Читаем без скачивания Возвращение в «Кресты» - Борис Седов

Меня Шаман напоил зеленым чаем, выслушав попутно мою историю. У меня, впрочем, создалось впечатление, что многое ему и так было известно – то ли мысли, в самом деле, прочел, то ли со стороны весточка пришла. Это еще одна причина, по которой я решил сразу к нему наведаться, к Шаману, – благодаря своим посетителям он всегда в курсе событий. Посетители, может, и не откровенничают с ним о личном, но Шаману их слушать и не нужно. Он сердцем слушает!

В то же время – человек он невеликий, целитель. Коллега, можно сказать. Оттого, кстати, мы с ним и на короткой ноге всегда были – родственные души. Вот и сейчас сидели и просто смотрели друг на друга. И никакого напряжения.

– Ты мудрый человек! – сказал я.

Шаман наклонил голову, благодаря за комплимент, хотя по губам его пробежала едва заметная ироничная усмешка. Что ж, невосприимчивость к лести – тоже признак мудрости, так что я был совершенно прав.

– К тому же, – продолжил я, – теперь ты полностью в курсе событий. Скажи, прошу, – что мне делать?! Как бы ты поступил на моем месте…

– Первым делом… – он посмотрел на меня и еще раз улыбнулся, на этот раз открыто. – Я принял бы ванну и отдохнул хорошенько!

Да, я забыл, с кем общаюсь! Ванная комната в доме Шамана не поражала новорусским шиком, хотя он мог себе вполне позволить этот самый шик. Благодаря богатой клиентуре он мог жить припеваючи, отгрохать особняк вроде тех, что высились по соседству, набить его всевозможной дорогой бытовой техникой и всяческими модными электронными чудесами, а в гараж поставить пару «меринов». Но ему это было просто не нужно.

Интересно, думал я, погружаясь по шею в горячую воду, – куда в таком случае он девает свои трудовые доходы. Неужели копит на счету, где им суждено остаться лежать мертвым грузом после его смерти, потому как ни детей, ни жены, которая этих детей могла бы родить, у Шамана не было и обзаводиться ими он определенно не собирался!

Впрочем, у меня сейчас были темы для размышлений и поважнее. Мусора уже, конечно, нашли «пассат» с Ангелиной, а может, она и сама очухалась и вернулась к Мухе. Никуда она от них не денется – и в голову ее надушенную не придет бежать, хотя еще неизвестно, чем для нее сегодняшний день закончится. Аркадию Андреевичу она больше не нужна, как и остальные участники спектакля. Вполне может избавиться от нее… Если только… Если только не планирует, задержав меня, начать все сначала. А меня бы это не удивило – он удивительно зловредный и настойчивый ублюдок! Другой бы на его месте просто кокнул меня там, в аэропорту. Не наркотик подсыпал, а цианистый калий! Ему это показалось слишком просто. И вот результат – я в доме друга, в относительной безопасности, наслаждаюсь скромным комфортом, по которому давно истосковалась душа. Макар, правда рядом, на табуреточке. Так спокойнее – мало ли, как дело обернется!

Но расслабляться ох как рано!

После ванны я переоделся. Шаман принес кое-что из тряпок – успел сходить к метро и отовариться. Одежда была впору – глазомер у Шамана охотничий, нисколько не ошибся. Джинсы, куртка, несколько однотонных рубашек. Ах если бы фейс было бы так же легко сменить, как тряпки. Но я не Фантомас и нету под рукой хорошего доктора вроде Аркадия Соломоновича, что в свое время превратил Константина Разина в Николая Григорьева.

– Спасибо! – Я постарался вложить в это слово максимум чувств.

– Пока не за что! – сказал Шаман.

Помимо одежды он закупил кое-что из деликатесов. Доставкой на дом, подобно обитателям особняков, он не пользовался, считая необходимым периодически появляться среди людей. Его внешность в сочетании с синим халатом выглядела чересчур экзотичной и привлекла бы внимание зевак и ментов, поэтому для своих вылазок Шаман одевался более прозаично. Поваром он был превосходным, но собственной стряпне уделял немного внимания. Фактически вся жратва на столе находилась с моей стороны – перед самим Шаманом стояло только парочка весьма скромных блюд. Какой-то бульон и кашка. Надо, впрочем, заметить, что в бульоне плавало несколько солидных кусков говядины. Этому выросшему в тайге человеку заморочки вегетарианцев были совершенно непонятны.

После тюремных харчей угощение показалось мне просто настоящим пиршеством. Шаман дал мне насладиться им и молчал почти все время, пока я набивал живот. Он успел уже кое-что обдумать и, убедившись, что я насытился, убрал со стола посуду и водрузил ноутбук.

