Жертвенный нож рассек шею барашка, кровь хлынула на алтарь и покрыла округлый кристалл. Насколько я сумел разглядеть, Ангильберт просто бормотал заклинания, а Тотлант стоял немного позади и поддерживал защитную оболочку, которая теперь накрыла двух магов ярким куполом.
Все дальнейшее произошло очень и очень быстро. Амулет на моей груди внезапно превратился в дымящийся комок льда и рассыпался — колдовство Алафриды не смогло противостоять явившемуся из открывшегося в Черную Бездну узкого тоннеля Изначальному Злу.
Земля под ногами колыхнулась, будто при землетрясении. Купол, защищавший магов, потускнел и съежился под чудовищным напором чужой силы.
Сразу за алтарем образовался ровный мерцающий круг, в центре коего клубился ядовито-желтый туман, который начал быстро рассеиваться. Даже я, обычный человек, чуждый магии, начал ощущать, как из портала исходит невероятная мощь, струи которой стекались к вытянутым ладоням Ангильберта... Колдун буквально впитывал в себя исторгаемый Бездной поток Силы.
Доран пискнул, будто мышонок, а я был готов заорать от ужаса, но маги в один голос выкрикнули заклятие на кхарийском (если я правильно разобрал...) наречии и портал захлопнулся прямо перед носом какой-то невообразимо противной твари, явно собиравшейся выбраться в наш мир из Пустоты...
Ангильберт успел забрать у Бездны необходимую для воплощения дракона Силу. Теперь человек будто светился изнутри болезненным синеватым огнем, колдун обратился в сосуд, наполненный некоей абсолютно чужеродной и смертельно опасной субстанцией. Я мимолетно посочувствовал Темным магам — как они, бедные, могут годами иметь дело с такой гадостью и оставаться в здравом уме?
— Ф-фу-у... — Доран утер рукавом взмокший лоб и сплюнул: — Если эта... Бездна... способна вызывать настолько гнусные ощущения, то я зарекаюсь пользоваться услугами колдунов стигийского конклава... Митра Всеблагой, ведь портал был открыт всего несколько мгновений, а чувство такое, будто во вселенской выгребной яме искупался, и целое озеро дерьма выхлебал! Хальк, что у них там?..
«У них» как раз в этот момент происходило самое главное — Ангильберт не мог долго удерживать Силу Бездны без фатальных последствий для своих души и тела: Тотлант потом объяснил, что мощь Первородного Зла способна за кратчайшее время уничтожить человека.
Кристалл полыхал, будто спустившаяся с небес звезда. Водопад голубых молний срывался с пальцев колдуна, окутывая огнистым вихрем, скопище костей, которые внезапно начали сдвигаться с места и подниматься в воздух – их, будто, смерч подхватил!
Но где же самое важное действующее лицо — Нидхогг? Ага, вот и его милость дракон! Просто мы, будучи увлеченными магическим спектаклем, смотрели только на Ангильберта и Тотланта, не замечая золотую искру, сверкавшую в небесах над скалой.
Заклинания сделали свое дело — искра метнулась вниз, к алтарю, на миг превратившись в смазанную полосу янтарного света, ударилась о хрустальный шар и рассыпалась на облачко из тысяч крохотных светлячков, которых постепенно вбирала в себя волшебная сфера. Кристалл начал менять цвет с голубого на золотой.
Тем временем невидимый смерч захватил всю груду слоновьих останков — гладкие мослы с невероятной быстротой кружились в воздухе, постепенно складываясь в узнаваемые формы. Вот из десятков остистых позвонков начал образовываться длинный гибкий хребет, появились передние лапы и контуры черепа...
Из костей потоньше формировались крылья, бивни давно погибших слонов превращались в когти и шипы на спине громадного жуткого ящера — и обычный-то дракон выглядит довольно устрашающе благодаря своим размерам и необычному облику, а уж дракон-лич являет собой истинное пугало! Любая, самая страшная горгулья или химера, кои украшают королевский замок Тарантии, по сравнению с появившимся в Долине Дымов живым скелетом крылатого змея покажется вам очаровательным домашним зверьком, с которым будут радостно забавляться детишки!
— Рассказать кому — поднимут на смех, как неумелого сказочника! — с восторгом ахал Доран. — Какой красавец!
Я подумал, что у нас с Простецом несколько разные понятия о красоте. Новое воплощение Нидхогга вовсе не казалось мне привлекательным. Если эдакое страшилище во сне привидится — седым проснешься, если проснешься вообще!..
— Похоже, они закончили, — деловито сказал простец и потянул меня за рукав. — Пойдем, глянем поближе!
И верно: действие магии более не ощущалось, мерцание померкло, и свет исходил лишь от тусклых фонариков Тотланта.
Некоторое время я колебался — у подножия скалы восседал остистый монстр, близкое знакомство с которым меня вовсе не прельщало. Но Доран с такой настойчивостью потащил меня вслед за собой, что упираться было просто невозможно.
Скелет ящера (который шевелился и пыхал струйками дыма из костяных ноздрей...) от кончика носа до шипа на хвосте был длиной около шестидесяти—семидесяти шагов, хотя я могу и ошибаться. В глазницах белоснежного черепа, составленного, наподобие мозаики, из множества мелких плоских костей, полыхало недоброе багровое пламя. Когти постукивали по граниту, в пасти были заметны ряды зубов. И все-таки это невероятное создание было живо...
— Надеюсь, ты доволен? — Доран запросто остановился перед драконом и задрал голову. — Все сделано правильно?
У меня появилось отчетливое ощущение того, что Нидхогг сейчас попросту раскусит нахала напополам. Рядом с драконом-личем Доран выглядел крошечной козявкой.
Нидхогг повел черепом вправо-влево, с неприятным стуком расправил крылья, больше походившие на эдакий гигантский веер из костей, и мы услышали его глухой голос;
— Надо приноровиться... Отойдите всторону
Дракон потоптался на месте, будто разминаясь, медленно прошелся вдоль скалы, подпрыгнул и попытался взлететь. Сначала ничего не вышло — живой скелет с впечатляющим грохотом рухнул наземь (мне показалось, что он сейчас снова рассыплется на гору отдельных мелких косточек), засим вновь поднялся на лапы, разбежался и...
Если вы никогда не видели, как летает дракон-лич, то многое потеряли. Скажу прямо: нет зрелища абсурднее, чем летучий драконий остов. Нидхогг сделал круг над долиной, а затем рванулся в небо и быстро исчез из виду.
— Он что, насовсем улетел? — озадачился Доран. — Даже не попрощался и спасибо не сказал?
— Нет, — послышался хриплый и очень усталый голос Тотланта. Стигиец, пошатываясь, подошел к нам. — Нидхогг улетел купаться в звездном свете, впервые за тринадцать веков... Он еще вернется, уверен. Давайте поможем Ангильберту — ему очень плохо.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
