тексту, самому позднему, Хучер считает, что Ms. D. Mss. А. и Н. (Huth) занимают среднее место.
Мы оставим в стороне Мансский манускрипт, о котором именно мало сведений[247], и подвергнем поверке тезис Хучера о том, что «смысл наиполнее и наиудовлетворительнее» в Ms. C.
Из того, что этот список сообщает подробности о де Бороне, не встречающиеся в других манускриптах, еще не следует, что ему должно отдавать предпочтение, к чему склоняется Хучер.
Не станем обращать внимание на грубые ошибки и описки в этом манускрипте[248]. Мы укажем лишь на немалое количество вставок очевидно позднейшего происхождения. Что касается следов непонимания текста, с которого списан Ms. С., то один из них указан самим Хучером.
В разговор императора с советниками о фактах, сообщенных пилигримом, вмешивается, по Ms. С., этот последний (в рифмованном тексте этого нет), и потом все-таки говорится: «Lors fu il preuzdom apareilliez cil qui les noveles otdites». Вставка очевидна. В уста друга Пилата, который защищал последнего и заявил потом готовность ехать в Палестину для следствия над правителем Иудеи, в Ms. С. влагается откровенное признание: «Sires, ge aim moult Pilates». Далее опять несообразность; говорится: «Lors apela l’ampèreres ses genz dist»… В зове советников не было надобности, так как они были налицо. В рифмованном тексте рассказ складнее.
Упоминание о крещении Иосифа Аримафейского и его спутников «de lа main saint Climant», встречающееся в одном Ms. С. и бывшее, по мнению Хучера, в оригинальном тексте, едва ли имело там место. Оно представляет неудачный вариант к сообщению Мапа, что Иосиф получил крещение от руки св. Филиппа («rechust crestiente de la main saint phelippe»)[249]. Замечательно, что в стихотворном тексте, в соответствии с отсутствием после рассказа о наказании иудеев упоминания о крещении Веспасиана, не вложено в уста Иосифа Аримафейского и приглашение к крещению, имевшее место, по Ms. С., будто бы при первом свидании Иосифа с императором.
Вообще в Ms. С. допущено немало неуместных прибавок к первоначальному тексту, что готов иногда признать и Хучер.
Например, Пилату приписаны слова: «А cui me prandrci – ge, si messires Titus li ampereres de Rome (в D. одно слово «messires») me demande rien de la mort Jhésu»). Тит является и далее, где его не следовало бы называть. Сам Хучер должен был принять долю «многословия» в Ms. С. Этому