– Неужели для меня приобрел?! – поразился я – как мне было хорошо известно, Шаман к компьютерам относился с прохладцей, как, впрочем, и ко всем остальным достижениям технического прогресса.

Шаман кивнул. Такая игрушка стоила порядка тысячи у.е. Я покачал головой.

– В скупке взял за полторы сотни! – разъяснил Шаман, и сейчас угадавший мои мысли.

Бэушный ноутбук прекрасно работал. Через минуту я уже вошел во всемирную сеть Интернета, опутавшую белый свет. И в этой сети барахтались поневоле все более-менее известные личности.

Слава прогрессу! Набрав в поисковой системе фамилию Булашова, я получил множество ссылок на самых разных товарищей, большинство из которых, конечно, не имели никакого отношения к Хопину. Пришлось поднапрячь память. Ангелина сказала, что он у нас теперь промышленник. Я изменил условия поиска и попал в точку.

«Булашов Евгений Юрьевич – президент крупнейшей на северо-западе топливной компании "ЭРА". Занимает этот пост с сентября прошлого года. До этого занимался административными вопросами в представительстве компании на Дальнем Востоке…»

Биография, конечно, выдумана. Никто не поедет ведь на Дальний Восток, чтобы выяснить – занимался он там «административными» вопросами или на Дальнем Востоке слыхом не слыхивали ни о каком Булашове!

Фотография на новостном сайте была не слишком хорошей. Булашов сходит с трапа самолета. Общий план – близко к Булашову, как видно, не дали подойти охранники, чьи массивные фигуры окружали его со всех сторон. Но мне и не нужно было лучшее качество, чтобы узнать Хопина.

В отличие от меня, грешного, господин Хопин не прибегал к помощи пластических хирургов. К чему, если он, как и прежде, жил затворником, под неусыпным оком своих телохранителей.

Любопытно все же, как ему удалось тогда спастись! Но ответ на этот вопрос будем искать потом, а пока – нужно добраться до сукиного сына во что бы то ни стало.

В доме Шамана телевидения не было, но сообщение о моем побеге продублировали на многих сайтах в интернете. Мой портрет, прилагавшийся к нему, был вполне узнаваем – теперь разгуливать по улицам было небезопасно, хотя, конечно, население не слишком обращает внимание на такие объявления.

«Разыскивается Константин Александрович Разин, известный также как Николай Григорьев. В 1996 году был осужден за убийство Эльвиры Смирницкой. Бежал из исправительно-трудовой колонии. Подозревается в совершении ряда тяжких преступлений на территории России и сопредельных государств».

Ладно, ребятки, сказал я себе, – с вами все ясно. Облажались! Теперь настал мой черед действовать! Я зашел на один из сайтов, что предоставляют бесплатные почтовые ящики, быстро зарегистрировался и через минуту уже отправил первое письмо по адресу, который сам когда-то создал. А еще мне предстояло сделать несколько звонков. Лед тронулся, господа присяжные заседатели!

Ночь я провел в доме Шамана. Непривычно немного было снова засыпать не в душной камере, а в просторной комнате на втором этаже. Сюда не доносился шум городских улиц, в щель между шторами были видны стройные стволы сосен.

Я уже почти засыпал, когда где-то вдали раздался монотонный гул. Открыв глаза, я несколько мгновение соображал – что это такое?! Потом понял – товарняк идет, здесь же рядом железная дорога!

И тут же снова заснул. Во сне я снова оказался в проклятой четыреста двадцать шестой камере. Только смотрящим здесь по-прежнему был старый Бахва. Он смотрел на меня с хитрым прищуром.

– Что удивляешься?! – спросил он. – Не только же швали всякой с того света возвращаться!

Я проснулся, поворочался немного на шелковых простынях – несмотря на аскетичный в целом образ жизни, спал Шаман не на соломе. Подумал, что сон, пожалуй, был хороший. Старый вор как будто намекал мне, что не все так плохо, как до недавнего времени мне казалось. К мертвецам во сне нужно прислушиваться.

Я проверил пистолет под подушкой – здесь он, никуда не делся! И снова провалился в сон.

На рассвете у калитки дома Шамана появился черный бумер с горящими фарами. Я спустился, зевая, в гостиную, а оттуда выбрался во двор – к человеку, ожидающему меня у калитки. Это был один из моих людей, Вертел. Он протянул руку, когда я распахнул калитку.

– Здорово! Что чудик?! – спросил он кивнув на дом. – Спит еще?!

– Не спит! – Шаман появился неслышно из-за зарослей жасмина.

Что он там делал, нарочно подслушивал или просто совершал променад в утренних сумерках? Самоед шел за ним следом. Вертел смутился. Шаман кивнул, улыбка почти была неразличима в сумерках, но я все равно заметил ее.